Моя новая жизнь (СИ)

Мариана испугано, даже с некоторой мольбой, посмотрела на Фила и помотала головой в отрицательном жесте.
Парень тяжело вздохнул и посмотрел на друга.
— Кир, не торопись, слова Мари, кажется, воодушевили юную леди, — Фил в ожидании посмотрел на меня. Взгляд его обострился и стал требовательнее. — хорошо, что передумала, буду рад прокатить.
Я отрицательно мотнула головой, но взгляд его стал ещё жестче, и я согласно кивнула. Сама не поняла, как это вышло.
Кир с недовольным лицом кинул ключи Филу. Тот поймал их и быстро завел мотоцикл, устраиваясь на железном коне.
Дрожащими руками надела шлем и закрыла стекло. Еле передвигая ноги, подошла к заведенному байку и в ожидании уставилась на водителя. Хорошо, что он не видит моего лица.
— Садись, — тихо произнес.
— А тебе шлем?
— Больше нет, садись.
Я осторожно перекинула ногу, вскарабкиваясь и стараясь сохранить, между нами, хотя бы миллиметровое расстояние. Не вышло. Мотоцикл сдвинулся с места, и я со страху обхватила спину Фила, буквально вжимаясь в него.
— Успокойся, я еще никуда не еду, — мне показалось или в его тоне мелькнуло раздражение.
Только сейчас заметила, что он напряжен. Наш физический контакт ему совсем не нравился.
Я обернулась в сторону ребят. Он смотрели на нас с нескрываемым скепсисом. Да, мы меньше всего сейчас походили на пару.
Мотоцикл вдруг взревел сильнее прежнего, и мы понеслись к шлагбауму, а затем выехали на дорогу.
Мариана была права. Это незабываемо! Захватывающий все твое существо адреналин плюс тесный контакт с человеком, волнующим меня, отображается на сердце. Оно буквально сходит с катушек.
Я хотела, чтобы дорога на заканчивалась. Дух захватывало от скорости. Мы ехали аккуратно, но на порядок быстрее проезжающих машин.
Все навязчивые мысли улетучились, остался лишь восторг, эйфория от езды.
Мы подъехали у высокого стеклянного здания.
— Ваау! Как тут красиво, — с нескрываемым восторгом говорила я пока мы ехали в стеклянном лифте.
Виды из кабины открывались впечатляющие. Мы, кажется, поднимались на самый последний этаж.
— Это офис мультипликационной студии «Rose». — выдал наконец парень, когда мы вышли из лифта и проходили мимо огромной комнаты в стиле лофт из светлого дерева. Кругом столы с компьютерами, матовые стеклянные перегородки под ногами ковер морского цвета. Никого кроме нас здесь не было. — Сейчас суббота. Выходной. Но мой друг здесь живет, можно сказать, круглыми сутками, он нас сюда и впустил. Я вас познакомлю, ты только не бойся, слышать он тебя не будет, но по губам читает, поэтому говори, когда он на тебя смотрит.
Мы прошли до конца светлой комнаты к матовой стеклянной двери. Фил открыл её и жестом джентльмена пригласил пройти первой.
Я вошла. Комната была на порядок темнее, окон здесь не было, а свет выключен. Лишь настольные лампы освещали какую-то часть комнаты. Стол, к слову, был расположен вдоль сены от двери не заканчивался на углу, а был протянут до следующего. Три компьютера и три лампы стояло на нем. Оставшееся место было завалено листами с рисунками, набросками и прочим.
За крайним компьютером сидела худая фигура и что-то увлеченно рисовала в планшете стилусом. Так называется сенсорный карандаш прилагающийся к устройству.
Фил подошел к молодому человеку и хлопнул его по плечу, усаживаясь за кресло рядом.
Тот дернулся от неожиданности и посмотрел на пришедших. Глаза тронула радость и у края века появились лучики от улыбки.
— Здарова, Арс, — заговорил Фил, сопровождая свои слова жестами. — привел к тебе необузданный талант. Это Арина.
Он с интересом посмотрел на меня, откладывая стилус. Ноги, до этого находящиеся на кресле в позе лотоса, он спустил на пол и поднялся, протянув мне руку.
Я, ответно улыбнувшись, протянула ему свою и он легонько ее пожал.
