Ханец (СИ)

Два оглушающе громких выстрела — два трупа с дырками напротив сердца. Кожаная броня совершенно не помогла атакующим.
Хенг рванул из ножен меч, но пока переложил его в левую руку. В правой он крепко сжимал револьвер. Он поспешил нагнать беглеца.
Стоило ему пересечь дверной проём, как интуиция завыла. Слева на него сверху вниз летел метровый булатный клинок с двухсторонней заточкой. Чжао отмахнулся мечом, отводя острую сталь от своего тела. Раздался металлический звон и скрежет, клинки обзавелись сколами, зато ханьцу удалось обойтись без ранений. В следующий миг он выстрелил, но противник резко разорвал дистанцию, отскакивая в сторону и назад. Пуля вновь ушла в молоко, будто Смерть был заговорен от огнестрельных ранений.
Револьвер стал бесполезным, поскольку закончились патроны. Но противнику об этом неизвестно, оттого он осторожничал. С другой стороны, фехтовать левой рукой у Хенга выходит много хуже, чем правой. Он мучился перед выбором, но в итоге решил, что рано или поздно враг поймёт, что пистолет стал бесполезным пугачом, после чего воспользуется преимуществом. Так что лучше сразу нормально фехтовать, чем давать в руки врагу преимущество.
Пистолет полетел в голову Смерти. Тот отскочил в сторону. Хенг этим воспользовался, чтобы перекинуть меч в правую руку и скользящим шагом сократить дистанцию.
Смерть оказался невероятным фехтовальщиком. Меч словно был продолжением его руки и превратился в смазанную серебристую полоску. Хенг вынужден был констатировать, что если бы не беспощадные тренировки с Гефестом и Афродитой, он бы лишился головы в первые секунды сражения. Сталь звенела и сверкала в лучах утреннего солнца.
Поняв, что его противник столь же ловкий фехтовальщик, Смерть пустил в дело грязные трюки. Он вздымал носками сапог пыль, старался увести противника так, чтобы ему в глаза светило солнце. Но и Хенг пользовался теми же уловками, поскольку для опытного воина не существовало никаких правил сражения. Они постепенно переместились в сад, где он использовал любые предметы: пинал в противника камни подобно футбольному мячу, старался прикрыться стволами деревьев.
Когда же темп боя снизился, сражение и вовсе переросло в осторожное хождение на расстоянии нескольких шагов, так, что до противника никто не мог дотянуться мечом. Смерть не спешил, приглядывался к Хенгу. Он занимался тем же.
— А ты неплох, — протянул Смерть. — Чувствуется хорошая подготовка. Это Гефест тебя натаскал?
— Он самый.
— Иного от столь древнего бессмертного не ожидалось. И всё же ты ещё сопляк.
— Что-то ты стал слишком разговорчивым для убийцы, — Хенг метнулся вперёд, но противник отступил.
— Не так резво, жеребец! Зачем нам сражаться? Мы можем договориться.
— Это вы пришли меня убивать.
— Вышло недоразумение, парень. Эй! Ты же даже нам не представился.
— Чжао Хенг, ханец. До этого вы были менее разговорчивыми. Что изменилось?
— Мы тебя проверяли. Нам в команду не помешает хороший воин. Ты же действительно сам сделал ту убойную штуку?
— Ну…
— Значит, Гефест тебя научил многому. Хенг, мы ошиблись в том, что ты сын Зевса. Теперь-то ясно, что ты сын Гефеста, иначе зачем ему обучать тебя божественным кузнечным таинствам? Мы так и передадим Гере. Уверяю, после этого охота на тебя прекратится.
Хенг почти поверил в его слова, но шестое чувство свербело внутри, словно душу драли когтями кошки, оно не давало поверить до конца. Он перехватил краткий взгляд Смерти, который тот направил на дом позади него. И тут до него дошло.
— Ждёшь, когда твои дружки очнутся? Поэтому тянешь время? Хитро… — Чжао занервничал. С одним мечом против четверых подобных бойцов он не совладает. Если к ним ещё присоединится рыжая девка, то и вовсе расклады не в его пользу.
— И в кого ты такой догадливый? — протянул Смерть, натянув на лицо широкую ухмылку.
— В маму и папу! — огрызнулся он.
Неожиданно для обоих бессмертных со стороны дома начали бить молнии.
— Этого в планах не было, — напрягся Смерть и попытался по дуге обогнуть Чжао, чтобы прорваться к дому.
 
