Время воина (СИ)
Двое незнакомцев демонстративно поставили свои короткоствольные автоматы на предохранитель и повесили их на плечо. Третий мужчина и вовсе приподнял руки открытыми ладонями вперед, показывая, что у него и вовсе ничего нет. Лукавил, конечно. На поясе под курткой проглядывалась кобура, в которой точно находился пистолет. Совсем недавно пришельцы сбыли свидетелями ожесточенного боя, и только глупец захотел бы снова соваться сюда без оружия.
Настороженно поглядывая на мерно раскручивающиеся воронки, незнакомцы из портала остановились в нескольких шагах от Никиты, не зная, что делать дальше.
«Домой! — приказал мысленно волхв своим демонам. — Быть наготове!»
Темные пылевые столбы мгновенно исчезли, втянувшись в землю. Никита развел руки.
— Прошу прощения, господа. Некоторые боевые плетения долго держат потенциал, приходится стравливать энергию в Навь.
Пожилой мужчина с густой ухоженной бородкой и усами на округлом румяном лице, что говорило о его жизненном достатке, понятливо кивнул, посмотрел на своих спутников, словно ожидал от них разрешения на первый контакт, и приятным голосом произнес:
— Вижу в вас коллегу, уважаемый. Мне показалось, что эти плетения очень удачно симулируют проявления демонических сущностей. Но! Я нисколько не желаю выпытывать ваши тайны…
— Ближе к делу, профессор, — проворчал один из спутников, чуть помоложе словоохотливого чародея. У него был высокий лоб, на который падала коротко стриженная челка. Лицо, подзагоревшее на южном солнце, уже теряло свой золотисто-коричневый оттенок, возвращаясь к бледным тонам северных широт. Светло-серые глаза одновременно смотрели на Никиту и на то, что происходило за его спиной — на суету в лагере, где собрались оставшиеся после боя раненые. — Или позвольте мне объяснить суть происходящего. У нас нет времени на долгие разговоры. Хотелось бы знать, с кем имеем честь общаться.
— Боевой волхв стратегического резерва Генштаба русской армии, капитан Назаров, — Никита к этому времени поднялся на ноги, но козырять с непокрытой головой не стал. — Могу узнать ваши имена?
В этот момент он увидел, как лица пришельцев мгновенно изменились. И их глаз исчезла напряженность и тревога, странная расслабленность и даже радость, хорошо чувствующаяся в аурных выплесках у всех троих, изрядно удивила Никиту.
— Полковник Одоевский Мирон Иванович, — представился мужчина. — Командир Тверского пехотного полка, уполномочен вести переговоры с представителями вашей Яви.
«Знакомая фамилия, — мысленно напрягся Никита. — Я ведь ее точно слышал где-то…»
— Капитан Лиходеев, — шагнул вперед более молодой спутник пришельцев, с резко выделяющимися на сухощавом лице скулами, подбородком и густыми рыжими усами. — Комендант Тверского гарнизона и охраны Кремля.
Комендант — и в звании капитана? Довольно странное сочетание. На такую должность в Дашиной Яви назначали полковника-воеводу, не меньше. Вот Одоевский как раз бы и подошел. Видать, что-то произошло экстраординарное и не самое приятное, если такая странная компания прорвалась через портал в чужой мир.
— Вольный Дмитрий Федотович, — профессор без комплексов пожал руку Никиты. — Ваш коллега, можно сказать. Хоть я и не боевой маг, но отношение к армии имею. Преподаю на кафедре магии в Тверском общевойсковом училище.
— Скажите, господин капитан, случайно ваше имя не Никита Анатольевич? — с надеждой в голосе спросил Одоевский, как только Вольный закончил представляться.
— У вас сегодня счастливый день, — Никита стал подозревать, что и у него денек сегодня невероятно насыщенный и… возможно, судьбоносный. — Это я и есть. Смею предупредить, что существует опасность встречи с «зеркальным» отражением человека, носящим ту же фамилию.
— А вы имеете какое-то отношение к Дарье Александровне Сабуровой? — с надеждой спросил полковник. Остальные замерли, даже боясь дышать. — Четыре года назад она бесследно исчезла, и с тех пор о ее судьбе ничего неизвестно.
