"Фантастика 2023-192". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

Слуги тотчас подали белое вино. Игроки отпили из бокалов ("Не кислятина, напоминает токайское самородное") и стали считать штрафные очки. Сашка набрал 26, больше всех; Анна 18, герцог 20. Каролина еще раз самодовольно улыбнулась и бросила партнеру взгляд поддержки ("Типа, не боись, все впереди"). Тот понимающе улыбнулся в ответ. Впрочем, ему пришла очередь посидеть на сдаче. Проведя эту несложную операцию, Сашка откинулся на спинку стула и стал из-под ресниц созерцать Каролину Элизабет. "Ей сорок лет? Позиционирует она себя в качестве "девушки", хотя взгляд иногда выдает бывалую тетю. Красивой назвать трудно — уж очень нос длинен. Почти как у этого герцога. Впрочем, так и должно быть, они ведь родные брат с сестрой. Такие носы называют, вроде, породистыми? Кожа очень ухоженная, прямо холеная. И очень белая. Да, загар в этом веке совершенно не в моде. А вот рук таких у молодых женщин не бывает: тоже холеные и белые, конечно, но полнее что ли? В общем, Елена Петровна гораздо милее, хоть и попроще этой англосаксонской леди….".
Он перевел взгляд на Анну Амалию, но и пристальное созерцание подтвердило его первое впечатление: хорошенькая простушка. "Некоторым мужчинам такие дамы очень нравятся — например, герцогу этому, Камберленду. То-то он сидит в паре с ней. Умильности, впрочем, в их взглядах нет, а есть довольство сложившимися отношениями. Вот и ладушки…. А что Эрнестик этот? Он ведь не случайно здесь сидит? Ага, у этого на лице целая гамма чувств, которую в совокупности можно назвать раболепием: обожание Каролины, чрезмерное почитание герцога и расстилание ковриком перед Анной. Так что, простушка тут в авторитете? Хотя удивляться нечему, если она постельная подруга герцога". Тут игра завершилась с довольным хохотком Камберленда, все вновь выпили и стали считать очки….
В восемь часов мажордом подошел к Каролине и почтительно поклонился. Принцесса кивнула ему и продолжила игру, которая, впрочем, (третья за вечер) близилась к завершению. Сашка ей в очередной раз подыграл, и Каролина, завершив кон дамой пик, расхохоталась. Ее выигрыш оказался наибольшим, уравновесив проигрыш Анны и Эрнеста, которых часто "поили" семерками и тузами. Сашка тоже проиграл: "8 талеров! Ни черта себе, по малу они играют! Для меня очень даже по многу!". Все вновь выпили и тут торжественно вошли слуги, нагруженные салатницами, а также тарелками с маленькими бутербродами, начиненными, правда, не только колбасой, но и рыбой, сыром, маслом, икрой…. Быстро был сервирован длинный стол, за который и уселись ВИПы (Каролина указала Алексу место подле себя), чтобы восполнить психофизические силы. Заметив, что голод утолен, по знаку мажордома внесли ведерную чашу с дымящим пуншем, которая была встречена приветственными криками. Веселье продолжилось.
— Мне сказали, — приблизила Каролина губы к уху Алекса, — что Вы умеете рассказывать сказки. Не расскажете ли нам что-нибудь?
— А какие сказки Вы, принцесса, предпочитаете: умильные, страшные или смешные?
— Вы многие знаете? Начните с умильных, а там посмотрим….
— Может, дождемся, пока Ваши гости допьют пунш?
— Нет, мы их ждать не будем: отсядем в кресла, а гости пусть сами решают, что им делать: продолжать пить здесь или слушать Вас там….
— Но я заранее прошу простить мой акцент и нетвердое знание немецкого языка….
— Ваш акцент кажется мне очень милым, а нужные слова я Вам буду подсказывать.
После этих поощрений Каролина встала и ушла в самый дальний угол гостиной, где слуги тотчас соорудили уголок из кресел и принесли туда дополнительные канделябры.
— А вот свечей лучше оставить поменьше, — с улыбкой сказал Сашка. — При малом освещении сказки слушать трепетнее.
Канделябры тотчас унесли, а гости, как один, переместились в этот же угол.
— История эта произошла в стародавние времена в одном из германских княжеств — начал драматическим голосом Сашка. — У курфюрста и его жены долго не было детей. Но вот в один счастливый весенний день у них родилась дочь: такая здоровенькая и веселенькая, что даже ласточки оживились под крышей дворца и стали летать по всей округе, разнося долгожданную весть. Князь велел пригласить во дворец всех-всех своих родственников, даже самых дальних, с тем, чтобы они явились поздравить их семью с большим счастьем. Только одну уже очень пожилую троюродную тетку, жившую за большим лесом, у подножья угрюмой горы, пригласить забыли….
 
