Ультраскип (СИ)

Бугай навалился всем своим весом как медведь, поэтому остриё меча само проскользнуло между пластинами его брони и вонзилось в брюхо. Он сжал Брума, но ему от этого стало очень больно. «Бык» смог даже увидеть эти холодные спокойные глаза через бронированное стекло шлема. Брум проворачивал меч и направлял его во внутренние органы. Наконец бугай содрогнулся и обессилил.
Артур Брум откинул тело в сторону и вздохнул с облегчением. На миниэкране появилось ещё одно поздравление о серии успешных убийств и сообщение, что уровень пройдён. Последнее означало то, что можно было расслабиться, так как разведывательные дроны, летающие над пустошью, более не видели врагов в секторе.
  
— Хуф… — сказал он. — Вы, конечно, молодцы, парни… Молодцы. Не ожидал от простых бандитов такой выучки. Даже жалко, что вы уже закончились.
Воин пустоши с эмблемой быка кое-как перевернулся на бок и посмотрел на Брума:
— Кто же ты такой? — спросил бугай, уставшим голосом.
— Разве это имеет значение?
— Я хочу узнать конец моей истории. Я сражался всю свою жизнь и собрал непобедимую банду, которую никто не мог остановить. Мы громили всех на своём пути, забирали всё, что только могли унести… Сколько боёв я пережил, сколько тяжёлых годов осталось позади. Потом пустошь стала отмирать, пищи становилось всё меньше, поселения закончились. Мы искали, чем поживиться, но уже ничего не могли найти. Пока у нас ещё оставались припасы, мы решили выбраться из пустоши. И вот теперь такой нелепый конец? Нас завалил какой-то чудной псих? И ради чего? Убийство ради убийства? Тебе не нужна была даже наша провизия?
— Эх, — Брум присел рядом с умирающим врагом, — что тут сказать. Ты не поверишь, но я, в принципе, неплохой человек, только показать этого не могу. Тут уж извини, работа такая. И я тебя прекрасно понимаю, я тоже сражаюсь всю свою жизнь. Война у меня уже в крови, я ничего другого и делать больше не умею, поэтому на гражданке мне невмоготу… Но я хотя бы сражаюсь не просто ради того, чтобы выжить, а чтобы выжила цивилизация за моей спиной.
— Какая ещё цивилизация?! Это всё сдохло много лет тому назад, остались лишь сказки и мечты о прошлом… — «бык» захаркал кровью.
— Последний оплот всё ещё стоит. Нам пришлось проделать титаническую работу ради этого. Строительство началось ещё в эпоху последних ресурсных войн, мы возвели защитный периметр вокруг рудников и плодородных земель, укрыли всё это многослойными крышами и пошли расширяться вниз. Страшно представить, сколько проблем пришлось решить, чтобы наш город-государство стал действительно автономным. Атомные реакторы, подземные очистные станции, системы рециркуляции воды, воздуха и биоматериалов, многопрофильные заводы, производящие оружие, строительные материалы, одежду, медицинские инструменты, лекарства и удобрения. Нам пришлось делать абсолютно всё самим, одновременно отбиваясь от врагов за стеной.
— И ты один из защитников этого сказочного города? — усмехнулся «бык».
— Да. И мне уже немало лет. Особые лекарства, оставшиеся с древнего мира, позволяют нам продлить жизнь до максимально возможного предела. Но сейчас за моей спиной не сам Акрополис, а кое-что другое. Это сложно объяснить.
— Ну валяй, рассказывай, давай уж закончим это дело, и я отойду со спокойной душой.
Артур Брум вздохнул от ностальгии и продолжил:
— После того, как мы отбились от врагов, началась совсем другая жизнь, к которой мы были не готовы. Ещё вчера мы жили на адреналине, боролись с адом, каждый день чувствовали опасность, боялись, что наши труды пропадут даром, а потом неожиданно очутились в беззаботном раю. За стеной стало так плохо, что целые армии превратились в мелкие дикие банды, которые уже не могли даже приблизиться к городу. Земля умирала вместе с людьми, поэтому у нас не осталось даже потенциальных угроз. Мы расслабились, новые поколения уже не хотели особо трудиться, думать, бороться и совершенствовать город. Зачем? Всё и так неплохо работало. Естественно, самые умные из нас затрубили тревогу, эти тенденции нужно было побороть, пока не стало слишком поздно. И единственным вариантом была экспансия наружу, нам был необходим контакт с внешним миром в любой форме. Старейшины, управляющие городом, для начала попробовали собрать «наёмников» и добровольцев, чтобы отправить их на защиту и развитие технооазисов.
