Тюр (ЛП)

— Подождите! — в коридоре раздался ещё один голос. — Я узнаю этого парня.
Марион повернулась и недоумённо моргнула, увидев Дона Джеральда, второго члена её команды охраны на Сен-Бартелеми в ту ночь.
Дон был одет в тёмно-серый костюм с белой рубашкой и выглядел так, словно только что вернулся с элитной вечеринки, но он держал пистолет с таким же напряжением в руках и ладонях, как и Майк.
А ещё он выглядел готовым использовать этот пистолет.
— Помнишь его, Майк? — спросил Дон, кивая на Тюра. — Он был на Сен-Бартелеми. Это тот огромный парень, который ввязался в драку, когда они пытались схватить Марион. Он появился посреди всего происходящего и выбил всё дерьмо из того лысого парня. Потом на него набросились ещё двое этих придурков, и он чуть не убил и их тоже…
— Пытаясь спасти меня, — сердито перебила Марион, снова поднимая руки вверх.
Несмотря на свою позу капитуляции, она раздражённо смотрела на двух мужчин.
— Ты не видел, как они вкололи мне шприц в шею? — поинтересовалась она. — Если бы не Тюр, я была бы мертва. Он спас меня от тех парней. И с тех пор пытался помочь мне вернуться сюда, к папе!
Снова повисла тишина.
Затем человек впереди, тот, кто первым сказал Тюру поднять руки вверх, заговорил в микрофон в рукаве.
Как только он это сделал, пистолеты начали опускаться, хотя жёсткие взгляды продолжали оценивающе смотреть на Тюра с обеих сторон коридора.
Марион всё ещё держала руки поднятыми, когда Майк вышел вперёд.
Его голос зазвучал более чётко и по-деловому.
— Вы можете опустить руки, мисс Равенскрофт, — вежливо сказал он.
Марион медленно опустила руки.
Она обернулась, когда агенты подошли к Тюру, и увидела, как он наблюдает за ней с настороженным выражением лица. Когда Марион сообразила, что он всё ещё беспокоится о ней больше, чем о себе, она стала разрываться между желанием рассмеяться и желанием наорать на него.
Бог начал медленно опускать руки, когда на него рявкнули голоса:
— НЕ ТЫ! — зарычал на него Майк, вскинув пистолет и прицелившись в Тюра. — ПОДНИМИ! — рявкнул он, направив пистолет в грудь Тюра. — Держи их поднятыми!
Нахмурившись, Марион повернулась к Майку, который бросил на неё слегка извиняющийся взгляд, продолжая подходить к Тюру.
— Мы должны проверить его, Марион, — сказал он. — Ты должна понимать, что нам нужно проверить его. Особенно, когда мы понятия не имеем, как кто-либо из вас получил доступ на территорию… тем более к зданию… тем более к жилым помещениям наверху.
Марион закрыла рот, снова бросив взгляд на Тюра, когда к нему подошли агенты.
Дон заговорил с Тюром немного более дипломатично, когда подошёл к ним.
— Держи руки поднятыми, здоровяк, — сказал крупный агент. — Если ты именно тот, кем она тебя называет, то тебе не о чём беспокоиться. Нам просто нужно прогуляться с тобой и всё прояснить, прежде чем мы сможем позволить тебе вернуться сюда…
Марион встретилась взглядом с Тюром.
Бог смотрел на неё.
Он явно не хотел оставлять её одну.
В то же время Марион по-прежнему чувствовала, что он беспокоится вовсе не за себя. Он волнуется о ней даже сейчас, когда к нему приближались пять агентов с оружием.
Тюр доверял агентам не больше, чем они доверяли ему.
Глядя на него, Марион поняла: Тюр подозревает, что некоторые люди из Синдиката, вероятно, находятся в Белом Доме даже сейчас. Вспомнив, что произошло, когда она попыталась дозвониться до отца по специальной линии, она поняла, что он может оказаться прав.
— Он должен остаться со мной, — произнесла Марион, встретившись взглядом с Тюром, затем взглянула на Майка. — Если вам нужно допросить его в другом месте, то я иду с вами. Нас нельзя разлучать. На это есть веские причины, Майк, — добавила она, когда он перевёл на нее жесткий взгляд. — У нас есть основания полагать, что здешняя служба безопасности скомпрометирована, — добавила она, переводя взгляд с него на Дона. — Я пыталась воспользоваться специальным номером. Мы пытались сообщить, чтобы вы пришли за нами… и я не могла дозвониться. Звонок был перенаправлен. Мой звонок перехватили те же люди, что пытались похитить меня на Сен-Бартелеми.
 
