Пещерный Червь (СИ)

Взяв меня покрепче, она вела меня по длинному коридору, но не встречала моего содействия.
— Да что ты упрямишься как баран?! Вылитый папа! Вот точно, в него такой упёртый пошёл! А ведь мама говорила…
— Алён, послушай…
— Что ещё? Я тебе, вообще-то помочь пытаюсь…
— Авария… — Пожал я плечами.
Её хватка ослабла, для начала, а после, руки опустились.
— Какая авария? — Недоверчиво спросила она.
— Родители, они… Они попали в аварию.
— Как… Как же так? Не может быть! — Ей, как и мне недавно, резко поплохело. В воздухе веяло некой тяжестью, но так просто, нам от неё, кажется, уже не избавиться.
★★★
Свои глаза еле открыл. Голова кружится… Я всё ещё жив? На последних силах, пополз дальше к берегу, подальше от воды. Вскоре, оказался на значительном расстоянии от озера. Обернулся. Много крови. Моей? Получается так… Оставил за собой целый кровавый след, который, тут же смыла волна. Взглянул наверх и зацепился за обрыв, шакала не видать… Ушёл? Как-то не верится, нельзя медлить…
Собрался только перевести дух, как внезапно, вода в озере, сильно оживилась. Поднималась, опускалась… И так по кругу. Твою ж! Забыл, что в здешних пещерных водах, водятся гигантские плотоядные рыбы… Надрывая своё тело, шипя от боли, я ещё немного отполз от воды, насколько смог. Всё… Здесь, эта рыба, меня, уже никак не могла достать. Но на всякий, я нырнул за огромный камень, скрывшись за ним. Сердце билось за десятерых, я очень тяжело дышал, тело неистово болело, немели конечности… Толком не мог шевелить левой ногой. Бегло оценил своё состояние, почти ни одного живого места. Какие у меня шансы выжить, на этот раз?
В голове, буквально на секунду, проявились расплывчатые образы людей, но эта пелена, никак не смогла помешать мне распознать их. Нет… Так просто сдаваться нельзя…
Рана всё ещё кровоточит, но уже не так сильно как раньше. Выглянув из своего укрытия, наблюдал несколько рядов острых зубов серого рипея, третьего уровня. Если бы я, позволил себе промедлить, был бы не здесь, а плавал расчленёнными кусками плоти, на дне этого водоёма. А там, гляди, мной охотно бы перекусил, этот зубастый ирод… Даже будучи всего третьим уровнем, эта тварь — крупнее многих акул.
Сам я, с ног до головы, в песке и грязи. И не только внешне… Раны — тоже в вышеперечисленных основных проблемах. Во рту и то, кулич слепить можно. Вовремя, кстати вспомнил. Я выплюнул всю эту кашу к чертям собачьим, оставляя рядом, влажную лепёшку на траве. Заражение, по сути — гарантированно… Но может, не всё потеряно? Умирать в мучениях… Перспектива? Нет, если и придётся, согласен только на быструю и безболезненную участь. Сколько я вообще пробыл в отключке? Может шакал знает обходной путь и скоро спуститься доделывать начатое? Взор, вновь начал потихоньку мерцать и мутнеть. Кажется, я опять отключаюсь… Много потерял крови?
Цыкнув, я рукой смахнул пот со лба. Видать, настолько хреновое состояние. Как же не вовремя! Возможно, останься я в воде, то весь этот кошмар, поскорее бы закончился…
★★★
— Какими большими выросли!
Бабушка грустно улыбалась. Сильная женщина, её дочь — наша мама, лежит в коме, уже как неделю. Мы с сестрой, некоторое время, жили в родительском доме, пока правоохранительные органы занимались нами. Вот сегодня, на служебной машине, нас везли часов пять, практически без остановок. Родительский дом закрыт, ключи у нас, а мы, отныне, в другом городе. Будем жить у ближайших родственников по маминой линии. О кончине отца, мы узнали на следующий день, после самой аварии, мама выжила, но впала в кому. По прогнозам врачей, ожидать её пробуждения в ближайшее время не стоит… Не такой я себе представлял, поездку к бабушке с дедушкой на зимних каникулах… Наши попытки натянуть маски улыбок перед ними, закончились ничем. Кривые, неувереные, что с нас взять? Да и все всё — прекрасно понимали. И эти же все, еле-еле сдерживаются. Я так ни разу не сумел проронить даже одной слезы, хотя, такое ощущение, будто моё сердце ноет внутри — не покидает меня ни на мгновение. Слёзы просто не идут… Алёна же, выплакала всё — что только можно было, ещё в первые несколько дней, сейчас, напоминая меня со стороны. Такое же — пустое выражение лица.
