Как скажете, босс (СИ)

— Марат, что ещё ты от меня хочешь? Мне нельзя нервничать, если что. Я не буду с тобой разбираться, что-то доказывать…Ты мне не веришь, я это усвоила, и ушла. Надеюсь, теперь ты доволен.
— Не нужно мне ничего доказывать, Оливия! — он шагнул ко мне, пытаясь обнять, но я отступила на шаг назад.
— Не трогай меня. У меня машина через минуту. — Я отвернулась от Марата, и пошла в сторону дороги, но меня тут же перехватили за руку.
— О! А вот и наше такси! — Снова встряла Ника, уже таща мой чемодан к машине.
— Девушка, что происходит? Помощь нужна вам? — вышел водитель такси из машины, пока Марат пытался схватить меня себе на руки.
— Да что вы здесь все забыли! Помогите лучше! Где ключи от её квартиры? — тоном начальника спросил Марат, и, видимо, это настолько подействовало, что Ника, которая только что бегала вокруг нас, отстаивая мою честь, просто протянула ему в руки ключи.
— Предательница! — попыталась я прокричать ей, но мой голос утонул в моих сопротивлениях.
— Ну вот, так бы сразу — сказал Марат, всё-таки переборов меня, и взяв меня на руки, плотно прижав к себе.
Я физически устала сопротивляться, и обмякла в его объятиях. Ну ничего, сейчас улучу момент, и сбегу снова.
— А что с машиной? Кто поедет? — разочарованно причитал таксист, стоя у своего авто.
— Заплатите ему, потом с вами сочтёмся — кивнул Марат Нике тем же тоном, не требующим отлагательств.
В итоге Ника с таксистом остались на улице, а Марат, со мной на руках, стал подниматься в квартиру, с которой я уже попрощалась, и хотела никогда не возвращаться.
Он поставил меня на ноги только на пороге квартиры, постоянно следя взглядом, чтобы я никуда не убежала, пока он открывает дверь. А когда мы зашли, и вовсе закрылся на все замки, при этом достал ключ и положил себе в карман.
— Значит так, Оливия. Мы будем здесь с тобой сидеть, хоть мне тут и не очень нравится, пока не придём к какому-то консенсусу. Ты меня выслушаешь, надеюсь, постараешься понять и простить.
— Как у тебя всё просто, оказывается. Очень действенный метод переговоров, скажу я вам. Теперь понятно, откуда у тебя столько бизнес-сделок успешных.
— Поверь, я изо всех сил стараюсь быть с тобой мягким и сдержанным, но когда ты рядом, и я понимаю, что в любой момент могу тебя потерять, у меня внутри словно пожар начинается.
— Так может не стоит тогда быть рядом со мной? — я прошла в гостиную, и села на диван полубоком, чтобы оказаться спиной к Марату.
Услышав шаги за спиной, я не обернулась, а в следующее мгновение я почувствовала, как Марат сел позади меня, обнял, скрестив руки у меня на животе, и прижался к моей спине всем своим телом.
— Ты так вкусно пахнешь, я бы хотел духи с твоим ароматом, и нюхать их всю жизнь — начал он уже более мягко, и моё сердце болезненно сжалось. В его голосе сквозила та же боль, что сковывала меня все наши дни разлуки.
Медленно повернувшись к нему, я встретилась с его взглядом, а он приподнял меня и пересадил к себе на колени.
— Давай начнём всё с начала. Всё было так неправильно. Я дурак, я это признаю, но если ты меня послушаешь, то ты поймешь, что у меня были причины для моего поведения.
— Я боюсь, что ты ещё раз сделаешь мне больно. Я могу не выдержать нового удара. Мне раз за разом разбивают сердце.
— Маленькая моя — он гладил меня по голове, а я склонила голову ему на плечо. Да, я была слаба, но мне так хотелось иметь опору рядом с собой, и поэтому, хоть мой мозг и сопротивлялся, моё сердце его уже простило. — Посмотри на меня, Оливия — Марат взял мой подбородок двумя пальцами, и слегка приподнял так, что наши глаза стали на одном уровне.
Его взгляд скакал с моих глаз на губы и обратно, а потом он замер, и произнёс:
— Я тебя люблю.
  