— На развитие чего? — «быку» становилось хуже, но он пытался соображать и переспрашивал про то, что ему казалось непонятным.
— Так мы называли особые бункеры, которые остались с эпохи последних ресурсных войн. Наши предки пытались спрятать и «законсервировать» чистую землю с некоторыми биоматериалами на будущее. В некоторых из них заложили семена и криокапсулы с живыми организмами. Но, как ты понимаешь, мы живём в жестоком мире. Вокруг полным полно угроз: монстры, стихийные бедствия и люди, которые пытаются найти любые припасы. Число технооазисов постепенно снижалось. Раньше мы и не думали их спасать, потому что на кону стоял сам Акрополис. Но потом всё-таки задумались и над этой проблемой. К сожалению, первая попытка вышла так себе. Ветераны, видевшие настоящую войну и сражающиеся за идею, заканчивались, а молодёжь не спешила геройствовать. Поэтому начались эти безумные игры. Так как главным развлечением у нас были компьютерные игры, то решили делать их только на военную тему и потом постепенно приближать к реальности. Сидеть за экраном монитора весело, а в шлеме виртуальной реальности ещё лучше. А в костюме, который дополняет реальность, когда ты бегаешь на настоящем полигоне против других людей, так вообще замечательно. На следующем шаге стали предлагать реальные блага, богатства и статус тем, кто будет добиваться лучших результатов в играх. И в конце реальные бонусы стали давать за выполнение заданий во внешнем мире. В общем, социальная инженерия в действии.
— Великие демоны пустоши… Какая же это глупость.
— Если глупость сработала, то это не глупость. Главное, что народ втянулся, теперь на ветеранов снова смотрели с уважением, мужчины снова начали интересоваться мужским делом, хоть и в довольно странной форме. Получилось какое-то развитие, выход из тупика.
— И ты просто ещё один игрок? Лентяй, которому стало до смерти скучно в своём райском уголке?
— Я вырос в мире, в котором игры — это способ восприятия реальности. С их помощью легче бороться с беспросветным кошмаром. Они учат сражаться без остановки: ты должен уничтожать всех врагов на своём пути, выполнять цели, получать награды и просто идти от одного уровня к другому. И так до бесконечности, даже не предполагая, что у этой игры вообще есть какой-либо финал. Одни говорят, что человек — это маска, которую он носит. А другие могут ответить, что в нашем случае это всего лишь красивая обёртка, и у нас с тобой одна и та же суть: я матёрый наёмник, воин, который не знает как жить иначе.
«Бык», слабеющей рукой, достал из внутреннего кармана перед сердцем две старые золотые монеты и бросил их к ногам Брума. Это означало его посмертное желание принести жертву демонам пустоши. Брум должен был кинуть эти предметы в один из древних алтарей, которые были разбросаны по всей пустыне, чтобы усопший откупился от демонов, и они пропустили его в царство мёртвых. Брум забрал их себе в ранец и подумал, что выполнит ритуал, если представится такая возможность.
Установилось молчание, наполненное тщетностью. Брум не привык оставлять недобитки, даже если разведдроны и доспехи были уверены, что раненый уже точно не поднимется. Иногда и они ошибались. Через полминуты он продолжил разговор:
  
— Тебе пора.
«Бык» что-то промямлил, но, видимо, ему было уже всё равно. Брум оказал ему последнюю честь и отрубил голову как самураю. Теперь молчание было ещё более гнетущим. Так всегда бывало, когда уровень подходил к концу. Напоследок он получил ещё одно достижение от благодарных зрителей: «Любитель сентиментальных добиваний».
  
Глава 2. Одиннадцатый час
 
— Ну, друг мой, Санчо, как ты думаешь, сколько ещё осталось завалить ветряных мельниц? Неужели надвигается конец? Вот победим последнюю и заживём?!