 
Итак… Отец погиб, так и не дождавшись приезда скорой помощи. Он у нас один с приюта, из родственников, у него только мы… Были. Раньше это редко обсуждалось, никогда в положительном свете, но… Мне кажется, такой расклад с его родителями, лучше повлияет на ситуацию. Я не могу представить, какого было бы им сейчас, получи они известия, о смерти родного сына.
И о чём, собственно, я сейчас думаю?
Это уже осознать сложно… Моя жизнь разрушилась, из-за одного, пьяного школьника, гоняющего по городским дорогам. Эта паскуда, даже не пострадала. А как же! Ублюдок отделался лёгким испугом! А там и свидетели появились и показания… Он въехал в машину отца с поворота на красный! Так мне сказал знакомый мамы, что с ними ехал в машине, на заднем сидении, по телефону, прямиком из больницы. Завтра поеду навестить его, может, наконец, решусь взглянуть хоть разок на маму.
Я сидел на кухне и прожигал дыру в потолке, но внезапно к горлу подскочил ком, отчего я пулей оказался у унитаза и освобождал, так сказать, свой желудок. Позже вырвался и кашель с кровью.
Я не понимаю что происходит… Мой организм сходит с ума, по своему. Никогда не болел ничем серьёзным… Что могло со мной случиться, так спонтанно?
★★★
— Вадим Стефаненко, пройдёмте за мной. Третья палата.
Я пошёл за доктором, нет… Лучше сказать, я поплёлся за ним, опустив голову и не обращая внимания на других. Хотя я вполне уверен, что это чувство чужого взгляда на себе, которое я ощущаю, неспроста. В общем, я скопил на себе десятки пар глаз.
Достало…
Хотя, новость, всё-таки была громкой… Но то, что многие проявляют сочувствие, не вернёт мне отца и не поможет восстановиться маме. Легче от их показательных соплей, как-то не становится…
Автоматические двери открылись ключ-картой доктора, проводившего меня. Я зашёл в палату, рассчитанную на десять человек. Моя цель — койка и человек у окна. Здесь лежали и другие, старики, дети… Все по своим причинам, но они мне не интересны.
Мужчина у окна повернулся ко мне, постарался приветливо улыбнуться. Выглядело это искренне, насколько это могло быть возможным.
Как и бабушку с дедушкой, его я тоже редко видел, друг детства мамы, и… Друг всей семьи… От которой осталось — всего нечего.
— Вадим! Ты всё-таки приехал…
Я молча кивнул. Положив на столик рядом гостиницы. Яблоки, мандарины, апельсины, груши… Фрукты. Да.
— Спасибо тебе…
Повторил свой же жест и сел на стул, рядом с его кроватью.
Я молчал, да и он сам тоже не особо спешил разговаривать. Каждый думал о своём, но уверен, мысли наши крутились вокруг одной темы.
Если честно, вообще не собирался трепать языком, мне просто не до этого… Дело не в нём самом, я благодарен ему за то, что он сказал правду и выступил против богача в суде, поддержав тем самым нас… Но улик оказалось больше против нашей стороны. Каким-то образом… Мы проиграли и дело замяли.
Твари. Все они, поголовно ублюдки. Никому из них, так просто это с рук не сойдёт! В общем… Хорошо что Гриша остался жив. Я даже посмеялся с того ни с сего. Но кажется это был приступ истерики от собственной безысходности. Говорю что им с рук это не сойдёт, а на самом деле даже сообразить не могу что им противопоставить. Что в моих силах сделать коррумпированной прокатуре и суду? Что сделать толстому кошельку папаши выродка и всем кто в этом замешан?…
— Ты чего смеёшься?
Спросил Гриша, немного бледный после катастрофы, но в целом идёт на поправку.
— Не, нечего. Неважно. Я пойду…
Говорил я, вставая. Направился к выходу. Гриша хотел что-то сказать напоследок. И даже начал, но замялся в процессе, да и я не обернулся. Раз прекратил на полуслове, значит и не настаивал.