Ультраскип (СИ)

— Если Адам предложит убить Зейна — согласись… И наоборот тоже.
— А если оба предложат убийство?
— Согласись со всеми.
— Эм, понятно, но тогда на кого готовить атаку в таком случае?
— На обоих сразу. Это будет выглядеть так, будто две группы киллеров нанесли удар, чтобы обезглавить наших лидеров. Мы поздно отреагировали, но смогли обезвредить преступников.
— Вы думаете у меня хватит сил?
  
— Мои люди повсюду, они охраняют пустоши и интегрированы в систему безопасности как Мёртвого города так и Олимпа. Если я захочу, то позволю вам дойти куда угодно. Понятно?
— Понятно. Разрешите последний вопрос, генерал. В чём логика вашего плана? Почему надо согласиться с тем, кто предлагает убийство?
— Закон природы. Тот, кто решился на это дело, тот и есть настоящий лидер.
— А второй вариант? Вариант с двойным устранением?
— Возиться с ними — то ещё удовольствие, мистер Брум. Они считают себя незаменимыми, но на самом деле это далеко не так. Больше вам ничего знать не нужно. И больше не зовите меня ни на какие встречи, связь только через Смотрителя 23.
— Почему?
— Противно на вас смотреть, словно плюю в зеркало.
Мартин Пэрриш поспешил удалиться, его свита проверила пути отхода и тоже ушла со сцены. Артур Брум перевёл дух, проверил информацию со своих дронов и дал знак, чтобы Адам Пэрриш вышел из тайного логова. Он находился совсем рядом в руинах со своими телохранителями и всё слышал. Адам подошёл к Бруму и топнул ногой со злости — он проиграл ему в пари ящик с оружием:
— Откуда ты знал, что Мартин согласится?
— Это же генерал Кровь, что тут ещё сказать? Он кидал людей в мясорубку всю свою карьеру. Естественно, это сказалось на психике. Но давай лучше о главном. Теперь ты видишь, что находишься в опасности? Тучи сгущаются. Твой брат пришёл сюда не просто так. Его намерения очевидны и видны насквозь, твой дядя не даст соврать.
— Да, я понял! А тебе какая во всём этом выгода?
— Как это какая? Думаешь, я хочу гнить под землёй в твоём бункере? Ты уж извини, но я не хочу ни от кого зависеть. Я лучше рискну и захвачу весь Олимп, чем буду жить как твой очередной техник. И ты мне в этом поможешь, мне потребуется для этого кое-какая техника, оружие и информация.
— А помощь моего дяди?
— Ты же слышал его план, он хочет впустить нас и уничтожить. Как только его люди поймут, что на Олимп пришла подготовленная армия захватчиков, то они быстро придут в себя. Если хочешь сделать что-то хорошо — сделай это сам.
— Согласен. Я много лет доказывал дяде, что нужно поставить Олимп на место, чтобы эти выскочки со своими советами не мешали нам доделывать бункер. Мартин постоянно обещал утихомирить их, но потом всё возвращалось в исходную точку. Мне действительно следует сделать то, что требуется от настоящего лидера: нужно поставить точку в этих распрях.
— И я думаю мои услуги будут как нельзя кстати, кто-то же должен делать грязную работу? Уверен, что у тебя есть всё необходимое, кроме надёжных людей. Вряд ли кто из твоих захочет участвовать в преступном заговоре, за который потом могут и убить.
— Да-да, конечно. Я уже узнавал подходы к Олимпу, туда можно довольно просто добраться с помощью планеров с соседней горы. Таким же способом можно будет сбросить и тяжёлый инвентарь, мы проверяли это в полевых условиях. Система защиты старается не реагировать на объекты такого размера, так как там летает всякая нечисть, вот с ней придётся повозиться.
— Тяжёлый инвентарь?
— Переносные ракетные комплексы, чтобы взорвать вертолёты на взлётной площадке и фуникулёры. Если этого не сделать, то кто-нибудь точно сбежит. Потом потребуются мощные бомбы, чтобы проломить стены замка. В вентиляцию нужно будет бросить дымовухи, и тогда пожарная система не будет блокировать двери. Вам придётся добраться до личных покоев Зейна, а потом в комнату эвакуации. Позже я передам тебе список целей и схему Олимпа.
— Список целей?
— Недостаточно устранить только Зейна, за ним стоят опытные и авторитетные управленцы и даже некоторые силовики-разведчики. Если оставить их, то они сделают из Зейна мученика, поднимут его труп на своё знамя и попробуют взять реванш. При этом остальные будут смотреть на меня как на тирана. Мне нужно, чтобы остались только техники и учёные, готовые выполнять приказы.
