Время воина (СИ)

— Один, — собеседник поднял руку и возле них возник разносчик шампанского. Создавалось впечатление, что один из официантов клуба всякий раз находился поблизости и ожидал сигнала. — Я прихожу на такие мероприятия один, потому что здесь можно найти себе одинокую скучающую очаровашку, особо не заморачиваясь долгими взаимоотношениями.
— И подошли к моим спутницам, оценивая шансы, — уколол Никита.
— Нет. У моих приятелей возник спор, кому из них улыбнется удача пригласить двух прелестных барышень на танец. Признаюсь, я был с ними только с одной целью: предотвратить возможный конфликт, потому что видел ваших спутниц с вами на момент приезда. Не совсем правильно пользоваться отсутствием кавалера.
— Но вы могли сказать, с кем они, — Никита отпил шампанского.
— Я предупреждал, но разгоряченные алкоголем молодые организмы не воспринимают слова разума, — Жан усмехнулся.
— Как думаете, сегодня возможны э-ээ…недоразумения?
— Обязательно будут, — рассмеялся собеседник в фарфоровой маске. — И очень много. Только самое забавное в том, что требование сатисфакции может привести к курьезам и даже к серьезным последствиям.
— И что же это за курьезы?
— Представьте, вас оскорбил человек, которого вы не можете идентифицировать. Допустим, вам пришлось бросить вызов на дуэль. Кстати, за клубом в парковой зоне есть специальная площадка для магических схваток... По условиям дуэлей вы обязаны раскрыть свою личность, прежде чем начать бой. И вдруг оказывается, что обидчик из рода, с которым вы не в самых лучших отношениях. Вот это настоящий казус белли!
— Судя по интонации, вас такой поворот приводит в восторг, — заметил Никита, вдруг задумавшись над словами Жана.
— Приводит, — не стал спорить собеседник, допивая шампанское. — А знаете, почему? Столкнуть лбами столичные кланы в контексте вечеринки — это гениальная идея.
— У вас есть такая информация, Жан или это всего лишь глубокий аналитический вывод? — Никита пристально поглядел на фарфоровую маску, под которой скрывался человек, сущность которого он не мог пробить. Защита была выстроена невероятно прочно. Ни единой зацепки. Единственная из них — возраст. А кто его одногодки из молодых аристо? Велимир Шереметев, сразу пришло на ум. Илья Балахнин точно… На вечеринку, знал Никита, приглашались только высокородные юноши и девушки. Поэтому поиск надо вести среди них.
— Нет-нет, — отрицательно покачал головой Жан. — Я лишь предполагаю, а не утверждаю. Хочу предупредить, чтобы вы были осторожны. Мало ли какой идиот вздумает распушить перья.
Он встал, показывая, что собирается уходить. Никита тоже поднялся, тепло попрощался с неожиданным собеседником и еще какое-то время смотрел ему вслед, пока тот не растворился в веселящейся толпе и полутьме. Вешать на него маячок слежения нет необходимости. Такой одаренный найдет его через минуту, что может стать тем самым казус белли.
Постучав ногтем по лацкану пиджака, склонил голову к левому плечу.
— Москит, прием.
— На связи, хозяин, — тут же откликнулся водитель.
— Не скучаешь?
— Отгадываю кроссворды, — тут же последовал ответ.
— Свяжись с Фадеевым и попроси его составить список всех высокородных молодых дворян Петербурга в возрасте двадцати двух-трех лет. Мне срочно нужна эта информация. Пусть сбросит на мой телефон. Как понял?
— Отлично понял. Приступаю, — откликнулся Москит и тут же отключился.
В это время заиграла какая-то бравурная музыка, двери «Фиесты» распахнулись, и в зал вошли семеро крепких парней в неизменных тельняшках, держа на плечах длинный массивный брус. На нем восседали четыре красивых девушки в длинных платьях алого, желтого, зеленого и голубого цветов. Они улыбались и махали руками, приветствуя собравшихся.
Шествие закончилось возле сцены. Носильщики остановились, а девушек, довольно смеющихся, сняли с бруса другие «матросы» и легко переместили на помост. Ведущий в блестящем серебристо-зеленом костюме объявил, что необходимо из этой четверки прелестниц выбрать самую красивую, после чего ей будет вручен солидный приз и корона королевы от заведения.
