Мой сосед - медведь (СИ)

— В смысле? — опешил он, непонимающе моргнув. — Я ведь хочу расстаться с ней из-за тебя….
— Чего? — вырвалось у меня.
— Натусь, в каждой семье бывают проблемы, но семья на то и семья, чтобы их преодолевать, — затараторил Влад, понизив голос. — Ты не представляешь, каким придурком я себя чувствую, когда вижу тебя. Не понимаю, как я позволил тебе уйти….
— Я не уходила, — попыталась напомнить я, но куда там!
  
Бывшего несло.
— Я был не прав, совсем заработался, перестал ценить то, что было между нами, но я уже хожу к психологу, Натусь. У меня была депрессия, выгорание… — он потер переносицу сосредоточенно. — Я не умел говорить с тобой о своих проблемах, ведь мы отдалились. Ты тоже ушла в работу…
— А я как раз чувствую, что хочу сказать тебе, чтобы ты неистово лечился, — вставила я толику сарказма. — Ты уверен, что у тебя была только депрессия? Слабоумия не нашли?
— Я прошу тебя понять и помочь преодолеть наши разногласия! — возразил он укоризненно. — Нам нужно пойти на семейную терапию…
— Я видела, как ты преодолевал наши разногласия, — перебила его я. — В той командировке в Риме. С Лерой. Ты даже не потрудился фотки спрятать с вашей семейной доски почета. Я думала, что мы разошлись, как взрослые люди, уважающие друг друга и то время, которое провели вместе, но так думала только я…
— Вот видишь, сколько у нас претензий друг к другу накопилось! — перебил он горячо. — Но важно, что я хочу все исправить!
— Поищи все же что-то ещё, кроме депрессии, Влад, — покачала я головой, отворачиваясь. — Мало ли, у тебя с количеством хромосом проблема, а у нас все же общие дети, нужно разобраться с наследственностью…
— Ой, перестань! — скривился он, хватая меня за плечо. — Нашла себе молодого, и теперь думаешь, что не прогадала? Он-то куда лучше меня, да? Только за душой у него ни гроша. Он себе милфу искал для приятного времяпровождения! А когда он тебя бросит и уйдет к девочке помоложе, посмотрим, что ты пойдешь лечить к психологу — слабоумие или депрессию!
— Как же не хватает сковородки, — вздохнула я, выдергивая руку.
Он открыл было рот, но тут двери процедурного распахнулись, и к нам вышла Лена:
— Я — все, — бодро возвестила она и настороженно оглядела нас с Владом.
— Теперь я, — натянуто улыбнулась я ей и шагнула в кабинет.
*****
Я не успевал считать проблемы, которые у меня возникали этим днем…
Но самая важная сейчас стоит за углом и ругается с бывшим мужем. Я сжимал зубы и бил себя по рукам, чтобы не сомкнуть их на шее Влада. Я ещё не имею таких прав на Наташу, чтобы встревать между ней и этим дебилом. Но, кажется, скоро у меня эти права появятся.
Врач сегодня утром устало заявил мне по телефону, что я, судя по всему, скоро стану папой, а потом съязвил, что психика мне понадобится покрепче в ближайшее время, чтобы не паниковал на каждый обморок своей женщины. И он понятия не имел, насколько попал в больную точку. Мне нужно приводить себя в порядок. Потому что у меня есть Наташа. Но у нее ещё нет меня. И то, что она хотела сегодня остаться одна, — тому подтверждение. Она увидела список анализов, испугалась, но со мной это все обсуждать не собирается. И вот какие там варианты у нее в голове? Есть там вообще такой, который не позволит сорвать мою и без того расшатанную крышу, которая едва держится на ржавых болтах? Ведь если Наташа не захочет моего ребенка, а этот вариант самый вероятный, ведь она — человек,....  то мне будет очень сложно… А времени доказать ей, что я — тот, с кем она не пожалеет провести вторую половину жизни, катастрофически мало.
Когда перепалка между Владом и Мышкой стихла, я поднял взгляд на коридор, в котором вскоре появилась Лена с отцом. Но, когда уже собрался направиться к процедурному кабинету, Влад меня придержал:
— Можно с тобой поговорить? — решительно потребовал он и бросил Лене: — Подожди меня, ладно?
А когда Лена направилась к дивану, Влад вздохнул:
— Слушай, я хотел поговорить с тобой, как мужчина с мужчиной. Наташа мне дорога…
А я подумал о том, что собственноручно подал бы сейчас Мышке сковородку и не стал бы спасать больше ее бывшего от расправы.
— …. Я намерен все исправить и вернуть Наташу в семью, — сообщил он весомо.
— Не думаю, что все, чего она заслуживает — твоего снисхождения, — раздраженно возразил я.
Вот только этого мне сейчас не хватало!
— Не тебе решать, чего она заслуживает, — добавил Влад жесткости голосу. — Ты знаком с ней несколько дней, а я ее знаю всю жизнь.…
— Это не помешало тебе изменить ей и бросить.
— Я уже сказал — не тебе судить, — опрометчиво тыкнул он пальцем мне в грудь, но на мой потемневший взгляд одернул руку и принялся махать ей в неопределенном направлении. — Ты найди кого-то себе… под стать, поживи двадцать лет, роди двоих детей, а потом посмотрим…
— Я как раз и собираюсь это сделать, — отрезал я холодно.
— Да ты себя видел вообще? — усмехнулся он. — Ты же… У тебя ничего нет.
— Откуда ты знаешь?
— Да по тебе же видны все твои намерения, — снисходительно улыбался он. — Сколько у тебя таких вариантов, как Наташа?
Я медленно заполнил легкие воздухом, стараясь помнить, что это одноклеточное передо мной — отец детей Наташи, а мне ещё с ними как-то жить.
— Давай так, — не унимался придурок, — десять миллионов, и ты забываешь о Наташе навсегда.
Тут я понял, что программа изящества интеллектуального диалога потеряла мой внутренний вайфай. Пришлось перейти к базовому программному обеспечению:
— Давай так, — и я вскинул руку и приобнял Влада за плечи, давая ему понять, что не только интеллектом он не вышел, но и ростом — тоже. Тот ожидаемо взрогнул, но не дернулся. — Я знаю, как незаметно искалечить человека всего несколькими касаниями. Да так, что он будет слюни пускать из глаз до конца своих дней и пребывать в блаженном неведении относительно свежести своего памперса. Ты просто упадешь у меня с инсультом где-то в темном переулке, и никакой судмедэксперт не подкопается. Смекаешь? — Владик взбледнул. А я добавил голосу рычания: — Ты, гидроцефал недоношенный, ещё раз подкатишь ко мне с такой риторикой, я добавлю к твоему неожиданному диагнозу пару рандомных бонусов. Будет ли это недержание мочи или заикание — как получится…
И я похлопал его по плечу и, не дожидаясь, когда он выйдет из оцепенения, направился к процедурному кабинету.
  
