"Фантастика 2024-125". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Зато! Зато было и преимущество. В пансионате жили не только парни, но и девушки. И вот они-то явно сохли по мне все поголовно. Не знаю, что именно их так притягивало. Может быть то, что я был чуть старше, а в возрасте семнадцати-восемнадцати лет даже два года играют роль. Может быть, моя близость к Вениамину их так заводила. С преподавателями и наставниками общаться в романтическом плане было запрещено, а я и не наставник, но старше всех тех ребят, что были основным контингентом этого заведения. В общем, хоть и тайно, но ко мне подкатывали практически все девчонки. Может, они стеснялись проявлять свои чувства прилюдно, а может, мой загадочный образ заставлял их так поступать, но все знакомились со мной как-то скрытно. Отчего я мог не просто выбирать, а встречаться одновременно с несколькими юными особами, не рискуя попасть в неловкую ситуацию. Что я в общем-то и делал. Ну а что? Раз они сами шли ко мне в руки, то сама судьба велела этим пользоваться. Так что в какой-то степени дух студенчества присутствовал в моих буднях, а точнее вечерах и ночах.
Зато все это способствовало стабилизации дара, как моего, так и самих девушек. Так что считай принцип рука руку моет в моем случае работал на ура.
Но первый выезд в город запомнился мне другим.
С самого утра ко мне в комнату приперся Вениамин. Он бубнил что-то про сборы, про какую-то поездку, про важность момента, но я плохо понимал, о чем он. Всю ночь я провел, занимаясь стабилизацией дара одной юной белокурой особы, которая вот уже третий день подряд пыталась доказать мне, что у нее спонтанные проявления предвидения, но проявляющееся только в строго определенный момент. Ну вы сами понимаете в какой именно. И мне раз за разом третью ночь подряд приходилось доводить ее до этого момента, но предвидения так и не появилось. Я был не против, но все это уже начинало изнурять, так что особой свежестью я не отличался.
Девчонка едва успела выскользнуть из моей комнаты, прежде чем там появился Вениамин. Он тактично сделал вид, что ничего не понимает, а может и впрямь не понял, так как был слишком занят своим бубнежом.
Когда же я понял, чего он от меня хочет, то мгновенно пришел в норму.
В город я хотел попасть давно, но одного меня не отпускали, а Вениамин все время откладывал поездку. И вот мое время настало.
Я оделся и выпил стакан воды.
— Что его высочество, князь Сибирский, готов к поездке? — с некоторой долей издевки спросил мой наставник.
Я уже привык к его легкому издевательскому отношению к моему имени-званию, но никак не соглашался называться Макаром. Чисто из принципа и только с ним. Зато было весело.
— Готов! — ответил я.
— Вот и отлично. Машина подъехала, можем выдвигаться, — произнес Вениамин и вышел за дверь.
Я запер комнату и последовал за ним.
— У нас будет около трех часов для осмотра достопримечательностей, затем обед, снова часовой осмотр и час свободного времени, которое я предлагаю провести в небольшом кабаке. Тебе там понравится.
Вениамин был бодр и весел. А главное, я прямо-таки чувствовал, что ему самому нравится, как должен сложиться наш день. Не знаю, чего он больше ожидал, осмотра достопримечательностей или злачных мест, но энтузиазма ему было не занимать.
Огромный черный лимузин стоял на асфальтированной дорожке недалеко от выезда с территории. Пару дней назад выпал небольшой снег, но его весь вычистили и сейчас даже на пожухлом газоне не было белых комков.
Дверцы в автомобиле распахнулись сами, едва мы подошли ближе. Вениамин юркнул внутрь вперед меня и уселся у дальней двери, сделав приглашающий жест.
Я втиснулся в салон и закрыл за собой дверцу. Сработал доводчик и легкое жужжание наполнило салон.
Все внешние звуки вдруг пропали, погрузив нас в абсолютную тишину. Я даже не заметил, как мы тронулись. Заиграла тихая музыка. Мелодия была незнакомая, но довольно приятная.
Вениамин протянул руку, и под его ладонью открылась небольшая ниша. Достав два бокала, мой наставник провел ладонью над другой нишей. Там оказалась бутылка шампанского.
