Ее грешные избранники (ЛП)

Казалось, все затаили дыхание. Мой взгляд снова встретился со взглядом Зейна, когда он изучал меня, заглядывая глубоко в мою душу. Я не рассказала им ни о своем отце, ни о том, что Форрест сделал со мной, и не была уверена, что когда-нибудь расскажу.
— Ты хочешь отомстить? — спросил вампир. — Ты будешь нашей в обмен на влияние и ресурсы «Пенумбра», чтобы уничтожить «5-й Круг»?
Я кивнула. По сути, это была деловая сделка, которую он предложил мне прямо перед моим побегом. Та, которая вывела меня из себя и заставила почувствовать себя дешевкой, обманутой, вещью. Теперь я вернулась к ним, на этот раз с более тщательно охраняемым сердцем, прося об этом соглашении. Я просила их о помощи.
— Да, — сказала я ему, но не смогла удержаться и перевела взгляд на Кейда. Его лицо было каменным, замкнутым, совершенно непроницаемым. Его кулаки были прижаты к бокам. Я была готова пойти ему навстречу. Если его не было на борту, то все это было невозможно. — Ты… — Начала я.
Он вылетел из комнаты, хлопнув дверью. Я съежилась. Лукас крепче обнял меня.
— Я поговорю с ним, — сказал Зейн.
Я взглянула на него. — Ты вообще согласен с этим? Ты все еще хочешь меня? — Спросила я, пытаясь скрыть эмоции в голосе. Теперь у меня было больше шрамов, как внутри, так и снаружи, чем в прошлый раз, когда он видел меня.
В мгновение ока он опустился на колени рядом со мной, его ладони обхватили мое лицо. — О, я хочу тебя, сладкая. Когда я закончу с тобой, тебе никогда не придет в голову мысль снова покинуть нас. — Его мрачный тон вызвал дрожь возбуждения прямо во мне. И в следующее мгновение он исчез.
Я судорожно вздохнула. Это подтвердилось, со мной было что-то серьезно не так. Мне нравилось все в этих поврежденных, жестоких мужчинах. Я хотела, чтобы их зубы и когти были во мне, их мрачные слова шептали мне на ухо, а их твердые тела сжимали мое.
Мне потребовался всего лишь предсмертный опыт, чтобы признать, чего я хочу. Осознать, что я до боли хочу заявить права на Лукаса, Зейна и даже Кейда. Фейри был ворчливым мудаком, но между нами во всех отношениях проскакивали искры, когда мы были вместе. Я знала, что там должно быть что-то, что стоит открыть. Иначе зачем бы нашим судьбам быть связанными вместе?
Скручивание моего желудка ослабло. Я сделала правильный выбор, вернувшись сюда. Мы могли бы помочь друг другу. Это займет время, но мы разберемся во всем вместе.
Кошмары преследовали меня, пока я пыталась прийти в себя. Лукас всегда был рядом, чтобы разбудить меня, обнять и позволить мне снова заснуть у него на груди. Мне спалось лучше, когда он был в моей постели, и я могла вдыхать его мускусный сосновый аромат. Его запах и ощущения успокаивали какую-то глубокую, подсознательную часть меня, которую я не могла до конца объяснить.
Дни шли своим чередом. В конце концов, я достаточно окрепла, чтобы принять душ и одеться самостоятельно. После моего первого душа я воспользовалась ручным зеркальцем, чтобы осмотреть спину, и сразу же пожалела об этом. Я была права. Знак «5-го Круга» навсегда врезался в мою плоть. Форрест использовал волшебный нож, и раны от него не заживали полностью.
Другие мои синяки и переломы полностью зажили. Я снова могла дышать без острой боли в боках и спине. Немного румянца вернулось на мои щеки. Физически я чувствовала себя сильнее, исцеленной, но умственно и эмоционально я была разбита. Тайна сокрытия смертельно опасного зверя внутри меня разъедала мою совесть. Я должна была рассказать им, что я сделала, что я обнаружила. Страх быть отвергнутой держал мой рот на замке. Пока. Я только что вернулась.
С тех пор как я вернулась, я чувствовала себя как дома, но и более потерянной, чем когда-либо прежде. Казалось, с Лукасом все было прощено, но я не могла позволить ему объявить меня своей парой, пока не расскажу ему свой ужасный секрет. Зейн был отчужденным, как никогда раньше. Я не могла сказать, в каких мы отношениях. И Кейд больше не появлялся с тех пор, как показал, насколько ему отвратительна идея быть со мной, чтобы снять их проклятие. Это причинило боль, хотя я уже должна была привыкнуть к такому ответу с его стороны.
