Хозяйка гиблого перевала (СИ)

Но я и в самом деле не хотела становиться хозяйкой какого-то меча всевластия. Что с ним делать-то? Сотрясать им воздух под злодейский смех. Не по мне это. 
– Странная ты. Неужели никогда про меч не слышала этот? Ведь он правду говорил, – наконец вымолвил Горыныч, недоумевая от меня. 
– О чём? – заинтересовалась я. – О том, что он меч всевластия? 
– Да. И что им желают обладать все в этом мире, – кивнул мужчина. 
  
– Я не всё. Мне этот меч ни к чему. Мне бы помощника. А он мне ничем не поможет с перевалом. 
– Ну, Злат, с перевалом бы он, конечно, не помог, да. Правильно, что его не взяла. А другой причины им обладать у тебя нет. Ты не злодейка какая, – влез в наш разговор кот, явно что-то зная. 
– Она не знает, да? – тяжело вздохнул Градимир, обращаясь к коту. 
– Да если бы и знала, не вязал бы. Поверь, – отмахнулся от него кот. 
– О чём? – полюбопытствовала я, а Градимир пару мгновений задумчиво разглядывал меня, вероятно, решая, говорить или нет. Но всё же решил проверить слова кота: 
– О том, что лишь этот меч способен отрубить мне все три головы. И по факту убить. И подчиняется лишь одной руке - своему хозяину, – сообщил мне мужчина, а я склонила голову набок, пару мгновений обдумывая полученную информацию. А после отвечая: 
– Ну так тем более, мне этот меч ни к чему, – пожала я плечами и полезла через поваленное дерево, которое встало на моём пути. И не замечая, как ящер встал как вкопанный, изумившись моему ответу. 
  
