Время воина (СИ)

— А как же водка? — Никита, беседуя с британцем, все время контролировал астральное пространство с помощью своих «каракатиц». И вот одна из них подала слабый сигнал, что впереди замечена опасная концентрация магии, плотно закрытая от внешних воздействий. «Каракатица» погибла, но успела предупредить о засаде.
— Водка — это как антидепрессант или релаксант, — в свою очередь ухмыльнулся агент. — Помогает размягчить даже самое железное сердце. А потом в дело вступает ваше азиатское коварство. Впрочем, все это частности. Запоминайте, господин Назаров. Комиссаром Второго капитула является Мерцио Боргезе. Психологическую характеристику данного типа я дать не могу. Сами разберетесь. Четвертым капитулом руководит Доменико Котез. Второй и Четвертый капитулы объединены в Сектор Ориент.
— Котез? — наморщил лоб Никита. — Знакомая фамилия. Где-то и когда-то слышал…
— Еще бы, — на губах Шотландца снова появилась ухмылка. — Это же потомок знаменитого Торквемады, лорда Инквизитора и Верховного Протектора Сектора Формоза. Не по прямой линии, но все же… Тоже хочет отличиться.
Тревожный сигнал снова всколыхнул астральное поле. В любой момент могла начаться атака муджахидов. Никита, не показывая волнения, поднялся на ноги — высокий потолок «Пардуса» позволял стоять, не пригибая голову.
— Что ж, благодарю вас, Джеймс, — сказал он замолчавшему агенту. — Если ваши слова подтвердятся, все то, о чем я говорил в подвале, там и останется. Я не сторонник озвученных мною методов, но сейчас мне нужна информация по Ордо Маллеус из любых источников.
— Благодарю вас, господин Назаров, — кивнул Маккартур. — Вы серьезный противник. Надеюсь, нам не придется встретиться на поле боя.
— У нас разные дороги, — в свою очередь усмехнулся Никита и условно постучал по металлической двери, разделявшей бронекапсулу и собственно кабину водителя.
Можно было и не стучать, так как внутренняя камера проецировала все происходящее на экран, вмонтированный в приборную доску. И тем не менее, решили подстраховаться.
С другой стороны лязгнули защелки — дверь открылась. Просторная кабина давала возможность для нахождения в ней еще пары человек, если только они были согласны всю дорогу простоять на ногах. Никита похлопал по плечу Татаринцева:
— Платон, давай я тебя сменю.
Ни слова не говоря — подобная ротация была обговорена заранее — младший волхв уступил место Никите и ушел охранять Маккартура. Закрыв за ним створку, Никита снял с тангенты рацию:
— Дозор, ответь Пардусу.
— Пардус, на связи, — зашипел динамик. — Слышу хорошо. Прием.
— Дозор, готовность номер один, — глядя на пылящий впереди БТР, предупредил Никита. — Возможность атаки повышена. Прием.
— Пардус, принял. Ушки на макушке.
— Удачи, парни. Отбой.
Никита убрал рацию и начал извлекать боевые скрипты, чтобы в нужный момент раскрыть их в полноценные магемы. Неизвестно, откуда ударят, поэтому приходилось мириться с необходимостью пропустить первую атаку. Озорной не отвлекался, удерживая «сферу» над БТРом и «Пардусом». Из-под козырька кепи на переносицу скатилась капля пота. Лейтенант серьезно напрягал все силы, чтобы прикрыть движущуюся на приличной для дороги в выбоинах скорости. Водитель, услышав разговор старшего волхва, машинально провел рукой по стволу автомата, стоящего справа от него в специальном кронштейне. Фоновое излучение от магических плетений вызывало у парня с ефрейторскими нашивками гримасы как от зубной боли.
— Почему без амулета? — резко спросил Никита, увидев это.
— Отдал вчера на зарядку, — пояснил водитель, — но в штабе такая чехарда, что наполнить артефакт не успели. Утром заскочил в мастерскую, а там только руками развели.
— Неужели не было из обменного фонда?
— Да где бы его взять? Все расхватали. Приоритет тем, кто в горы ушел.
— Так всегда бывает, — подтвердил Иван, облегченно вздохнув. Управление защитной завесой частично перехватил Никита. — Ничего удивительного. Потерпи, боец. Недолго осталось ехать.
