Время воина (СИ)

— Ох, — Хованский достал платок из кармана и провел им по лбу, приподнимая шляпу. — Недаром тебя Меньшиковы опасаются, барон Назаров. Не хотелось бы иметь такого противника. 
Вопреки расхожему мнению теоретиков-некромантов в инфернальном пространстве оказалось не так мрачно. Единственное, чего не хватало для насыщения скудного пейзажа каменистой равнины, так это каких-нибудь низкорослых кустарников и лишайника. Скудный свет, изливавшийся со всех сторон и словно бы из ниоткуда, размывал далекие холмы и хаотично разбросанные ледяные глыбы, в которых были вморожены камни, обломки деревьев, чьи-то кости — и к этому антуражу добавлялся лютый холод.
Ошеломленный произошедшим, Алексей с раскрытым ртом смотрел на странную и страшную парочку с обнаженными торсами и босыми ногами. Из одежды на них были только широкие штаны с подвязками. Один из них переливался багрово-алыми всполохами от шеи до живота, а второй контрастировал с ним насыщенным темно-голубым цветом тела. Но у каждого на гладко выбритой голове явственно просматривались костяные рога. Демоны притягивали взор, завораживали нечеловеческой мощью и в то же время нагоняли такую жуть на Алексея, что он поневоле начинал дрожать, и вовсе не от холода. 
Неожиданно перед ним появился еще один персонаж этого невероятного и фантасмагоричного действия. Молодой светловолосый парень, чью фотографию показывал господин… а как его, кстати, зовут? Хоть убей, в памяти не всплыло ни малейшего намека на имя, даже образ никак не фиксировался перед внутренним взором, вызывая дикую головную боль. 
А вот барона Антон узнал. Именно его следовало уничтожить, ликвидировать с помощью рунической магии, ради обладания которой парень рискнул отдать свое тело под татуировки. Но как Назаров появился здесь? И где они вообще сейчас находятся?
Холод начал схватывать кончики пальцев и пробираться все выше и выше, вымораживая кровь в венах и артериях. Такое впечатление, что она продолжала там течь, только в качестве мелких ледышек.
— Как тебя зовут? — требовательный голос и ментальное давление сделали невозможным сопротивляться напору. — Отвечай быстро, иначе останешься здесь навсегда!
— Алексей Груздев, — клацнув зубами, произнес парень, пытаясь поставить защиту. Но все было тщетно. Сила, которая пришла вместе с татуировками на теле, покинула его в самый нужный момент. Чужая воля давила, пробивала барьеры и заставляла подчиняться Назарову. — Студент Императорского госуниверситета. 
— Сними рубаху! — потребовал барон. 
Негнущимися пальцами Алексей скинул с себя пиджак и рубашку, на которой пуговицы были вырваны с мясом еще там, в клубе. Тело мгновенно отреагировало на невыносимый холод. Он скосил глаза, чтобы убедиться, что придающая ему силы руническая вязь никуда не исчезла. Той насыщенной чернильной черноты он не увидел. Руны словно выгорели, стали блеклыми и не питали его мышцы и тело запредельной энергией и мощью. 
— Надень пиджак! — снова требовательный голос барона вонзился в мозг и давил, давил. — Назови мне имя человека, сделавшего тебе татуировки!
— Я не знаю! Он впервые встретился со мной в одном кафе, — заторопился парень, чувствуя невероятный холод, сковавший ноги. — Сам подсел за столик, заговорил, предложил хорошо заработать…
— Ты знаешь его имя! Вспомни!
Любая мысль, касавшаяся личности черного незнакомца, вызывала боль в голове, стискивала ледяным обручем и шарахала по мозгам как барабанные палочки по упруго натянутой коже барабана. Груздев сжал виски ладонями и упал на колени, не чувствуя, как покрывается тонким налетом инея. Впрочем, и барон в своем дорогом костюме выглядел словно обсыпанный серебряной пылью, с инеем на волосах, бровях и ресницах. 
Сильные руки рывком подняли его на ноги, последовал хлесткий удар двумя ладонями — «черпачком» — по лицу, выбивая запрограммированную боль из головы. 
— Вспомни его лицо! — последовал жесткий приказ. — Когда, где и с кем видел его раньше! Может, Елизар Каразин тебя познакомил с татуировщиком? 
