Ее грешные избранники (ЛП)
Как она могла остаться, когда, казалось, все, чего мы хотели от нее, — это освободиться от проклятия? Люби нас, будь нашей и освободи нас. Просто, не так ли? Никто не мог заставить другого отдать ему свое сердце. Но это была только часть проблемы, по крайней мере, я так подозревал.
Эмма влюблялась в меня, я чувствовал это по нашей волчьей связи. У нее тоже возникали чувства к Зейну? И с его предложением… У нее были все основания полагать, что как только она скажет, что любит нас, и снимет проклятие, мы бросим ее и пойдем дальше. Кто бы пошел на такой риск?
Никто из нас по-настоящему не понимал, как сработали чары чародейки. Насколько глубокими должны были быть эти чувства? Может ли простого выражения любви быть достаточно, чтобы освободить нас?
Я опустился на диван. — Мы все сделали неправильно. Проклятие или нет, Эмма — моя пара, и я должен заставить ее понять это. — Я бросил на Зейна свирепый взгляд. — А тебе нужно найти свое сморщенное, черное сердце. Оно где-то там.
— Я не совсем уверен. — Он прислонился к оконной раме.
— Прекрасно. Тогда вы с Кейдом можете катиться к черту. — Я вскочил на ноги. — Я верну ее.
Зейн последовал за мной в коридор. — Она уже ушла, и ты не знаешь, куда она пошла.
— Нет, но я найду ее. — Мой внутренний волк скулил и кружил, желая, чтобы его выпустили выследить нашу пару. — Она идет за Орионом, а он с сыном Брайона Векса. Я начну оттуда.
— Ты не можешь пойти прямо в штаб-квартиру «5-го Круга».
— Смотри на меня. — Челюсть крепко сжата, я никогда в жизни не был настроен более решительно. Я не должен был отпускать ее. Эмма была моей.
31
ЭММА
После того, как я быстро наложила чары на дом, я помчалась в свою спальню, чтобы переодеться и собрать те немногие припасы, которые мне были нужны. Охотники должны были знать об этом месте, и за ним, вероятно, наблюдали, так что мне нужно было быстро войти и выйти.
Я чувствовала себя свободной, когда была одета в джинсы, футболку и ботинки. Впервые за несколько недель я снова была самой собой. Никаких больше платьев с оборками — никогда.
Я собрала еще кое-какие припасы и натянула плащ. Все готово, я повернулась к открытой двери как раз в тот момент, когда острая боль в груди подсказала мне, что защита взломана.
Они были здесь.
Я схватила палочку, приготовилась телепортироваться и представила себе пункт назначения.
— Эмма! — Позвал голос Ориона с нижнего этажа.
Мое сердце остановилось. Это действительно был он или это был трюк? Есть только один способ выяснить.
Я прокралась из спальни к лестнице. Половицы заскрипели под моим весом. Я выглянула на первый этаж, и в поле зрения появилось улыбающееся лицо Ориона. Мой желудок метался между тревогой и надеждой. Это был он? Правда?
— Что я подарила тебе на день рождения в прошлом году? — Спросила я, нацелив на него палочку.
Он нахмурился. — Эм, это я.
— Отвечай на вопрос.
— Новые кроссовки. Черные конверсы, о которых я умолял два года. Я до сих пор не понимаю, как ты их себе позволила. — Он криво усмехнулся.
Мои плечи расслабились. — С тобой еще кто-нибудь есть?
— Неа. Только я. Я решил заскочить и захватить кое-какие вещи, прежде чем возвращаться в академию. Занятия начинаются в понедельник.
— Как ты узнал, что я здесь?
— Я не знал. Хотя, я беспокоился о тебе, Эм. — Он указал на меня. — Спускайся. Здесь больше никого нет. Расскажи мне, как ты сбежала от этих монстров.
Я колебалась. Могла ли я доверять ему? Он казался обычным человеком, просто студентом, возвращающимся в колледж после зимних каникул.
Все еще сжимая в руке палочку, я спустилась по скрипучей лестнице. Сканирование первого этажа показало, что поблизости больше никого нет. Мы были одни.
— Они меня отпустили, — сказала я.
— Правда? — Он покачал головой. — Это не имеет значения. Я рад, что с тобой все в порядке. — Орион сгреб меня в объятия. — Так рад тебя видеть.