…. после этого поцелуя принцесса открыла глаза и радостно улыбнулась принцу. Колдовские чары рассеялись, и княжеская семья тоже очнулась от векового сна, а вместе с ней ожила вся природа. Принц и принцесса вышли из склепа и сразу пошли в церковь, к алтарю, где их с благословения родителей и обвенчали.
Все сидели молча, еще во власти своего воображения. Первой высказалась, конечно, Каролина: — Чудесная история. Ты, в самом деле, умелый рассказчик, Александр Чихачефф. Я бы хотела иметь эту сказку, записанную на бумаге. Ты сможешь записать ее на хохдойч?
— Только с чьей-нибудь помощью. Например, Вашей, гнедиге принцессин. И Вы сможете добавить в нее какую-нибудь пикантную деталь.
— Пикантную деталь? Какую, например?
— Вам лучше знать. Например, что у злой феи под носом пробивались усики (В креслах хохотнули). Или что принцесса была высока ростом, имела пышную грудь, белую кожу, голубые глаза и волосы цвета спелого льна (Все это Сашка говорил, демонстративно приглядываясь к статям Каролины).
Герцог хохотнул уже громче (его тотчас поддержали) и спросил: — Встречался ли тебе, сестрица, более шустрый кандидат в фавориты?
  
Глава двадцатая. Суета вокруг рессоры
 
Наутро Сашка уединился с Егором с целью подсчета наличности и подзавял: в их карманах осталось 4 талера, 2 гроша и 5 пфенингов. Был, конечно, еще вексель на 50 талеров, но его трогать очень не хотелось. К тому же если продолжать визиты в замок (а разве мыслимо их не продолжить?), то через неделю и эти талеры окажутся в карманах аристократов. Срочно надо было подыскивать независимый источник доходов…. Впрочем, лучшие пути — уже проторенные. Значит нам дорога в гильдию ремесленников. И первую консультацию может дать любезная Гертруда: куда, к кому, почем?
Переговоры с главой гильдии кузнецов Ганновера оказались непростыми, так как этот жучила хотел поближе познакомиться с чудодейственной пружиной (перед этим он проехался на коляске и убедился в мягкости ее хода) и "срисовать" ее взглядом. Но Егор замотал с утра рессоры мешковиной и попытку промышленного шпионажа предотвратил. Зато Сашка выяснил, что в своде законов Великобритании (а Ганновер потихоньку переходил под юрисдикцию Соединенного королевства) уже более 100 лет действует статут о монополиях, в соответствии с которым автор технического изобретения имеет право получать отчисления за его использование в государстве — после взимания королевской доли. За пределами Великобритании и подмандатных ей территорий этот закон, конечно, не действовал. То есть патент на изобретение рессоры может быть выдан в Ганновере, а денежки пойдут со всего королевства. Вот это ладно, будем оформлять!
Освободился от крючкотворных дел Сашка только к ужину (даже обедать не получилось), но довольный результатом. Удалось не только оформить патент, но и сделать заказ на изготовление 100 рессор, причем деньги под это ему кредитовал банк, директор которого имел фамилию фон Мюнхгаузен (!) и удовольствовался гарантией своего брата, канцлера. Ну, а канцлер был, конечно, уже в курсе вчерашнего фавора Александра Чихачева и такую гарантию дал.
Ужин Алекс Чихачев, будучи в задумчивости, поглотил, почти не разбирая вкуса, чем, конечно, обидел хозяйку. Он, впрочем, заметил свою оплошность и, компенсируя ее, рассказал фрау Гертруде о своем успехе, но пожаловался на крайнюю невыгодность общения с аристократами: — "Даже идти в замок не хочется, опять ведь обчистят, а у меня для расчета с ними талеров может не хватить!". Сказал он это совершенно без всякой задней мысли, и вдруг она сходила куда-то и, крайне смущаясь, протянула постояльцу 5 талеров: