Моя новая жизнь (СИ)

Впервые я слышала его таким взбудораженным.
— И что это за картина? Пейзаж? Мой портрет? — улыбалась чуть ли не до ушей, чувствуя бабочки в животе. Иначе не передать ощущения. Я перенимала его кураж. — Приятно быть чьим-то вдохновителем.
— О, прекрасная леди, вы не просто вдохновитель, вы мой спаситель, хотел бы я показать… а ты можешь включить «Face Time»?
— Эм… да, сейчас.
Я вскочила с кровати и включила в комнате свет, наскоро причесалась перед зеркалом. Красные от слез глаза не убрать быстро, поэтому пришлось показывать себя такой. Заплаканной.
Залезла на кровать и включила режим на звонке.
На экране показался Фил. На голове у него была бандана, на щеке и носу — краска. В глазах горел огонек легкого сумасшествия. Его всего переполнял энтузиазм.
— Милая пижамка, — широко улыбнулся он.
Щеки вспыхнули от смущения, и я невольно закрыла их руками.
На мне были шортики из шелка и такая же рубашка с коротким рукавом. Это был комплект с Вини Пухами. Мы долго спорили с Алисой. Она говорила, что лучше купить с Тигрулей. Настя с Идой вообще смотрели на нас как на идиотк, говоря, что это детский сад.
— Показывай давай! — с нетерпением произнесла, желая отвлечь от детской картинки на рубашке.
— Так, — выдохнул парень, опустив голову.
Он перевел с передней камеры на камеру с другой стороны телефона и направил на большой холст.
Меня потрясло уведенное. Картина завораживала взгляд, гипнотизировала, отдаваясь болезненными уколами в сердце. В ней столько эмоций запечатлено, что грудь сдавливало.
Малиновый закат отражался на стеклянной поверхности небоскребов и таял, опускаясь ниже. На это все смотрел женских силуэт, сидя на крыше одной из таких же стеклянных высоток. Так детально все было прорисовано, что я даже заметила едва уловимые линии на небе, будто скрепляемые элементы между собой. Словно пазл.
— Потрясающе… — выдохнула я, даже не заметив, что голос пропал и я смогла лишь прошептать.
— Правда нравится? — парень смотрел на меня с нетерпимым ожиданием, поглощая взглядом любую мою эмоцию.
— Прекрасный закат…
Он прищурился, всматриваясь в меня внимательнее.
— Ты уверена, что это закат?
— Уверена, это же… погоди, — я пригляделась, пытаясь уловить детали. — Рассвет выглядит светлее, но…
— Если посмотришь под этим углом, — он переместил ракурс телефона. — оттенки меняются, свет становится мягче. На что это теперь похоже?
— Ва-а-ау, — только и смогла выдавить, не веря своим глазам. — Как у тебя это вышло?
Парень лишь пожал плечами.
— Слушай, — вдруг кое-что вспомнила я, присматриваясь к картине, уже стоящей на фоне Фила. — а та татуировка на шее у Матвея случайно не тобой нарисована?
— Да, эскиз мой, так заметен почерк?
— У мен на эти вещи глаз уже на метан. — улыбнулась ему.
Мы еще немного поболтали. Я в шуточной манере рассказала, как весь день пыталась заколебать отца. Он сказал, что примет мой рассказ к сведенью и будет осторожен в словах и действиях, дабы не обидеть ненароком. А я сказала, что он и так со всеми слишком осторожен.
Слова Матвею не в счет, поскольку сказал он ему все это намеренно, зная, как ударить по больному, чтобы помочь решится на следующий шаг.
Но вот Фил заметил поздний час и пожелал мне сладких снов. Договорились встретиться завтра. Я успокоилась и быстро заснула после разговора.
Злость. Она переполняла, съедая изнутри языками пламени. Он как никогда стал ощущать себя глупой марионеткой, верным щенком, каждый раз приносящим хозяйке поводок в зубах. Сам же помог ей себя приручить.
Все утро он искал ее по школе. Знал ее расписание наизусть, но ни в одной аудитории ее не нашел. На звонки и сообщения она не отвечала.
Лишь к обеду, выйдя покурить, заметил ее во дворе школы. Она сидела на веранде за одним из обеденных столиков с компанией парней из троих человек.