Глава 11
 
Злата 
Не знаю, как долго бы Градимир стоял там, если бы из дома не раздался крик Феди, зазывающий на обед. Да, наше небольшое путешествие заняло несколько часов. Туда еле дошли, обратно. И то обратный путь показался короче лишь потому, что от меча этого и я, и Градимир бежали. 
Ну Горыныча, конечно, можно было понять. Он наверняка думал, что этот меч на перевале навечно замурован. И он его больше не увидит. Хотя вопросики к способу хранения, конечно, у меня имелись. Не легче ли было его закопать, а не засыпать со всех сторон золотом. А если бы кто прознал, как я, например? Сюда бы всех, кого не лень потянуло за наживой. Нелогично как-то. Хотя, с другой стороны, Горыныч славно постарался с защитой этого места. И ограждения эти каменно-деревянные и заслон тот магический, который я сняла. Но… но… 
– Кузь, а зачем Градимиру в сокровищнице прятать меч? Не лучше ли было его уничтожить? – шёпотом поинтересовалась я у кота, отмечая, что ящер вышел из оцепенения и следует за нами к дому. Но пока на почтительном расстоянии, не успев нас догнать. Всё же мой ответ дал нам форы и, пока Градимир размышлял над моими словами, мы успели уйти довольно далеко. 
– Кого? Меч всевластия? – с удивлением в голосе переспросил кот, а я кивнула. – Так как ты это себе представляешь? Волшебный артефакт не так-то просто уничтожить. Даже Горынычу. Особенно учитывая, что этот самый артефакт имеет способность уничтожить змея огнедышащего, – нравоучительным тоном заявил кот. 
– Ну хорошо. Так может закопать его где надо было… – начала я размышлять, решив рассмотреть всякие варианты избавления от опасной вещицы. А то так в руки не те попадёт и точно беде быть. 
– Нет. Тоже не вариант. Горыныч всё правильно сделал. Не представляю, с каким трудом он это золото жертвовал для этого тайника. Но лишь драгоценный металл способен был заглушить волшебные свойства меча. Хозяин его никогда бы не нашёл по зову артефакта. Правда… ты всё равно нашла. Хоть и случайно. 
– Ну как нашла, так и потеряла, – отмахнулась я, открывая дверь в дом и переступая порог. И, прежде чем встать как вкопанная, слыша ответ: 
– Да если бы, Злата. Если бы. Раз нашла, значит, уже не потеряешь, – тяжело вздохнул Кузя. 
И в тот же миг мой взгляд зацепился за нового постояльца в моём жилище. 
– Беспредел! – заголосил меч. – Виданное ли дело, чтобы хозяин меч всевластия выкидывал аки ненужный хлам! Да что творится-то? – орал этот ненормальный, торча лезвием в табуретке и раскачиваясь рукоятью из стороны в сторону. У меня аж глаз дёрнулся от беспредела, творимого в моём доме. Последний табурет же поломает. Кто делать его будет? Федя? И так всё хозяйство на нём. 
– Это я не поняла, что творится? Я тебя в сокровищнице оставила, железяка ты несчастная! – возмутилась я, упираясь руками в бока. 
Меч аж дар речи потерял от моей претензии. Замер, примолкнув. А я, решительно приблизившись, схватилась за рукоять и выдернула меч из табурета, безжалостно кидая его на пол. 
– Ай! За что ты так со мной? Я не мусор какой, вообще-то! – с обидой в голосе простонал он. – Да что за напасть-то такая? Как это вообще возможно? Горыныч! – приметив Градимира на пороге дома, обратился он к нему. – Ну хоть ты ей скажи, что со мной нельзя так! Ну чего молчишь? Я уважаемый во всём мире артефакт! 
Но мужчина лишь нахмурил брови, явно недовольный тем, что меч его сокровищница больше сдерживать не может. Этот наглый артефакт, похоже, теперь навсегда привязан ко мне, хочу я этого или нет. Я не хотела. Совершенно. Меня это тоже не радовало, поэтому я хмурилась так же, как и Градимир. 
– Вот всегда знал, нехороший мы ящер. Непорядочный, – припечатал меч, а мы с Градимиром одновременно издали тяжёлый вздох, синхронно усаживаясь за стол и оглядывая блюда, которые приготовил к нашему приходу Федя. Пышный хлеб, ягодный пирог на десерт, а самое главное - уха. Из той рыбы, которую вчера вместе с “загородным” домом преподнёс мне Градимир. Все подарки он вчера также доставил мне до дома, вместе со мной же, отчего я была безумно благодарна хитрожопому дракону. Хотя теперь его действия были хотя бы оправданы, так как имели причину. Та, что теперь не затыкалась. 
– Скажи-ка, а ты молчать умеешь? – спросила я, мысленно практически смирившись с тем, что пока избавиться от меча не знаю как, и поэтому придётся его оставить. 
– Зачем? Я и так долго молчал. Знаешь ли, томиться почти полвека среди неразговорчивых блестяшек утомительно. Я так чуть дар речи вовсе не потерял. И ладно бы хоть Горыныч со мной разговаривал. Так, он при своих ежегодных проверках лишь совал одну голову в ту дыру, где хранил меня, находил взглядом и улетал. Непорядочный, говорю же. Пленил, так хоть говорил бы со мной изредка… – пожаловался на Градимира меч. Но половину я просто пропустила мимо ушей. 
– Да-а-а, – протянул Кузя. – Тишины нам больше не видать. 
– И покоя, – прокряхтела кикимора, притаившаяся на краю лавки. Она что-то вязала, всё это время наблюдая за происходящим и особо не привлекая к себе внимания. Вот так и меч бы себя вёл, цены бы ему не было. А то мы и, в самом деле, всякого покоя лишимся. Причём по моей же вине. Точнее, по вине моего любопытного носа. 
И чего я вообще понеслась выяснять тайны Горыныча? Сидела бы себе сейчас спокойно, обедала. Но сделанного не воротишь. Придётся договариваться с новым постояльцем. И лучше бы используя пряник, а не кнут… 
Весь обед мы слушали стенания меча. Всевластушка, как я за глаза его прозвала, жаловался на свою тяжёлую “судьбу-судьбинушку”. Но в основном все его стенания приводили к одному. Что с хозяевами ему не везло никогда. И сейчас ему какая-то ненормальная попалась. 
Обижалась ли я? Нет. Я была равнодушна к словам болтливой железяки. Лишь бы делами заниматься не мешал. 
Но, к сожалению, Всевластушке нужны были зрители. И слушатели. В общем, хоть кто-то, кто будет кивать в ответ на его жалобы. 
Если во время обеда это был кот, Федя, кикимора и мы с Горынычем, поглядывающие на меч с равнодушием, то после публика у меча поредела. Кикимора, сообщив, что у неё коза и куры, ушла. Кот, заявив что ему нужен свежий воздух, тоже слинял. Федя просто молча исчез. То ли отдыхать пошёл, то ли делами заниматься. Остались лишь мы с Градимиром. 
  
Я ждала, что дракон тоже сейчас развернётся и уйдёт, но он почему-то продолжал сидеть и слушать стенания меча. Впрочем, разглядывая в это время комнату и, делая вид, что это интересует его больше всего в данный момент. Чуялось, чего-то он выжидал. И вскоре я поняла чего именно.