Война сердец. Магия Тьмы (СИ)

— София! — Салазар потянулся к ней, но Клариса удержала его под локоть.
— Стой! Ты видишь, что натворил? Ты приволок лишних!
Оказалось, София выскочила из фиала не одна — позади неё стояли двое: женщина, такая же полупрозрачная, как Данте, и как сама София — то была герцогиня Лоида Мендисабаль; и… Тибурон.
========== Глава 25. Жертва во имя «ничего» ==========
Салазар так обомлел, что не успел среагировать — Тибурон направил ладонь на Кларису, и Лоида исчезла в её теле. Клариса, вскрикнув, рухнула на пол и забилась в судорогах у ног Салазара.
— Вот ты и попалась, незваная гостья, — сказал Тибурон с ехидством. — Ты нарушила мои планы в первый раз и строишь мне козни и сейчас. А ты повёлся, глупый мальчишка, — бросил он взгляд на Данте. — Явись передо мной в своём истинном обличье, хватит прятаться! Кем бы ни была ты, чьё бы тело не занимала, я хочу увидеть тебя!
Салазар не проявлял активности — он не сводил влюблённых глаз с Софии.
— Выходи! — повторил Тибурон громоподобно. — Или я испепелю Сущности этих двоих, — он кивнул на Данте и Софию, и на ладони его возник огненный шар. — Если я уничтожу Софию, ты станешь врагом не только моим, но и врагом того, кого ты пытаешься так глупо спасти. А если я уничтожу Данте, он никогда не вернётся в настоящее. Время остановится навсегда, ибо будущее окажется разрушено.
Пых! Тело Кларисы, всё лежащей на полу, заискрилось. Секунда, и к изумлению Данте из неё выплыла Сущность Октавии — той самой, с которой он попрощался недавно.
Клариса, обхватив голову руками, попыталась сесть.
— Ты? — Тибурона явление Октавии, похоже, впечатлило. Но Салазар только ухмыльнулся кончиками губ.
— Мне следовало догадаться. Значит, ты разобралась с зеркалом. Поздравляю, — молвил Салазар безэмоционально.
— Хитрая бестия, как ты это провернула? — рявкнул Тибурон, губы его дрожали от ярости. — Напугалась, что я изменю прошлое, и не поняла: то и было моей целью. Я хотел, чтобы этот глупец, — он указал на Данте, — разрушил прошлое, тем самым истребив вашу семейку, и потомков, и предков. Может, тогда я сумел бы заполучить силу этого несчастного… Если б Данте вселился в Ладислао, как я хотел, и заставил его убить своего сына, мой план удался бы. Ладислао ждали бы суд и казнь, а его семью — бесчестье. Тогда Леопольдо не женился бы на тебе, и у тебя не родился бы Лусиано. Род Фонтанарес де Арнау был бы уничтожен. Но этот дурачок послушался тебя. Да ещё и забыл сжечь записку, которую ты ему подсунула благодаря Эу. Когда я нашёл её в своём доме, то понял, почему всё идёт не так. Я долго искал Данте в прошлом и не мог найти. Ты хитро придумала вселить его в птицу. То-то я удивлялся, что Гуэну, с разумом, заколдованным на подчинение мне, не слушается ни меня, ни Кассию.
— Это из-за кольца на его лапе. Оно блокировало твои чары, — улыбнулась Октавия с видом победительницы.
— А теперь изумруд, из которого было изготовлено кольцо Гуэну, слушается меня, — добавил Салазар монотонно. Он смотрел на Софию, и глаза его казались темнее самой чёрной ночи. — Ты никогда не получишь мою силу, чёртов старик, ибо магия моя уникальна. Она имеет другую природу, она течёт по моим венам, и я общаюсь с ней на равных. Я не делю её на магию Тьмы и Света. Вся магия едина. А ты этого не понимаешь, старый хрыч. Ты думаешь, парочка зелий и артефактов сделают тебя всесильным магом, особенно если ты ухитришься отобрать чужую силу. Ха-ха! Ты забыл главный принцип магии. Она не работает на вора, — и Салазар с усмешкой надел изумрудный перстень на средний палец левой руки.
От перстня потянулись нити, серебряные, тоньше паутины тутового шелкопряда. И Данте почувствовал — они, как щупальца, опустились ему на плечи. Обкрутили его, Октавию и Софию. Щёлк! Изумленный Тибурон остался один на один с Кларисой, по-прежнему сидящей на полу.
Материализовались они с Салазаром в комнате, где сияла пресловутая Сфера Сущностей.