В коридоре воцарилась тишина.
В этот раз она была осязаемой.
Марион наблюдала, как несколько агентов обменялись взглядами, особенно Майк и Дон, и ещё Майк и другой парень, который тоже был здесь ответственным, тот самый, который первым наорал на Тюра, когда появился в коридоре.
Марион тоже узнала его.
Высокий латиноамериканец, которого звали Диего Торрес.
Он шутил, что друзья называют его Дэйв, но Марион никогда не слышала, чтобы кто-нибудь из Службы называл его как-то иначе, чем Торрес. Он был бывшим военным, как Майк и Дон, но Марион не знала, из какого он подразделения.
В отличие от Майка и Дона, он обладал обезоруживающе худощавым телосложением.
На нём была привычная форма Секретной службы в виде чёрного костюма, белой рубашки, он носил неприметную стрижку и серебряные военные часы. Он переводил взгляд глубоких карих глаз то на Тюра, то на Марион.
Как будто приняв решение, он указал на коридор.
— Отведите здоровяка в одну из спален, — начал он, указывая на Тюра.
Марион покачала головой, открывая рот, чтобы возразить, но Торрес посмотрел прямо на нее.
— Мы должны проверить его, Марион, — спокойно объяснил он, поднимая руку. — Майк и Дон останутся с тобой. Хорошо? Я пойду поговорю с твоим таинственным спасителем. Но мы должны проверить его, прежде чем позволим ему находиться в одной комнате с президентом… а они сейчас ведут твоего отца наверх. Он знает, что ты здесь, и требует встречи с тобой. Он не будет вести себя со мной любезно, если я попрошу его подождать.
Марион нахмурилась.
Она посмотрела на Тюра, который посмотрел на неё в ответ.
Бог Войны всё ещё выглядел настороженным.
Марион могла видеть, что он переживал за неё, и это расстраивало её.
Она намного больше переживала о нём.
— Нет, — начала она, качая головой. — Папа может подождать. Он может подождать пять минут…
— Марион, — тихо перебил её Тюр, снова встречаясь с ней взглядом. — Всё в порядке. Я буду недалеко. Иди к отцу.
Она бросила на него сердитый взгляд.
Потом Марион стиснула челюсти, не желая спорить ещё и с ним вдобавок ко всем остальным. Она перевела взгляд с Дона на Майка и обратно. Она более-менее доверяла им. Хотя до всего случившегося она безоговорочно доверяла им обоим.
Они были прикреплены к ней с тех пор, как избрали её отца.
Но теперь, учитывая произошедшее, как она могла быть абсолютно уверена?
Как она могла быть абсолютно уверена в ком-нибудь из них?
— Скажи моему отцу, чтобы поднимался сюда, — развернувшись, произнесла Марион и снова посмотрела на Тюра.
Затем её взгляд переместился на Торреса, и её челюсти сжались.
— С ним же будут все его агенты, так? — сказала она. — Он будет в полной безопасности. Уведите Тюра в соседнюю комнату и обыщите на наличие бомб, оружия, сделайте всё, что вам нужно, чтобы убедиться, что он не представляет угрозы. Я останусь на этом этаже. Мы с отцом можем поговорить здесь. Когда вы удостоверитесь, что у Тюра нет оружия, ядов или чего-то ещё, о чём вы можете беспокоиться, приведите его туда, где я смогу его видеть.
Она смотрела то на Торреса, то на Майка, и её голос зазвучал холодно.
— Есть хоть одна причина, по которой у вас возникнут трудности с этим? — поинтересовалась она. — Хоть одна причина, которая не убедит меня, что вы являетесь участниками этого заговора?
Торрес взглянул на Майка, который мрачно посмотрел на него в ответ.
 
Затем Торрес медленно кивнул в ответ на то, что увидел в глазах Майка Ростро.
— Ладно, Марион, — сказал он. — Я свяжусь с охраной твоего отца.
Говоря в свой рукав, он указал на Майка и Дона.
— Вы останетесь здесь с ней, — серьёзно сказал он двум агентам. — Если что-то случится… и я имею в виду что угодно… я хочу, чтобы вы переместили её. Быстро. По тем же протоколам, что и у её отца.