— Да я что, без понятия? — ефрейтор сжал руль покрепче. — Раз надо — потерплю…
 
Он только успел обронить последнюю фразу, как идущий впереди БТР встал на дыбы словно необъезженный жеребец, а из-под днища в разные стороны полетели комья мерзлой земли вперемешку с гравием. Но благодаря силовому щиту, обволокшему бронированную машину, она не опрокинулась набок и не передавила бойцов, посыпавшихся на землю. Одновременно с подрывом фугаса с правой стороны, где густой стеной тянулась арча и можжевельник, полетели огненные стрелы. Невидимый маг накрывал большую площадь своеобразной РСЗО, пытаясь уничтожить боевое охранение.
Взламывая землю, перед «Пардусом» вырос целый частокол каменных «зубов» — гранитных копий с зазубренными краями. Водитель-ефрейтор, едва успевший отвернуть в сторону от попавшего на фугас БТРа, со стоном и хрустом в плечах снова налег на баранку. Бронеавтомобиль на какое-то мгновение накренился на левый бок — и с тяжелым ударом колес прочно утвердился на месте. Взревев мотором, он словно носорог вломился в кусты миндаля, проделал в них широкую просеку и остановился возле арыка.
— Ефрейтор, в капсулу! — приказал Никита. — Отвечаешь за шпиона головой вместе со старшим лейтенантом! Иван, за мной!
И эти действия тоже были заранее обсуждены. Один из волхвов обязательно оставался на месте смотреть за Маккартуром. Оценив ситуацию, Никита не захотел рисковать водителем, поэтому отправил его в фургон. Можно было рискнуть и дать «Пардусу» прорваться в Дюшамбе в одиночку, пока бойцы отвлекают нападавших, но кто знает, нет ли еще одной засады неподалеку.
Он вместе с Озорным выскочил из машины и рванул к БТРу. Огненные стрелы попали в защитную «сферу», и не найдя лазейки, взорвались снаружи, окатив невидимый купол жарким огнем. Из ушей Никиты словно пробку выбило. Частил очередями чужой пулемет из лесопосадки, со свистом летели огненные магоформы, вражеские маги тщетно пытались взломать щит, закрывавший русских. Но купол постепенно терял свои магические свойства, гася кинетическую энергию пуль и осколков гранат в желеобразном сгустившемся воздухе.
Волхвы, не сговариваясь, подкинули, что называется, дровишек в огонь, запитав своей Силой «сферу», отчего та мгновенно расширилась, захватив еще несколько метров пространства. Никита окинул поле боя внимательным взглядом. За БТРом лежали трое бойцов, раненные или контуженные при подрыве фугаса, зато остальные шустро заняли позиции на другой стороне дороги в зарослях миндаля, ожидая, когда будет снята защита.
— Убирайте «сферу», ваше благородие, — к ним подскочил усатый сержант с кровоточащей царапиной на лбу. Видать, щебенка прилетела. — Ребята на позиции, огневые точки выявлены. Щас их из пушечки угостим и враз загасим.
Он кивнул на застывшую пушечную турель, развернутую в сторону засады.
— Не стоит тратить боезапас, — усмехнулся вдруг Никита, вызвав удивление у старшего лейтенанта Озорного. — Через пять минут домой поедем.
****
Хайрулла узнал от соглядатаев из местных жителей, что Шотландца прячут в здании старой комендатуры в восточной части Гиссара. Видели люди, как русские отвезли его именно туда. Маг Карим предложил напасть на здание и отбить Энглизи, пока солдат не так много, всего десяток, не больше. Правда, три пулемета на крыше и магические ловушки по периметру глинобитного забора отбивали всякую охоту. Без шума проникнуть во двор не получится. Устраивать перестрелку, когда Самандар находится неподалеку, было глупой затеей. Поэтому решили перехватить британца по дороге из Гиссара в Дюшамбе.
Агентура Самандара и здесь не подкачала. За Шотландцем должны были прислать специальный бронеавтомобиль со взводом охраны. Даже не нужно гадать, по какой дороге его повезут в город. Одна из них уводила на север, к предгорьям и тянулась вдоль фруктовых садов, коих здесь оказалось большое множество. Южная трасса виляла как убегающая змея, и по ней можно доехать до слияния Ханаки и Кафирнигана. Оставалась центральная дорога между садами и кишлаками, вытянувшимися от Гиссара до Дюшамбе. Карим, неоднократно бывавший в этих местах, сразу подсказал, где лучше всего организовать засаду.