 
Напиток запенился, скатываясь по стенкам бокалов, привычно зашипел.
— Не люблю шампанское, — усмехнувшись произнес я.
— Зато я люблю, — произнес Вениамин.
Он протянул мне один бокал, второй оставил себе.
— За начало приключения!
— Да пофиг, — поддержал я его тост.
Мы выпили.
— Что такой недовольный? — спросил Вениамин.
— Говорю же, не люблю этот напиток. Чувствую себя дегенератом, что пьет его утром.
— С чего бы? — удивился наставник.
Я рассказал ему суть прикола, не вдаваясь в подробности откуда у меня такие познания.
— Почему же тогда не аристократом? — рассмеялся Вениамин. — Я бы вот выбрал именно этот вариант.
— Потому, что я не аристократ, — усмехнулся я.
Я чувствовал фальшь. Поведение Вениамина меня слегка раздражало. Этот пафос, с каким он наливал и пил шампанское. Словно он старался доказать мне, что мы не просто решившие погулять подростки, а именно золотая молодежь.
Да и хрен с ним! Я хотел в город, едем в город.
А за окном было на что посмотреть.
Деревья кончились как-то резко. Мы ехали по затененному коридору между стволов, а потом в миг оказались несущимися навстречу высоченной каменной стене, уходящей далеко влево и вправо. И когда я уже думал, что мы вот-вот врежемся в это ограждение, проступили детали.
Стена оказалась не стеной, а стенами домов, окраиной города. Узкая темная полоска впереди — улицей, что шла куда-то внутрь. Судя по тому, что мы ехали по дороге шириной в четыре полосы, то до города было еще порядком, а высота окраинных домов была не меньше сорока этажей.
Перед глазами картинка враз переменилась, когда сознание смогло втиснуть в себя эту громаду. Черт! Город был здоровенным!
На улице было светло, но я видел сияние огней. Не знаю, свет в окнах или фонари на стенах, но что-то сияло. Светилось, горело, сверкало, делая приближающийся город, похожим на муравейник.
Стена все росла и росла и вдруг из сверкающей ровной поверхности превратилось в фактурные здания с балконами, огромными окнами и арками. Концепт из стекла и бетона. Мечта футурологов.
Мы вонзились стрелой в бок мегаполиса и тут же оказались поглощены им, словно Иов китом. За окном замелькали витрины, вывески, люди, машины. Мы были не одни, мы стали крошкой в потоке, муравьем в армии других муравьев. Блестящей каплей несущегося роскошного лимузина в потоке еще более причудливых капель.
Вау! Это то, что было сейчас в моей голове.
Но лимузин не останавливался. Мы продолжали двигаться куда-то вперед.
Я только сейчас заметил, что Вениамин наблюдает за мной и улыбается. Что ж, ему удалось произвести на меня впечатление. И да, он был прав, что не показал нам кусочек города, когда привез нас на вездеходе. Мы наверняка ехали не по этой улице. Наверняка не через этот район. Вениамин явно умел преподнести красоту этого места. И мне казалось, что он сам впечатлен им.
Как это было ни странно, но бетонно-стеклянный город вдруг кончился, уступив место огромному парку. Здесь были деревья и кустарники, огромные выстриженные поляны и лабиринты низких насаждений. Парк шел кольцом, окружая исторический центр. Не знаю, когда возник этот город, но центр сильно отличался от окраин. Он оказался невысоким, каменным, более классическим и с архитектурными изысками, присущими барокко и ампиру.
Я словно попал в город внутри города. Этакий Питер внутри Москва-Сити. Только без обшарпанности и однообразности первого и без пафосности второго.
Асфальт кончился и пошла мелкая, но безупречно подогнанная брусчатка. Мы въехали на территорию совершенно иную, нежели парк и внешний город.
Перегородка, отделяющая нас от водителя опустилась, и к нам обернулся тот, кто управлял лимузином.
— Вениамин Петрович, впереди что-то странное.
— Что значит странное? — не понял мой наставник.
— Вроде как баррикады, — виновато заявил водитель.