Ее грешные избранники (ЛП)

Наклонившись, я открыла рот и лизнула его головку. Он был солоноватым на вкус и сладко пах. Его член подпрыгнул, словно прося большего. Я подчинилась, взяв его в рот. Кадык Зейна дернулся, его глаза вспыхнули более ярким серебром, а губы раздвинулись, обнажив клыки.
Он был в моей власти, на этот раз я контролировала ситуацию, это было захватывающее приключение. Это не было нашей обычной динамикой. Я хотела посмотреть, к чему это приведет. Как далеко я смогу зайти, прежде чем он восстановит контроль.
Я вобрала его в себя до самого горла и застонала. Он зашипел, его пальцы запутались в моих волосах. Медленно я отодвинулся к кончику и неторопливо опустился обратно.
— Черт возьми, Эмма, ты меня убиваешь.
Я улыбнулась с набитым ртом. Он думал, что это пытка? Он понятия не имел. В следующий раз, когда я добралась до головки его члена, я обвела ее языком, заработав еще один шипящий стон, за которым последовало проклятие. Его хватка усилилась. Я поиграла с нижней стороной его члена, проводя по нему языком, прежде чем снова сделать глубокий минет.
Когда я вынырнула, чтобы глотнуть воздуха, он отстранил меня. Его член с хлопком оторвался от моих губ.
Он выпрямился, свободной рукой взяв меня за подбородок. — Ты жестока.
Я усмехнулась и провела языком по губам. — Я хотела попробовать тебя на вкус.
Он застонал. — И ты это сделаешь, я обещаю. — Он взял меня за талию и перевернул нас так, что я оказалась под ним. Протянув руку, он просунул сначала одно мое запястье, а затем другое в шелковые манжеты, которые были закреплены по обе стороны от моего изголовья. Затем он надел мне на глаза повязку.
Мой пульс пропустил удар. Предвкушение поглотило меня. Связанная и ослепленная, я полагалась на другие свои чувства, чтобы понять, что он задумал.
Он оседлал мою грудь, его пальцы запутались в моих волосах, а мягкий кончик его члена ткнулся мне в губы. Я открылась и впустила его. Скрип спинки кровати подсказал мне, что его другая рука уперлась в нее. Удерживая мою голову там, где он хотел, с помощью моих волос, он вошел в мой рот.
Больше никаких чувственных, медленных поддразниваний. Он трахал мой рот так, словно он принадлежал ему, и стремился кончить прямо в мое горло. Кровать затряслась, и у меня заслезились глаза, когда я попыталась отдышаться через нос.
Внезапно он замер, его член уперся в заднюю стенку моего горла. Он покачал бедрами. — Тебе это нравится? — спросил он. — Тебе нравится брать в рот мой большой член?
Я пробормотала что-то утвердительное.
— Ты проглотишь всю мою сперму?
Я снова замычала. Между тем, как он практически затыкал мне рот, и своими грязными словами, я была так чертовски возбуждена. Моя кожа была горячей и напряженной. Мой низ живота заныл от желания.
— Хорошая девочка, — сказал Зейн. Он снова начал двигаться. Его член набух, становясь еще больше, а затем горячий, солоноватый вкус взорвался на моем языке. Я проглотила все.
Как только он кончил, он высвободился из моего рта и заскользил вниз по моему телу. Его первая остановка была на моей груди. Он зажал зубами острый сосок и покрутил его. Моя спина выгнулась на кровати. Лизнув, чтобы унять легкую боль, он повторил свои мучения с другой. Затем тепло его тела ушло.
Оно вернулось мгновением позже. Его дыхание ласкало мою шею. — Кончай для меня, — сказал он. Его клыки погрузились сбоку в мое горло, и ощущение передалось прямо к моей киске. Оргазм накрыл меня, как бульдозер. Я закричала от сводящего с ума удовольствия.
Он продолжал пить, каждый вдох заставлял мое тело снова содрогаться, продлевая оргазм. Мои пальцы сжались вокруг шелковых оков. В глубине души я была удивлена, что до сих пор не освободилась от них.
Зейн остановился только для того, чтобы переместиться к моему соску и прикусить его. Смесь удовольствия и боли заставила меня выгнуться навстречу ему и тяжело дышать. Очередной оргазм сотряс мое тело.