На этот раз ханец не позволил пройти врагу, бросаясь ему наперерез. Пара столкновений мечей вызвали столпы искр. Смерть вновь разорвал дистанцию.
— Неужели эта дура очнулась первой? — задумчиво пробормотал он. — Сомнительно… Наверное, этот придурок Чума решил снять сливки, грохнув девицу.
Хенг в этом сомневался. У него сложилось впечатление, будто эти пятеро друг друга знают и являются двумя поисковыми группами, одна из которых использует другую для облегчения выполнения задания руководства в лице Геры. Сомнительно, что они стали бы друг друга резать как минимум до успешного выполнения миссии. Зато дома оставалась Дина. Ему хотелось думать, что это она решилась поотрубать вражеские головы, а не её убили очухавшиеся Всадники Апокалипсиса. И всё же червячок сомнения подтачивал его уверенность, поскольку вечная девчонка никогда никого до этого не убивала. Ему было знакомо чувство первого убийства — на него было очень непросто решиться.
Вновь начались кружения на месте. Смерть явно выжидал, когда к нему присоединяться товарищи. Когда же в доме снова засияли молнии, на этот раз в три раза ярче, у него задергалось правое веко.
— ДА ЧТО ТАМ ПРОИСХОДИТ?!
— Ваша погибель! — хищно оскалился Чжао. — Добегались, всаднички… Мы с тобой ещё немного побеседуем, а там пока мои слуги поотрубают головы твоим подельникам.
— Ты совсем сбрендил? — выпучил глаза Смерть. — Это же сильнейшие бессмертные в мире после богов! Плевать на правила Игры, но неужели ты готов потерять такое количество Силы?! Они же за четыре с половиной тысячелетия убили стольких бессмертных, до скольких ты считать не умеешь!
— Боюсь, в мире нет столько людей, до скольких я умею считать: ни живых, ни мертвых за всю историю человечества. Так что сдаётся мне, что ты сильно преувеличиваешь.
— Пусть так, но на счету каждого из них тысячи бессмертных. ТЫСЯЧИ! ОНИ СИЛЬНЕЙШИЕ В МИРЕ! Прекрати это немедленно. Прикажи своим слугам…
Смерть сбился и уставился на дом, из выбитых окон которого вновь засверкало целое молниевое торнадо.
— Чума… — прошептал он. — Он был сильнейшим.
— Не переживай, всадничек, и твоя очередь вскоре придёт. Толпой мамонтов валят.
Того, что последовало дальше, Хенг не ожидал. Вместо того чтобы броситься на помощь товарищам, Смерть со всех ног рванул вглубь сада. Он бежал настолько шустро, что у ханьца появились сомнения в том, что его получится догнать. На самом деле и догонять ему того не сильно хотелось. Вернее сказать, совсем не имелось такого желания. Вместо этого он чуть менее шустро побежал обратно в дом, чтобы заиметь более существенное оружие. С ружьём в случае возвращения Смерти у него есть шансы на победу, а с мечом они не столь велики.
Возле дома он услышал хриплые стоны, исходящие из гостиной.
  
Глава 18
 
В доме Хенг обнаружил жуткую картину. Весь пол гостиной был залит кровью, там же валялись три мужских тела и их головы по отдельности. Рядом с ними в луже крови и выделений своего желудка лежала обессиленная Дина и хрипло стонала. Её тело выгибало и корёжило, в глазах поселилась отрешённая блажь, а с левого уголка губ стекала слюна. Рядом с ней лежала секира.
Первым делом он пересёк комнату, наплевав на то, что пачкает сандалии в крови. Достигнув рыжей девицы, он и резко вогнал свой клинок ей в сердце.
— Полежи ещё — не до тебя.
Стряхнув кровь с зазубренной стали, он дошёл до ружья, которое стояло прислоненным к стенке неподалеку от входа в гостиную со стороны кабинета. Меч было невероятно жалко. Хенг несколько месяцев потратил на его ковку, а после такого яростного сражения его только отправлять на перековку. Никакая заточка не исправит таких зарубок. С другой стороны, клинок похуже мог бы сломаться, тогда его владельцу пришёл бы конец. Так что ремонт меча не самое худшее.
С ружьём в руках он почувствовал себя куда уверенней. Не хватало лишь патронов, но это он собирался исправить, сняв с Дины патронташ, который она пристроила к поясу. Возиться в нечистотах было неприятно, поэтому он перенёс вечную девчонку на чистый пятачок. Это мало помогло, поскольку она уже вся измазалась в крови, отчего выглядела жутко. Она лишь глупо улыбалась и постанывала.