— Да, она моя жена, — Никита вдруг почувствовал, что ему нужно сесть. Он не считал себя впечатлительным человеком, но, когда на тебя вываливают ворох невероятной информации, под которой находится прочный фундамент правдивости — нелегко сдерживать эмоции. — Находится в полном здравии. Добровольно вместе со мной ушла в мою Явь.
Вольный достал из кармана штанов помятый платок и вытер испарину со лба, которая появилась несмотря на прохладный ветер, дувший с близлежащего ледника.
— Не хотите ли вы сказать, что господину Понятовскому удалось, наконец, стабилизировать портал и выйти в нашу Явь? — оглядел гостей Никита. — Ваша столица — Тверь, ведь так?
— Именно, господин Назаров! — радостно воскликнул маг. — Мы о вас многое знаем, поэтому ставка нашего государя Великого князя Владимира Юрьевича была единственно оправданной! И у нас получилось! Да, пусть это выглядит невероятно, что именно в такой странной точке выхода нам удалось встретиться! Первый портал, который Юзеф Понятовский пытался с вами запустить, уничтожен. Остальные два не доведены до ума и не могут быть использованы в качестве стабильного тоннеля. Князь Всеслав, в первую очередь, решил обезопасить себя от попыток истинного правителя попросить помощь в иных мирах, в частности, в вашем, господин барон. Он знал о вас, поэтому и нанес удар по лабораториям, занимавшимся Вратами. Единственный портальный тоннель, через который мы к вам и проникли — вот этот. Знали бы вы, сколько времени ушло на стабилизацию и синхронизацию! И все равно промахнулись! Жуткая ошибка! Пробиваться в Вологду — а выйти где-то в горах!
— Я ничего не понимаю. Почему князь Всеслав мятежник? Почему государь Владимир Юрьевич? — оглядел пришельцев Никита, подозревая, что ему сейчас расскажут очень неприятную новость.
— Великий князь Московский и Тверской Юрий Иванович погиб в результате заговора, — сухо ответил Одоевский. — Его старший сын Владимир возведен на престол согласно закону о наследии. Уже полгода на Руси идет гражданская война между законным государем и предателем, клятвопреступником князем Ярославским Всеславом.
— Ничего себе кордебалет, — выдохнул потрясенный известием Никита, и не обращая внимания на стоявшего перед ним офицера, званием гораздо выше, все же хлопнулся задом на камень. В конце концов, Одоевского можно было считать гражданским дипломатическим служащим, на которого возложили ответственную миссию. К чему церемонии?
Полковник оказался понятливым человеком; он прекрасно разобрался в эмоциях молодого волхва.
— Никита Анатольевич, время между нашими мирами течет неравномерно, вы об этом должны знать, — он тоже выглядел слегка растерянным, даже снял кепи, на тулье которой поблескивала эмалью металлическая кокарда с всадником, вздымающим саблю. — День, проведенный у вас, может стоить нам месяца в своем мире. Поэтому нам очень важно встретиться с представителями ваших властных структур, желательно, даже с Великим князем….
— С императором, — машинально поправил его Никита.
— Прошу прощения, конечно же, с государем-императором, — Одоевский нахлобучил кепи на голову. — Не подскажете, где мы находимся? Горный массив указывает на Кавказ или Памир, судя по наличию здесь русских солдат.
— Гиссарский хребет, — нисколько не удивился прозорливости и умению Одоевского точно локализовать место нахождения. Офицер априори должен являться высокообразованным человеком, знающим любой театр военных действий. — Туран, протекторат России.
— Что ж, ваша Русь преуспела больше, чем наша, — кивнул полковник и переглянулся со своими спутниками. — Получается, вы не сможете организовать в ближайшее время встречу с высшими чиновниками?
— Увы, для этого нам сначала нужно спуститься в долину, вернуться в Дюшамбе, где стоит русский экспедиционный корпус, и уже оттуда связаться с Петербургом. Это наша столица, — добавил Никита.
— Спасибо за объяснение, Никита Анатольевич, — Одоевский подтянулся, увидев подошедшего Ягодникова. — Придется потерпеть. Надеюсь, ничего страшного за несколько дней не произойдет.