Двигаясь ниже, он лизнул мой клитор. Я напряглась, догадавшись, что за этим последует. Он просунул два пальца между моих насквозь мокрых складочек в мою киску. Зейн входил и выходил, его язык скользил по моему чувствительному бугорку, и я почувствовала, как нарастает еще одно освобождение.
 
Я раскачивала бедрами в такт каждому его движению. Мое дыхание стало прерывистым и тонким. Когда я была готова перейти грань, он укусил меня за клитор, и я вскрикнула. Темнота за моими веками взорвалась яркими вспышками звезд. Мое тело гудело в напряженном подвешенном состоянии, когда волна за волной наслаждение охватывало меня.
Должно быть, я потеряла сознание, потому что, когда я открыла глаза, повязка была снята. Неземное красивое лицо Зейна заполнило мое видение.
— Ты все еще со мной? — спросил он. — Мы еще не закончили.
Я слегка кивнула. Где-то я потеряла дар речи.
— Хорошо. — В его руке появился нож. Я отпрянула, ударившись о спинку кровати. Путы выдержали, но дерево, к которому они были прикреплены, протестующе застонало. — Полегче. Это не для тебя.
Он полоснул лезвием по собственному запястью. Появилась алая бусинка, затем она свободно потекла по его руке. Положив клинок на прикроватный столик, он пригвоздил меня взглядом. — Ты окажешь мне честь стать моей единственной настоящей парой? Быть связанными друг с другом на всю вечность?
В голове прояснилось. Знакомое мурлыкающее гудение завибрировало у меня в груди. — Я согласна.
Зейн поднес свое кровоточащее запястье к моим губам. — Выпей из меня, любовь моя.
Теплая жидкость капнула мне на губы. Я приоткрыла их и высунула язык, чтобы уловить ее. Он прижался своей раной к моему открытому рту. Я обхватила ее губами и пососала.
Он вздрогнул, его лицо исказилось от боли — или, может быть, от удовольствия. Я сделала еще один долгий глоток, его кровь была сладкой на моем волчьем языке, и он откинул голову назад. Низкий стон сорвался с его приоткрытых губ. Мой третий рывок был встречен приглушенным проклятием.
Он убрал руку и обернул запястье куском марли. Затем его внимание полностью вернулось ко мне. Он наклонился, его дреды обрамляли лицо, и запечатлел долгий поцелуй на моих губах.
— Любовь моя, суженая моя. — Он произнес эти слова с благоговением.
Я извивалась под ним, потребность заявить на него права по-своему внезапно стала необходимой. Со вкусом его крови у меня во рту, его корице-ванильным ароматом, дразнящим мой нос, и теплым прикосновением его тела я нуждалась в нем. Сейчас.
— Трахни меня, Зейн. Пожалуйста. Ты нужен мне внутри.
Он придвинулся ко мне, и я широко раздвинула ноги, приглашая его войти. Мощным толчком он заполнил меня, а затем трахнул, как я и просила. Я выдержала его стремительный темп. Мои пятки уперлись в его задницу, подстегивая его. Боль в деснах уменьшилась, когда мои зубы заострились.
Он обхватил мое лицо руками, наши взгляды слились воедино, как и наши тела. Мне было так тепло, каждое мое нервное окончание напряглось от вызывающего эйфорию химического вещества в его слюне, которое разлилось по моим венам.
Я разбилась вдребезги, крича о своем освобождении. Он последовал за мной через пропасть с низким рычанием, его голова склонилась к моей. Мои острые волчьи зубы вцепились ему в плечо. Он дернулся и зашипел от внезапной острой боли. Струйка крови попала мне на язык, и я отпустила его.
Тяжело дыша, я уставилась на отметину, которую оставила. Как и в случае с Лукасом, рана зажила, оставив после себя двойные полумесяцы от моих зубов и золотистый металлический отблеск. Моя внутренняя волчица удовлетворенно вздохнула.
Зейн развязал мои руки и притянул меня в свои объятия. Он укрыл нас тонким одеялом. Кровь, пот и другие жидкости сделали наши тела скользкими. Но прямо сейчас мне было все равно. Я рухнула на него, и мои глаза закрылись.
Моя пара. Я была его, а он моим. Еще одна частичка моего сердца успокоилась. Чувство правоты глубоко укоренилось.
Как приятно было находиться в его объятиях, было моей последней мыслью перед тем, как меня окутал сон.