— Всё усёк, мне нравится, всё правильно. Если мы собираемся там сидеть, то другие управленцы нам точно не нужны. Всех в расход.
— Детали я сообщу позже через своего связного в «Сердце тьмы».
— Замётано. Всё окей, вроде всё обговорили.
— Нет, не всё. А что ты собираешься сказать ему? — указал на Зейна, ждущего своего часа внизу.
— А сам ты что предлагаешь? Надо усыпить его бдительность. Пусть думает, что я согласен убить тебя в обмен на хорошее место на Олимпе. Может быть я даже потребую устроить мне экскурсию с друзьями, чтобы дополнительно разведать территорию.
— Понятно. Приступай. Я хочу, чтобы ты сейчас записал разговор с Зейном.
— Не доверяешь мне?
— В нашей ситуации это звучит немного глупо. Как оказалось, я не могу доверять даже собственному дяде, так что тебе не на что жаловаться.
— Справедливо! Ну что ж, можете смотреть и слушать, вот параметры дешифровки и частота, на которой я выйду в прямой эфир.
— Что-то это мне всё напоминает… Хотя, наверное, это просто паранойя разыгралась.
Брум улыбнулся и начал спускаться к Зейну, в это время Адам сделал вид, что ушёл с берега каньона и спрятался за руинами. Брум подошёл к Зейну, предусмотрительно встав спиной к Адаму, и начал:
— Как я и говорил, ваши родственнички выписали вам смертный приговор. И как я понял, Адам уже давно это планировал.
— Да, я всё слышал. Жучки, что ты установил, прекрасно отработали. Теперь надо разыграть небольшое театральное представление для моего брата?
— Да. Сейчас, только включу передатчик.
Зейн Пэрриш действительно первым связался с Брумом, но Брум рассчитывал именно на этот расклад. Он специально потребовал себе место в Мёртвом городе и рассказал про фальшивую атаку на Олимп, чтобы Мартин Пэрриш предупредил обоих братьев об этом плане. Он предполагал, что у братьев имелись тёмные мысли насчёт друг друга, и поэтому Зейн мог заподозрить подвох — эта спецоперация изначально выглядела как прикрытие для его убийства. Зейн через своих людей узнал, что Брум был самостоятельным игроком и попробовал устранить угрозу самым простым способом через подкуп. Зейн пришёл со своим щедрым предложением и требованием получить всю информацию о сделке с Адамом, и он хотел заполучить записи разговоров, чтобы быть уверенным в текущей обстановке. А так же на тот случай, если его контрзаговор будет раскрыт и ему придётся оправдываться перед другими.
Брум ответил, что всё действительно идёт к заказному убийству, но Адам и Мартин пока проявляют осторожность, их намерения очевидны, но они хотят реализовать их в последний момент в атмосфере глубочайшей секретности. Поэтому Брум предложил немного их спровоцировать, чтобы их тайные мотивы всплыли наружу.
После фиктивного разговора, Зейн и Брум разошлись, все братья остались довольны и поспешили вернуться в свои крепости. Брум скрылся в развалинах одного дома, нашёл там люк и спустился в подвал, где сидели военные командиры сталкеров. Это были проверенные люди, способные повести за собой большинство. Брум пригласил их как главных зрителей, чтобы доказать эффективность своей стратегии и плана. От лица всех командиров заговорил Бальтазар:
— Ну… Это было действительно забавно. Но я запутался. На кого мы по итогу нападаем? И как нападем? И ради чего?
  
— Ничего не изменилось — мы захватываем Олимп. Но благодаря крепким семейным узам, Мартин даст нам фору и проспит блицкриг, Адам подкинет оружие и технику, а Зейн впустит нас внутрь. Ранее я договорился с Зейном, что он покажет мне и моим главным соратникам Олимп. Мы ведь должны убедиться, что нам найдётся там хорошее место? Небольшая группа придёт послезавтра, отвлечёт их внимание, а в это время вторая группа начнёт главную атаку. Те, кто внутри, будут делать вид, что не в курсе, что происходит, и это якобы Адам нас всех переиграл. Ну а потом, в подходящий момент, они помогут захватить Олимп изнутри. Вот примерно такая суть плана, но тут ещё нужно изучить схемы от Адама, чтобы уточнить детали. Как видите, я попытался использовать все возможности, до которых только можно было дотянуться.