— Тебе тоже. — Я коротко обняла его, прежде чем отстраниться. — Я слышала, у тебя появились интересные друзья в академии.
— Да. Я тебе все расскажу. Но сначала я хочу тебе кое-что показать. — Он положил руку мне на спину и потащил нас к кухонной двери. Спустились сумерки, а вместе с ними в воздухе запахло свежестью дождя.
— Что ты… — Я согнулась пополам, когда из моих легких вырвался воздух от толчка магии, приближения которого я не ожидала. Рюкзак соскользнул с моей руки и с глухим стуком упал на мокрую траву.
Орион выхватил у меня палочку. — Вот она!
Я попыталась втянуть воздух, но моя грудная клетка отказывалась расширяться. Слезы защипали мне глаза. Сквозь них я наблюдала, как из темноты появились пять фигур с высоко поднятыми палочками.
— Очень хорошо, Орион, — произнес чей-то скрипучий голос. — Очень хорошо.
Мое сердцебиение участилось. Я узнала бы говорившего где угодно, но как это было возможно? Форрест был мертв. Я убила его.
Наконец мои легкие заработали, и я ахнула, втягивая кислород. Я выпрямилась. И действительно, Форрест стоял менее чем в десяти футах от меня. Орион бочком подошел к нему.
Слишком поздно я вспомнила постскриптум из последней записки моего преследователя: «Не доверяй Ориону». Мной играли. Я была дурой. Скоро стану мертвой дурой. Я просто не могла смириться с мыслью, что мой собственный брат предаст меня, не говоря уже о реальности этого. Я оберегала нас. Я боролась и преодолела так много препятствий, чтобы сохранить нам жизнь. Как он мог все это бросить? Как он мог так наброситься на меня?
Я не понимала…
— Орион, что ты делаешь? — Спросила я хриплым голосом.
— Ты хочешь сказать, что хочешь знать почему? — Он прищурился.
Я кивнула, взглянув на остальные четыре фигуры. Ни одной я не узнала. Мой пульс стучал в ушах. Мне нужен был выход из этого положения, побег.
— Ты убила папу.
Все мое внимание переключилось на Ориона. На полсекунды я разинула рот, прежде чем прийти в себя. — Нет, я этого не делала. Эти сумасшедшие ублюдки скормили тебе ложь!
— Ты даже не знаешь, кто ты такая, — сказал он, направив на меня палочку.
У меня пересохло во рту. Я облизала губы. — Да, знаю. Я гибрид. Я наполовину волк.
Черты лица Ориона исказились от отвращения. — Ты монстр. — Он сплюнул на землю. — Им просто нужна ты, Эм. Они всегда хотели тебя, не меня. Если бы не мама… — его голос дрогнул. — Если бы не мама, с тобой бы уже давно разобрались. Ты убила папу, Эм, и мама тоже была бы до сих пор жива, если бы не ты.
— Это все ложь, Орион. Ты меня знаешь. Ты знаешь, что я никого не убивала. — Я умоляла его, когда двое головорезов Форреста начали приближаться с обеих сторон. Было маловероятно, что я переманю брата на свою сторону, но то, что он говорил, было безумием. Я не убивала нашего отца. Он погиб в результате несчастного случая — пожара в доме. Все знали это. Как Орион мог подумать обо мне что-то подобное?
Один из ведьмаков попытался схватить меня, но я увернулась. На полном ходу я побежала к стене дома в поисках укрытия. Смех вырвался из группы за секунду до того, как жестокое заклинание ударило меня прямо в спину. Боль обожгла мою кожу. Моя голова с тошнотворным стуком ударилась о камень, и я со стоном растянулся на мокрой земле.
— Поднимите ее! — рявкнул Форрест.
Сильные руки сжали мои предплечья, и меня подняли на ноги. Небо разверзлось, за считанные секунды намочив мои волосы и облепив ими лицо. Это было оно. Я попалась на уловку Ориона, и моя жизнь закончится этой ночью.
Все эти годы борьбы за выживание, бегства и пряток казались пустой тратой времени. Если моя жизнь действительно закончится именно так, то какой в этом смысл? Последние несколько лет прошли как в тумане, пока я не наткнулась на одинокий особняк посреди проклятого леса и обитающих в нем призраков. Попасть в плен к боссам Синдиката «Пенумбра» было самым ярким событием в моей зрелой жизни. Насколько это было печально?