Ее грешные избранники (ЛП)

Я провел пальцем по внутренней стороне ее руки, высвобождая крошечную частичку магии фейри. Она вздрогнула, когда она впервые коснулась ее, а затем застонала. Ее эмоции превратились в чистое удовольствие. Тепло окутало меня с головы до ног. Это было то, чего я хотел, чего я тайно жаждал от нее.
Я двинулся вниз по ее телу, поглаживая пальцами шелковистую кожу и наполняя ее частичками экстаза. Мой взгляд следовал за моими руками, впитывая ее. Я наклонился, чтобы попробовать на вкус разные части ее тела — впадинку у плеча, линию ребра, выступ тазовой кости, затем внутреннюю поверхность бедра. Она была совершенна и восхитительна.
Эмма ахнула, когда я распахнул крылья. Их серебристое сияние наполнило комнату и еще больше осветило ее обнаженное тело.
— Ты такой красивый, — выдохнула она. Искренность — это было все, что я чувствовал от нее, и это заставило меня вздрогнуть.
Я наклонился и взял в рот один из ее розовых сосков. Она выгнула спину и застонала громче. Я воспринял это как хороший знак того, что я что-то делаю правильно. Позволяя ее эмоциям и моим инстинктам направлять меня, я дразнил ее другой сосок, пока она не начала тяжело дышать и выгибаться навстречу моему рту. Затем я лизнул ее живот, медленно, лениво, все ниже и ниже, пока не добрался до ее киски.
Я не торопился, исследуя ее складочки, ее влажность и тот чувствительный бугорок, из-за которого она металась и хныкала подо мной. Ее удовольствие распространилось по мне, усиливая мое собственное.
— Черт возьми, Кейд, это может убить меня, — сказала она, но у меня было ощущение, что она шутит. Может быть, надеюсь. Ее эмоции сказали мне, что она испытывает разочарованное блаженство, и мое внутреннее чувство подсказывало, что это хорошо.
Возвращаясь к моей неторопливой пытке, я удерживал ее на месте, чтобы полностью поглотить ее прелестную щелку. Прошло совсем немного времени, прежде чем она вздрогнула и вскрикнула. Удовольствие от ее оргазма сильно ударило меня в грудь, и я почувствовал, что задыхаюсь.
Мой член снова стал твердым как камень и болел. Мне нужно было быть внутри нее, сейчас. На этот раз я был нежнее. Я медленно входил в нее, пока полностью не сел. Сначала я задал тот же темп, который она соблюдала с Лукасом в тренажерном зале — полностью, отступая к кончику, затем снова медленно продвигаясь. Она была похожа на рай, теплая и тесная. Я застонал.
— О Боже мой, Кейд, ты гребаный сластолюбец. — Она жаловалась? Я так не думал, но не был уверен, потому что это прозвучало как обвинение.
— Что это значит? — Спросил я, снова погружая свой член глубоко в нее.
Ее глаза закатились. — Это значит, что ты получаешь удовольствие, доставляя мне удовольствие.
— Тогда, наверное, ты права. — Я выпрямился и схватил ее за бедра. — Что ты об этом думаешь? — Я развернул кончики крыльев и нежно провел ими по ее груди и грудной клетке. Энергия, из которой они состояли, вызвала маленькие искры на ее коже.
Эмма вскрикнула, и ее киска почти болезненно дернулась вокруг моего члена. Я замер, чтобы не кончить. Ее удовольствие пронеслось по моим венам, воспламеняя меня. Она была права. Я наслаждался ее блаженными эмоциями. Я хотел толкать ее через край снова и снова.
— Твою мать. — Эмма посмотрела на меня снизу вверх из-под тяжелых век. — Это было… напряженно.
Я ухмыльнулся, гордый собой, затем снова начал двигаться внутри нее. Я двигался в ней, пока она не достигла пика и не выкрикнула мое имя. Это было моей погибелью — слышать свое имя на ее губах. Но это был не конец нашей ночи вместе. Я исследовал каждый дюйм ее тела, находя новые способы возбудить ее. Мы трахались, снова и снова. Я не мог насытиться. Она опьяняла меня, и я жаждал ее, как ничего другого.
Мое сердце было так переполнено. Это было такое незнакомое ощущение. Счастье.