53
 
— Что ты с Владом сделал? — поинтересовалась Наташа, когда Лена вышла от врача и мы распрощались с бывшим мужем. — Он какой-то странный…
Бывший после нашей мужской беседы ходил насупленный и немногословный. К Наташе лезть перестал, но и разыгрывать из себя заботливого папу — тоже. К сожалению. Он сразу начал куда-то опаздывать и удалился в машину первым, не дождавшись Лену.
— Влад попросил с ним поговорить, пока ты сдавала кровь, — пожал я плечами, — ну я и поговорил.
Наташа вздернула бровь.
— Ух ты, — улыбнулась, — что ж он сразу не попросил? А что сказал?
— Что хочет тебя вернуть.
— Знаешь, — решительно посмотрела на меня Мышка, усевшись за руль. — На этом я хочу закрыть тему моего бывшего. Ты варишься в моей прошлой жизни уже вторые сутки…
— Меня это вообще не беспокоит, — перебил ее я. — Наташ, я знаю, что такое анализ на ХГЧ.
Повисла пауза.
— Его стандартно назначают, — усмехнулась, наконец, она легкомысленно и завела двигатель, — но ты молодец, что знаешь. Обычно мужчины не знают…
Я не разделил ее веселья, не позволяя ей ускользнуть от разговора.
— Ты увидела этот анализ в списке и закрылась от меня, — обозначил я проблему.
  
Наташа посидела немного, глядя вперед, потом заглушила двигатель.
— Я не могу быть беременна, — возразила она. — Да здесь считанные дни прошли! Говорить вообще не о чем. И переживать — тем более.
Похоже, Мышка впала в стадию отрицания.
— Я просто хочу, чтобы ты знала — у меня с тобой все серьёзно, — посмотрел я в ее глаза. — И ни от каких последствий я отказываться не собираюсь.