60 глава
 
Оливия
Стоит ли говорить, что мы с Маратом снова стали вместе.
Я, конечно же, растаяла от его слов, ещё и с учётом того, что мои гормоны усиливали моё умиление от всего раза в два.
С горем пополам он уговорил меня даже переехать к нему в квартиру, но только после того, как я получила от него письменное обещание, что в случае любого нашего разногласия в дальнейшем, если я соберусь съезжать от него, он обязуется найти мне квартиру для съема и оплачивать аренду минимум два месяца.
 
Нет, ну а что? С этими мужчинами в моей жизни, вообще нельзя быть уверенными ни в чём! Так что пришлось выдумывать, как можно выкрутиться.
— Как ты себя чувствуешь сегодня? — Марат зашел в спальню, разбудив меня ароматом свежей выпечки, которую, наверное, только что приготовил повар, и неся на подносе мой завтрак.
Я сладко потянулась, и, улыбаясь, подняла подушку, чтобы принять сидячее положение и иметь возможность съесть свой завтрак прямо в постели.
— Чувствую себя отлично! Кажется, сегодня малыш точно покажет нам, кто же поселился в моём животе.
Мы очень хотели узнать пол малыша, но на первом УЗИ ребенок никак не хотел поворачиваться к нам нужным местом. Сегодня у нас было назначено новое обследование, так что были все шансы наконец определиться с цветом одежды и всего прочего, что мне хотелось закупать в каких-то неимоверных количествах.
Марат подошел ко мне, и поцеловал в губы, а после в живот, который был не очень большой, но уже явно заметный.
— Я на работу, а в обед заберу тебя, и поедем в клинику.
— Договорились! — он вышел из комнаты, а я встала, и подошла к окну, чтобы по традиции помахать ему, когда он будет отъезжать.
Я перестала ходить на работу почти сразу же, как мы съехались. Сначала у меня был токсикоз, а потом Марат просто не захотел, чтобы я сидела в приёмной. У него проснулся какой-то новый уровень собственнических инстинктов.
Как я его не убеждала, что беременная девушка никому не нужна, но он был уверен, что все смотрят на меня, тут же безоговорочно влюбляются и хотят у него увести.
Что касается наших отношений, то всё было настолько замечательно, что я даже боялась сглазить, рассказывая кому-то. Я никогда не чувствовала себя более защищенной, любимой и нужной.
А как Марат светился, когда мы разговаривали с ним о нашем будущем малыше! Я бы в жизни не подумала, что он так трепетно относится к этой теме. Как оказалось, он очень хотел детей, но прятал эти эмоции в себе, из-за страха того, что у него может их не быть.
Я планировала до обеда ещё немного поваляться в кровати, а после принять ванну, привести себя в порядок и ждать Марата, чтобы поехать в больницу.
Но мои планы прервал телефонный звонок. Это звонила Ника, а она обычно никогда не звонила мне во время рабочего дня, потому что была крайне занята, и я сразу поняла, что что-то случилось.
— Алло?
— Привет, Оливия, ты можешь мне помочь, пожалуйста? Это очень срочно! Только никому не говори.
— Да, конечно, что случилось, что надо делать?
— Я на работе, а у меня няня заболела, которая с дочкой должна сидеть. Сможешь выручить, и побыть с ней какое-то время? Можешь даже по делам её с собой возить, если куда-то собиралась.
— Без проблем, ты, главное, не переживай. Сейчас я оденусь и буду у тебя минут через тридцать. С ней сейчас кто-то есть?
— Да, с ней соседка, но ей надо уйти просто. Спасибо тебе, ты меня очень выручишь!
— А почему нельзя никому говорить, напомни?
— В офисе до сих пор никто не знает, что у меня есть ребенок, хочу, чтобы так всё и оставалось.
— Ладно, договорились.
Я всё же написала Марату сообщение, что сама приеду в больницу, потому что, если бы он приехал домой, и не застал меня здесь, его точно хватил бы инфаркт.
То, что что-то не так, я начала понимать, когда дверь в квартиру, где жила Ника, мне никто не открыл. При этом сама она, когда я позвонила и сказала ей об этом, вообще не заволновалась, а лишь предположила, что, видимо, что-то перепутала, и соседка забрала её дочку с собой.
Ника жила прямо у небольшого парка, и, когда я вышла из подъезда, то услышала, как оттуда доносятся звуки игры какой-то музыкальной группы. Так как времени до приёма в клинике теперь у меня было ещё предостаточно, я решила свернуть в парк, и немного погулять, наслаждаясь музыкой.