 
Одно изменение, за которое я была благодарна, заключалось в том, что в моем гардеробе теперь было больше разнообразия. Среди всех модных платьев были дизайнерские джинсы и топы. Если не считать огромной цены на каждом изделии, о которой я не хотела думать, они были гораздо больше в моем стиле. У меня также были ботинки на плоской подошве и множество других видов обуви.
Я сунула ноги в обитые мехом сапоги и впервые рискнула выйти из своей комнаты. Я хотела заново познакомиться с этим местом, особенно с моей любимой частью — библиотекой.
Дойдя до конца коридора, я остановилась перед дверью их кабинета. Я так долго обходилась без палочки, что до сих пор не ощущала ее необходимости. Новой малахитовой палочки в моей комнате не было. Я не видела ее с тех пор, как потеряла сознание у входной двери.
Я постучала.
— Войдите. — Ответ пришел сразу. Толкнув дверь, я просунула голову внутрь и обнаружила Зейна в одиночестве за своим столом. Его дреды были убраны назад от угловатой челюсти. Рукава его белой рубашки на пуговицах были закатаны до локтей, обнажая мускулистые предплечья и переплетающиеся татуировки черными чернилами на темно-коричневой коже. Я уставилась на него, и мой живот затрепетал.
Он откашлялся, привлекая мое внимание к своим почти черным глазам. — Я могу тебе помочь?
— Да, я, э-э… — Я встряхнулась, вспомнив, почему прерывала его. — У тебя моя новая палочка? Я бы хотела ее вернуть.
— У меня. — Он открыл ящик стола и вытащил сверток ткани. Встав, он протянул его мне.
Я полностью вошла в офис и подошла к нему, взяв сверток. Мои пальцы коснулись его пальцев, и наши взгляды встретились. Искра энергии пронзила меня насквозь, и я остановилась. Секунду никто из нас не двигался, затем Зейн отдернул руку, как будто обжегся. Его черные глаза сверкнули серебром.
Я нахмурилась. — Почему ты так со мной обращаешься? — Я старалась говорить тихо, хотя раздражение грозило прорваться наружу.
— Я… — Зейн провел ладонью по своим дредам, когда наполовину отвернулся.
— Просто скажи мне. Я могу это вынести.
Он стукнул кулаком по столу. — Потому что ты оставила нас здесь гнить!
Я уставилась на него в ответ. Раньше он не казался особенно взволнованным моим уходом, но я начала думать, что Зейн редко показывал, что происходит под поверхностью. Он был таким спокойным, даже холодным. Что он скрывал? То, что меня похитили, очевидно, расстроило его больше, чем он был готов признать. Вместо этого все, что я получила, — это холодное отношение.
Я оставила их здесь гнить, как он выразился, отчасти потому, что я верила, что он не думал обо мне так, как я хотела, иначе я могла бы остаться. Его предложение богатства в обмен на мое сердце оставило неприятный привкус у меня во рту. Деньги, деловые сделки, его отстраненный вид — Зейн прятался за всем этим. Я хотела поднажать, увидеть мужчину скрывающегося внутри. Что бы я там нашла? Была ли какая-нибудь страсть под его ледяной внешностью?
— Ты прав, — сказала я. — Я действительно оставила тебя гнить в твоем собственном дерьме. Но теперь я вернулась. Ты получишь сделку, о которой всегда мечтал. Я обещаю.
Он обогнул стол, приближаясь, как хищник. — Ты так легко согласилась на эту сделку. — Его пальцы прошлись по моей щеке, подбородку, к шее. — Ты не знаешь и половины того, на что подписываешься, сладкая. — Его большой палец лег на мой пульс.
Я едва могла дышать, когда он был так близко. Его тепло распространялось по моей коже, его прикосновения воспламеняли меня. — Тогда покажи мне, — прошептала я.
Его радужки засверкали серебром, и он обнажил клыки. — О, я так и сделаю. Пойдем. — Его длинные пальцы обхватили мое запястье, затем мы вышли из офиса, спустились по лестнице и поспешили по коридору первого этажа. Я побежала трусцой, чтобы не отстать от него. Пара охранников кивнула, когда мы проходили мимо. Люди в главном коридоре с любопытством смотрели, как мы проносились мимо них.