Я и раньше знал, что влюбляюсь в нее, но сегодняшняя ночь разбила меня вдребезги. Я достиг дна, распался на части и возродился заново из осколков.
Я был целым.
Эмма исцелила меня.
12
 
ЭММА
Я перевернулась и потянулась к широкой теплой груди рядом со мной, затем замерла. Даже после всего, что произошло прошлой ночью, Кейд не позволил мне прикоснуться к нему. Я не хотела, чтобы он отшатнулся от меня этим утром.
Он пробормотал что-то неразборчивое во сне и подхватил меня на руки. Он подтянул мою голову к своему подбородку, закинув одну ногу на мою, и откинулся с ритмичным дыханием, которое говорило мне, что он крепко спит.
Я поцеловала его в грудь. Проснувшись и насторожившись, я прокрутила в голове все, что произошло за последние двенадцать часов — от того, что он пригласил меня на ужин, до умопомрачительного секса и пробуждения в постели Кейда. Невероятно. Даже не берусь описывать это. Мое тело болело самым восхитительным образом, какой только возможен. Мое сердце воспарило, а живот затрепетал. Мои десны болели из-за того, что прошлой ночью я не давала моей внутренней волчице вырваться на свободу и пометить Кейда как свою пару. Это было нелегко.
Однако он не был готов к этому. Плюс, мне все еще нужно было сказать ему, что он мой третий и последний суженый. Как только я отмечу его, мы будем связаны, причем не только интимно. Я бы не стала принуждать его к этому.
— Хм, твоя кожа так приятна на ощупь рядом с моей. — Его голос был хриплым со сна.
Я поцеловала его в ложбинку на шее. — Доброе утро.
— Доброе утро. — Он схватил меня за бедро и прижал животом к своему напряженному члену.
— Судьбы, у тебя есть выдержка или как? — Я действительно, действительно хотела снова заняться с ним сексом, но контроль, который я имела над своей волчицой, ускользал. Я с трудом сглотнула. — Мне нужно тебе кое-что сказать. Кое-что серьезное.
Все его тело напряглось. — Я причинил тебе боль прошлой ночью?
— Что? Нет, ничего подобного. — Я отстранилась, увеличивая расстояние между нами, и села. — Нет, я должна признаться. Я не хочу, чтобы ты волновался из-за этого, если это вообще возможно.
Кейд сел и взял меня за руку. — Скажи мне, что это.
Начинается. — Ты моя предначертанная пара, — выпалила я.
Он замер, уставившись на меня долгим взглядом. Мой пульс бешено заколотился, пока я искала в выражении его лица хоть какой-то намек на реакцию. Был ли он шокирован, зол, напуган? Я не могла сказать.
Дыхание со свистом покинуло его, и он сказал: — Слава Судьбе.
— Что? — Я была почти уверена, что ослышалась.
Он поймал мой взгляд. — Я волновался, что твоя волчица выбрала только Лукаса и Зейна, а не меня. Я видел твои метки на них обоих. Я никогда не хотел, чтобы ты чувствовала себя обязанной связать меня только с половиной себя.
Я моргнула, глядя на него. — Э-э, правда? — Я потрясла головой, чтобы прояснить ее. — Тебя это не пугает?
— Я точно не горю желанием, чтобы меня укусили. Я не могу гарантировать, как я отреагирую. — Он притянул меня к себе. — Но я действительно хочу быть твоим всеми возможными способами. Я… — он замолчал и крепко обнял меня.
Мой пульс учащенно забился от интенсивности его тона. Его заминка прозвучала так, словно он собирался произнести эти три самых заветных слова. Я люблю тебя. Но он этого не сделал, и это было всего лишь предположение с моей стороны. Я не знала, что было в сердце Кейда.
— Если ты действительно этого хочешь, то мы могли бы установить эту связь прямо сейчас. Ты знаешь обо мне все. Я почти уверена, что ты больше не получишь от меня сюрпризов. Так что, если у тебя нет какого-то глубокого, темного, извращенного секрета, о котором мне нужно знать… — Я поддразнила, но Кейд превратился в лед в моих объятиях.
— Ты права. Ты меня не знаешь. — Он высвободился из моих объятий и перекатился, подставляя мне свое холодное плечо. — Тебе следует уйти.
Эй, что за черт? Я села, хмуро глядя на его широкую спину. Поговорим о горячем и холодном. — Что только что произошло?