Время воина (СИ)
«Додж» взревел и стал нагонять идущего по берегу реки Маккартура. Сохраняя невероятное спокойствие, чтобы не отбросить дорожный баул и выхватить пистолет, Джеймс решил активировать свое умение «воздушника». Левая рука начала формировать ударный конструкт «пылевая буря», чтобы не слишком злить русских. Подобные чары могут только создать непреодолимые препятствия для преследователей, а Маккартур к этому времени скроется в садах. Ищи его потом по всему Гиссару, представлявшему собой огромный кишлак в современном обличье, где центр застраивался многоэтажными домами, а вокруг скопились несусветное старье середины двадцатого века, построенное как бог на душу положил.
Не оборачиваясь, британец ощутил за спиной приближающийся внедорожник. И развернувшись, выпустил конструкт из своей руки. Едва видимое чародейское плетение засверкало бледно-фиолетовыми всполохами и закружилось на месте, поднимая в воздух пыль и мелкие камешки. Созданная завеса набрала мощь и навелась опытной рукой на цель в виде многотонного автомобиля. Завихрившись, пылевая волна поднялась на три метра и уже готовилась обрушиться на вильнувший в сторону «додж» … И застыла, попавшая под контрплетение. Маккартур не стал терять время. Он отбросил ненужный теперь баул и рванул вдоль Ханаки. Где-то неподалеку должен быть мостик, перебежав который, можно затеряться в переплетениях улочек.
По ногам что-то больно ударило, обхватив жгучей петлей за лодыжки. Земля рванулась навстречу, отчего пришлось выставлять руки, чтобы не удариться лицом в гравийную дорогу. Ладони обожгло болью, содранная кожа сразу же неприятно засаднила. Сверху навалилось чье-то тяжелое тело, сопящее от усердия и остро пахнущее потом и специями, стало выворачивать руки.
Маккартур словно червь стал изворачиваться, чтобы стряхнуть с себя противника и даже умудрился нанести затылком удар, рискуя повредить себе голову, но ловкий и невидимый враг уклонился в сторону. Стало еще хуже. Запястья оказались в невероятно жестком захвате, что-то щелкнуло, и ледяная волна поднялась вверх. Мгновенно онемело все до плеч, пропало желание бороться. Ловкие руки ощупали его с ног до головы, изъяли «спитфайр» и несколько амулетов с магическими конструктами.
— Взяли Шотландца, господин капитан! — молодой голос радостно отрапортовал кому-то об успешной операции. Маккартур знал русский язык. «Шотландец» — такое имя присвоили ему контрразведчики Петербурга. Значит, вели его с самого начала, как он оказался в Гиссаре.
— Грузите в машину, — последовала резкая команда. — Да шевелитесь, а то местные слухи разнесут за считанные минуты. Браслеты не спадут?
— Надежны как вклады в Императорском банке! — последовал задорный ответ.
— Ты поменьше бравируй, новик! Тащи Шотландца в машину.
— Вы не имеете права! Я подданный Британской Короны! Немедленно требую встречи с консулом!
— Будет тебе консул, — последовал ответ. — Попозже… Смотри, как заговорил!
Маккартура рывком подняли на ноги. Двое молодых мужчин в полевой камуфляжной форме с нашивками местной СБ заломили ему руки, заставив слегка согнуться от намеренно причиненной боли, и очень быстро повели к «доджу». Бесцеремонно затолкали внутрь, где сидел еще один человек. Британца сжали с обеих сторон, водитель лихо рванул машину с места, развернулся на узком пятачке дороги и запылил вдоль Ханаки. Эмиссар лихорадочно прокручивал варианты, при которых его могли вытащить из подвалов русской контрразведки. И главное — кто. Несомненно, катализатором событий стала возня вокруг Источника. Британцев стремятся нейтрализовать еще на дальней дистанции; русские уверены, что с боевиками Абдул Хотака они справятся, если им не будут помогать сторонние силы.
С другой стороны, русские действовали очень уж открыто и грубовато, как будто напоказ. Вроде бы старались незаметно взять Маккартура, и в то же время шумели так, словно верблюда дикого ловили на виду у жителей кишлака. Значит, давали сигнал людям, которые по долгу службы должны вытащить Джеймса. Предупреждение, чтобы не лезли не в свое дело?