 
— Каразин! — простонал Алексей, и вдруг, сквозь тяжелую чернильную завесу пробились светлые лучики. Боль куда-то исчезла, а картинки прошлого стали выстраиваться в логический ряд. Чистая, залитая ярким солнцем кофейня, круглые столики, за которыми сидят посетители, вдоль окон изумрудная зелень на фоне снежной улицы. И двое мужчин, расположившихся в дальнем уголке помещения. 
— Я случайно зашел в «Оазис», увидел там Елизара, — бормотал Антон, исправно дополняя картинки прошлого словами. — Но не стал подходить, потому что он был занят разговором. Я заказал кофе и сел за другой столик, подальше. 
Волосы черного цвета, длинные и волнистые. Лицо неприятное, как показалось тогда Алексею, отталкивающее и худощавое; заостренный подбородок, нос хрящеватый, глаза непонятно какого цвета — то ли черные, то ли темно-карие, а может, и вовсе в них линзы вставлены, сейчас же модно изменять радужку цвета посредством всяких технических или медицинских ухищрений! Что еще? А, да, кожа с легким загаром, но не таким, какой он получается под солнцем среднерусской равнины, к примеру. Это южный загар, плотный, золотистый.
— Он сейчас умрет, — пророкотал Дуарх, наблюдая, как в глазах Груздева появляется лед. — Выходи, хозяин. Твоя энергия на исходе, ты слабеешь. 
— Подожди, — застучал зубами Никита, и в самом деле ощущая головокружение, слабость в теле и дрожь в руках. К холоду он вроде бы адаптировался, частенько путешествуя с Дуархом через инфернальные тропинки, но энергетический контур сейчас серьезно просел, что уж говорить о несчастном Груздеве, чья аура истончилась до крайности. 
Он вытащил из кармана стило, и распахнув пиджак Алексея, уверенными движениями расчертил на груди парня несколько рун, запиравших магию разрушения. Никита не знал, поможет ли это там, на поверхности, но стоило попробовать. Сейчас главное, что нужно предпринять, это обезопасить самого Груздева от влияния зловредных рун. Хотя бы на время, пока ищется эффективное оружие, способное противостоять эмиссару Ордо Маллеус. 
Алексей даже не закричал от обжигающей грудь боли, ему уже было все равно. 
— Дуарх, наверх! — приказал Никита, обхватывая оседающего на землю Груздева. 
Ледяная воронка сжалась вокруг них, чтобы через мгновение вышвырнуть на поверхность Яви, где их заждался Хованский со своими помощниками. Вихрь едва не снес с ног, высушивая лужицы талого снега, образовавшиеся от теплого воздуха под куполом. 
— Никита Анатольевич! — старший следователь бросился к волхву и поддержал, скорее, не его, а безвольно висящего Груздева. — Какая помощь нужна?
— Этому срочно восстановить ауру, — кивнул Никита на парня, которого помощники Хованского оттащили и посадили на лавочку возле задней стены клуба. — Я сейчас не в силах, сам истощен. Сможете, Анислав Радиславич?
— Не проблема, — кивнул маг. — Вместе с ребятами сейчас создам объемный контур и запитаю ауру. Вы бы тоже присели, а то совсем выглядите плохо. 
— Ничего, мне помогут, — прозвучал странный ответ для Хованского. — Поставьте на ноги Груздева. 
— Ого, вы уже и фамилию его выяснили! — следователь кивнул и поспешил к своим подчиненным. 
Никита прислонился к стене, постепенно приходя в себя. Он, конечно, лукавил. Защитный купол, распростершийся над Александровским садом, не давал ему возможности в полной мере вытягивать из Космоса энергию, пришлось воспользоваться иным способом, черпая ее из земли и воздуха. Пока Груздеву реанимировали ауру, Никита взбодрился. Когда вернется домой, подзарядится по самую макушку. Не нужно давать Хованскому информативные козыри. И так засветил свои возможности по перемещению в Навь и обратно. А он человек умный, свои выводы сделает в правильном направлении. 
Зазвонил телефон. Оказывается, Слон уже несколько раз пробовал связаться с Никитой, и встревоженный его молчанием, грозился поднять на уши все силовые структуры столицы.