 
Никита не сразу понял соль этого чудачества. Все четыре девушки были весьма хороши собой, и не совсем корректно выбирать из них «самую-самую». Тамара, разгоряченная танцами, подошла к нему и пояснила, что эти девушки из обычных семей, неодаренные. На старинных карнавалах существовала традиция дарить победительнице некий приз, и помимо этого всем участницам доставались наряды от знатных дам.
Между тем среди гостей появились стюарды с заранее нарезанными полосками бумаги. Предлагалось написать всего лишь цвет платья девушки, которая больше всего понравилась определенному человеку. Бумажки кидали в черные коробочки с прорезью.
— Небось, модели? — спросил Никита подошедшего к ним парня в тельняшке.
— Никак нет, сударь. Все девушки — студентки из разных институтов и училищ, — ответил разносчик, терпеливо ожидая, когда волхв напишет свой выбор. — Они часть карнавальных празднеств. Согласились участвовать добровольно. На каждом мероприятии в течение всей недели будут выбирать «королеву».
— А девушки могут участвовать в голосовании? — полюбопытствовала Анора.
— Как пожелаете, боярышня, — улыбнулся парень.
Никита переглянулся с Тамарой. Жена подначила его:
— Мне кажется, вон та брюнетка в желтом платье очень даже миленькая.
— Да? — Никита оценивающе поглядел на выбор жены, хмыкнул и быстро начиркал на полоске бумаги свой вариант, скатал и бросил в коробочку. То же самое проделала Анора, а вот Тамара отрицательно покачала головой, когда стюард протянул ей ручку.
Оглушающие выкрики ведущего, расхваливающего достоинства девушек, не давали сосредоточиться и услышать сигнал телефона о поступлении информации, которую с нетерпением ждал Никита. Он прошептал на ухо Тамаре, что должен ненадолго отойти. Жена сердито свела брови, но удержалась от колкости.
Да, сообщение от Фадеева уже пришло, и гораздо быстрее, чем Никита рассчитывал. Промелькнула мысль, что Семен воспользовался своими старыми связями, которые у него были достаточно обширные, чтобы быстро получить нужную информацию.
Колонка из шести фамилий сказала волхву многое.
Велимир Шереметев.
Илья Балахнин.
Владимир Оболенский.
Юрий Пушкин.
Василий Голенищев.
Борис Волынский.
Если за креатуру цесаревича Никита был абсолютно спокоен, а Велимира и Илью он знал как облупленных, то последний из списка ему не был знаком. Вернее, Никита знал, что у князя Волынского есть два сына и две дочери. Старший — Андрей — уже серьезно привлекается к делам Рода, имеет право голоса наравне с отцом и дядей. А вот про Бориса мало что известно. И вообще было непонятно, в России ли он сейчас находится или учится в Праге, куда уехал пять или шесть лет назад. А если приехал? Какую роль в семье уготовил для него отец?
«Проверь, где сейчас находится Борис Волынский, — Никита набирал текст, изредка поглядывая по сторонам. Полностью оградить себя от чужих взглядов невозможно, и кто-то сейчас с любопытством или настороженно поглядывает на него. — Если в России — когда вернулся из-за рубежа».
В это время ведущий объявил перерыв на подсчет голосов и предложил пока веселиться, на что не последовало возражений. Сразу в нескольких местах бабахнули хлопушки, в воздух взвились тучи конфетти. Зазвучала медленная музыка, все рассыпались по сторонам, оставляя только пары, решившие потанцевать.
— Не развлечете ли одинокую девушку танцем, сеньор Джакетти? — раздался рядом с Никитой девичий голос.
Марта улыбалась, словно встретила старого знакомого. Ее грудь волнующе приподнималась, а глаза под маской уже были слегка расфокусированы от выпитого шампанского.
— Охотно помогу развеять ваше одиночество, — Никита положил телефон в карман пиджака, сделал шаг вперед и обхватил Марту за талию. Девушка положила ему руки на плечо, и они оба от стены стали медленно перемещаться в центр танцпола.