Видимо, так и есть.
Маккартур заметил, что «додж» свернул от Ханаки направо и помчался по центральной улице Гиссара. Через несколько минут они уже были на восточной окраине города. И британец понял, что его везут в Дюшамбе, где находился русский военный гарнизон и администрация протектората. Он громко прокашлялся, чтобы в голосе не было хрипоты и надменно произнес:
— Вы ответите за незаконное задержание! Я член-корреспондент Королевского Географического общества, выполняю в этом регионе научную работу!
— Ага, с оружием под халатом! — повернулся к нему с переднего сиденья мужчина в потертой камуфляжной куртке. Легкая смуглость на его лице была результатом долгого проживания под южным солнцем. Обычный загар, который никогда не превратит русского в местного жителя. Уж кому, как не Маккартуру это знать.
— Здесь дикие нравы! — возмутился Джеймс. — Я провожу исследования на огромной территории от Турана до Афганистана! Ладно, Бухара или Самарканд: там относительно спокойно, но никак за Амударьей! Оружие мне необходимо!
— Вы не волнуйтесь так, сэр Маккартур, — успокоительно поднял руку мужчина, видимо, старший в группе захвата, которого назвали капитаном. Открыто называя фамилию британца, он косвенно подтверждал свою причастность к контрразведке. — Разберемся, проясним ситуацию.
— Но на каком основании…, — играя возмущение, эмиссар попытался даже приподняться, и тут же был так сжат с двух сторон, что ребра затрещали. — Может, вы бандиты и везете меня в какое-нибудь тайное место!
Русский капитан только улыбнулся, но глаза его странного цвета — карие, с серебристыми разводами — смотрели с той долей настороженности и злости, что Маккартур предпочел замолчать и ждать развязки ситуации в более комфортном месте. Русские, признался он себе, умели играть нахально и не боялись разозлить британского льва.
Примечания:
[1] Курутоб — таджикское овощное блюдо
[2] Каполь — афганский традиционный головной убор, мужской шерстяной берет с закатанными в обруч краями
[3] Пилита — блюдо из сладкого теста. Дрожжевое тесто делят на равные куски и раскатывают длинные полоски. Затем их сплетают в косичку (по три полоски в каждой) и бросают в раскаленное масло. Готовую пилиту остужают и посыпают сахарной пудрой.
[4] СИС — секретная разведывательная служба Британии
Глава 3
Вологда, Петербург
Никита проснулся рано с одной целью: улизнуть в столицу, избегая лишних разговоров с женами. Нужно обсудить с Полозовым небольшое путешествие на Мезень. Вопрос с организацией и сбором Ордена гипербореев уже давно назрел, если даже не перезрел. Волхв чувствовал, что в воздухе витает невероятное напряжение. Событийные линии, не пересекающиеся между собой, стали опасно сближаться. Здесь и тайная возня иностранных разведок, пытающихся чужими руками больно ударить по Меньшиковым; на территории Турана зреет непонятный нарыв в виде странной Аномалии, которую трудно классифицировать. Как бы не пришлось туда срочно лететь на помощь егерям и волхвам; зализывающие раны китайцы, держащие в уме свою месть за потерю экономических интересов в Верхотурье. Да еще непонятная позиция Шереметевых. Вроде бы не откровенные враги, и не друзья-союзники, и даже не партнеры. Не знаешь, чего от них ждать, особенно от Велимира, так и не откликнувшегося на предложение Никиты встретиться и заключить мирный договор, больше нужный для защиты Юли и ее родителей. В голову молодому княжичу не заглянешь, о чем он думает, не спросишь. Может, тоже вынашивает, подобно триаде, месть, а то и махнул рукой, оставив свои симпатии к девушке в прошлом. Это было бы хорошо.
Гроздья проблем можно переложить на плечи клановых служб, в которых есть очень серьезные и грамотные люди. Но увы, большую часть придется решать самому. Запуская процесс, его какое-то время нужно контролировать, и только потом отходить в сторону. Как, например, в Верхотурье. Там сейчас неплохо справляется Коваленко под присмотром Тагира и Арсения. Старые бойцы пробудут на Урале еще пару месяцев и вернутся обратно. Хирург постепенно осваивается, создает свою агентуру, оставаясь при этом скромным управляющим. Судя по отчетам, там все нормально.