Не могла не подметить его длинные пальцы, тонкое запястье, увешенное браслетами из дерева и плетенной плотной пряжи. Парень был выше меня, но уверена, Филу в росте уступал. Светлые, местами пепельные и совсем белые волосы были убраны в пучок на затылке. Лазурные глаза смотрели с такой добротой и радушием… Фил у него учился что ли?
 
На нем были черные широкие штаны, напоминающие стиль восточных стран. Такие, на мой взгляд, носят ёги. И простая белая футболка. Очень по-домашнему, будто и не на работе.
Новый знакомый спросил что-то у Фила при помощи жестов.
— Сень, фу! Это моя подруга, заблудившаяся в своих способностях душа, ей нужно помочь раскрыться. Не будешь против, если я воспользуюсь нашим проектом?
Парень снова что-то показал руками.
— Хватит делать из меня монстра, я искренне хочу ей помочь. — Теперь он посмотрел на меня с легкой полуулыбкой и встал с места. — садись сюда, здесь мое место, поэтому не бойся что-то делать не так.
Несмело села на место Фила и посмотрела на уже включенный парнем экран компьютера.
— Смотри, мы работаем сейчас над короткометражным социальным мультфильмом для страницы компании. Вот что мы уже сделали.
Он показал фрагмент мультфильма, рассказал сюжет и мысль, которую они хотят донести. Увиденное впечатлило. Я постепенно переставала стесняться и задавала вопросы на тему того, как воспроизводиться кадр, каким образом строиться картина.
Подумать только, создание мультфильмов такой щепетильный, но вместе с тем такой интересный процесс. Чем больше я узнавала о деталях, тем больше заражалась делом. Я смотрела на то, как рисует следующий кадр Фил, а у самой чесались пальцы попробовать тоже.
Правда, я не сказать, что хорошо знала о динамике и так естественно движение персонажей у меня бы не получилось сделать.
Так и выходило. Когда я пробовала рисовать, что-то все время в рисунке было не так. Как ни старалась, ноги вступали в резонанс с прошлым кадром, руки совершали уродливые выдуманные движения, никогда не совершаемые людьми и так далее.
Фил терпеливо правил рисунок, указывая на такие мелочи, как складки на одежде, движение сустава, которые происходят, при совершении человеком определенный действий.
Про мимику я вообще молчу, там полный провал.
Я беспокойно смотрела на него.
— Не переживай, это дело поправимое, при должной практике, рука быстро набивается, ну и теории бы немного. Главное — способности и пристрастие к делу. Если это есть, то все легче простого. — тон его был тихим, легким и задорным. Это успокаивало и придавало уверенности в своих возможностях.
В шуточной манере Фил показывал, что не так я делаю:
— Куда у тебя голова полетела? Чувак, конечно, чокнулся, но не до того, чтобы с башкой в буквальном смысле попрощаться. Или он решил занять очередь в рай?
— Вот это да, впервые вижу сору лодыжки с бедром, они что, решили такие: «Мы независимые, пошел ты, больной дурак, мы будем ходить сами, бедро вправо, лодыжка влево».
Я смеялась, стирая неудачи и иногда подыгрывая шуткам. И так он просил пробовать снова.
И я пробовала, пробовала еще, затем еще. Процесс меня увлекал, и я совсем забыла о времени и том, где нахожусь.
Отвлек меня мелодия телефона. Звонили Филу, но ответил тот не сразу, странно смотрел на экран какое-то время, будто не ждал от звонящего ничего хорошего. Все же ответил. Он весь напрягся от сказанного в трубке, глаза стали жестче, а скулы — острее.
Он посмотрел на Арса и кивнул в мою сторону, тем самым прося проследить, а затем резким шагом вышел из комнаты.
Парень взглядом проводил друга и посмотрел на меня, извиняюще улыбнулся и подкатился на кресле ко мне.
Когда я делала штрих не в ту сторону он показывал на него пальцем, а второй рукой делал ругающий жест, тряся указательным. Меня это забавляло, и я быстро привыкла к его правкам, но время отсутствия Фила считала. Не понимала почему его все еще нет.
Прошло уже полчаса, и я беспокойно посмотрела на Арса.
Тот взял первый попавшийся листок, написав карандашом, подвинул лист мне.
«Он на крыше. Могу проводить, но не думаю, что ему это понравится»