София с ужасом разглядывала висящие в аквариумах человеческие головы, а Салазар тенью бродил за её спиной. Октавия же подошла к Данте.
  
— Ну здравствуй, Данте. Вот мы опять и встретились.
Он обернулся, ощутив невесомое прикосновение к руке.
— Значит, всё это время вы жили в Кларисе?
— С того момента, как стала Сущностью. Но в первой реальности я вселилась в неё уже взрослую. Когда я изучала свойства волшебного зеркала, варила снадобья, читала книги, я сама превратила себя в Сущность, и меня отрекошетило в Город Сущностей. В новой реальности всё вышло иначе — я вселилась в юную Кларису, чтобы вытащить Салазара из ловушки Тибурона. Клариса — маг, а я нет, и мне нужна была её сила. Я заставила её проникнуть в дом Фонтанарес де Арнау и забрать артефакты: кольцо Гуэну, меч и трость. Потом мы переместились назад в прошлое, туда, где Клариса ещё не родилась. Если ты не заметил, когда она разбила ледяную тюрьму Салазара, то была нематериальна. Я сделала это, чтобы Тибурон не смог её убить — он даже не понял, что Клариса, которая вытащила Салазара, — Сущность из будущего.
— Погоди-погоди, я немного не понимаю, — оборвал её Данте. — В этот раз её направила ты. А как она спасла Салазара в первый раз?
— Его и тогда спасла я, — улыбнулась Октавия. — В тот раз я приготовила огненное зелье, что растворило лёд. Мы выбрались от Тибурона, я выходила Салазара, он был слаб, почти без сил из-за яда. Когда в прежней реальности Эу пыталась его спасти, она ранила его ядовитой тростью. Чтобы вылечить Салазара, я начала искать себе материальное тело. В мужчину женская Сущность вселиться не может, и я нашла девушку-мага — Кларису. Я наткнулась на неё случайно — просто увидела на улице, как она колдует. И всякий раз, как она превращалась в свою подругу Амарилис, я управляла ею. А ты ничего не понял, — обратилась она к спине Салазара — он шептал что-то на ухо Софии. — Клариса — женщина, которая беззаветно влюбилась в тебя, человека, что старше её на сорок шесть лет, это была я, Октавия. И это мои чувства, а не её. Я любила тебя всю жизнь, с тех пор, как увидела на балу в твоём доме. Я искала тебя, хотела спасти. Ради этого я отдала свою жизнь, оставила сына сиротой. Но ты выбрал мою сестру…
Салазар обернулся. Глянул исподлобья.
— Я не просил тебя об этом, — сказал он растерянно. — Артефакты, которые Эу отдала тебе, следовало хранить, а не проводить с их помощью эксперименты над собой. Ты вышла замуж за Леопольдо. Ты всегда знала, что я люблю Софию. Поэтому твои жертвы напрасны, Октавия. Жаль, что ты совершила такую глупость ради меня. Ведь я никогда не любил тебя больше, чем подругу. Извини…
И он отвернулся, продолжая любоваться затылком Софии — та не реагировала на признания. Открыв рот, она зачарованно пялилась на головы.
— Но я хотела спасти тебе жизнь, — ответила Октавия мрачно.
— А может, было бы лучше мне умереть ещё там, в ледяном заточении Тибурона? Может, тогда я стал бы счастливым? И мне не пришлось бы лазить по склепам, чтобы оживить любимую девушку. Ты думаешь мне самому это нравится? Тогда ты просто глупа.
— Слушайте, — разозлился наконец Данте. — Вы можете выяснять отношения ещё до скончания века, но меня-то вы зачем втянули в эту историю? В конце концов, мне надоело! Я хочу вернуться домой к Эстелле! — высказал он, нервно летая по округе.
— Тебя втянул Тибурон, — Октавия, хоть и была явно расстроена, но, собрав эмоции в кулак, повернулась к Данте. — Я вмешалась, потому что этот мерзкий старик хотел изменить прошлое. Не волнуйся, мы поможем тебе вернуться обратно. Правда, Салазар? — она снова заставила его переключить внимание с Софии. — Прошу тебя, отвлекись от моей сестры хоть ненадолго. Ты слышишь меня? Ты спрашивал, кто это, — она кивнула на Данте. — Это наш с тобой правнук. Данте — внук моего сына Лусиано. Тибурон вытащил его из будущего, и мы должны вернуть всё на свои места — прошлое в прошлое, будущее в будущее. А ещё у нас проблема — моя бабка, — Октавия брезгливо скривилась. — Как и в первой реальности, вместе с Сущностью Софии ты выпустил и Сущность Лоиды.