Алиса работала в школьных новостях и даже возглавляла школьное радио. Совсем забыл заглянуть в корпус самоуправления. Она имела право отпрашиваться с уроков для всех этих школьных активностей.
 
Внутри все закипело от гнева, стоило ему увидеть ее смеющуюся над шутками одного из компании. Парень курил электронную сигарету и вдруг протянул ее Алисе. Та, наклонив голову, неспешно взяла коробочку и поднесла к губам.
Сам не заметил, как преодолел расстояние, поднялся на веранду и, подойдя к столику, выхватил у девчонки вейп.
— Эй! Моть, ты совсем ахренел!? — возмутилась его подруга.
Он грозно посмотрел на парней, сидящих все это время с Алисой. Остановил взгляд на том шутнике, что протянул ей сигарету.
— Еще раз я увижу, как ты ей свою дудку предлагаешь, я тебе ее в задницу запихаю, будишь через пятую точку ходить, парить, вейпер хренов.
— Савин, ты чего? Тут никто не хотел с ней ничего такого… — поднял руки парень, облокачиваясь на мягкое кресло.
— Заткнись! Ты меня понял?
Парень кивнул, не желая провоцировать. Все знали о том, что эта девчонка неприкосновенна. Конфликтов с Матвеем Савиным никто не хотел.
— Ты опять людей запугиваешь, чудовище, — возмутилась Алиса, сложив руки на груди.
— Нам нужно поговорить, пойдем выйдем. — серьезно произнес он.
— Ой, бука какая, обиделся, что я не отвечала? Мы эфир записывали с командой, телефон на беззвучном был. — она посмотрела на свою компанию с довольной улыбкой. — Чуваки круто сняли, правда не с первого раза получилось… кстати, — она запнулась, вдруг вспомнив что-то, посмотрела на Матвея прищурившись. — ты договорился с Олегом Корнеевым о новом интервью? Сказал, что я очень извиняюсь за прошлый раз? Не хотела его обидеть, теперь я подготовлюсь лучше. Мне очень нужен его комментарий, сроки по статье горят, а согласие на публикацию он давать не хочет. У вас же с ним хорошие отношения.
Она, как всегда, начинает болтать без умолку.
Матвей нахмурился и, схватив ее за руку, поволок в сторону, где бы их услышало меньше людей.
— Да блин, Мотя! — снова возмутилась девушка. — Что ты творишь?
Фил говорил ему о том, как правильно признаться и разрулить вопрос с дружком по переписке. Сказал, что говорить нужно осторожно, подбирать слова правильно, иначе она легко может расценить его действия как издевательства, какой-нибудь глупый розыгрыш, и тогда шанс на взаимные чувства с ее стороны испарится.
Только сейчас его слишком сильно переполняли эмоции, чтобы он мог вспомнить хоть что-то из советов друга.
— Ты долго так собираешься мною пользоваться? Удобно, да? «Матвей, сделай то, Мотя, помоги с этим», и Мотя, как послушная шавка бежит и помогает! «Разберись с этим мудаком, он меня оскорбил!», «забери меня из клуба и денежки возьми побольше, с подружками не рассчитали малость», «нам нужна студия для документального фильма, ты же поможешь?». Это из последнего. Хоть раз подумала обо мне?!
Смолчал о том, что вчера ему в наказание за опоздание поставили тренировку в выходной день. Она длилась почти без остановки с самого утра до позднего вечера. Не успел он переодеться в раздевалке и принять душ, как пришлось ехать в ресторан по одному ее звонку, помогать с оплатой, потому что у нее карта размагнитилась, а потом везти ее до дома с покупками, которые она попросила спрятать у него дома, потому что ее отец и так ругается, что все шкафы в доме заполнены ее одеждой.
Много раз она просила приехать на разборки. Конфликты Алиса затевала часто, особенно если считала, что с ней поступали как-то не честно.
Он столько на Юлю с ее высокими запросами не тратил, сколько на Алису и решение ее новых и новых проблем.
Сейчас поговорить с известным блогером для статьи Алисы казалось плевым делом, в сравнении с тем, что приходилось разгребать раньше. Хоть Олег и обиделся сильно и отказывается что-либо слышать об этой горе журналистке, заплатить побольше и попросить просто не читать провокационную статью при должном усердии было возможно, но слишком многое навалилось и слова Фила задели Матвея за живое.