Бог Боли (ЛП)

Я загнала эту мысль в темные уголки своего сознания и сосредоточилась на Аве.
— Как и его молчание, я полагаю.
— Абсолютно. Крей — немногословный человек, потому что ему просто не хочется говорить. И я знаю, что он может казаться замкнутым и холодным, но он может быть очень заботливым.
Моя задница болит, и я бормочу:
— Ты, должно быть, говоришь о другом Крейтоне, не о том, которого я знаю.
— Нет. — Ава прислонилась к стене и откинула голову назад, ее глаза казались потерянными в другой вселенной. — Он был рядом со мной в трудную минуту. Он ничего не сказал, просто сел рядом и позволил мне использовать его плечо, чтобы выплакаться, как это сделал бы брат, и я никогда этого не забуду.
Я впервые вижу Аву такой задумчивой. Даже с болью. Я хочу спросить, что это был за мрачный момент, но не хочу показаться слишком настойчивой или вмешиваться.
Моя подруга качает головой и сужает глаза на меня.
— Погоди-ка, кокетка. Почему мы говорим о Крее, когда ты вчера вечером хотела назначить свидание Брэну? Мы с Сес даже замолвили за тебя словечко, знаешь ли. Брэн не очень любит свидания, ведь все девушки ходят к нему, потому что не могут заполучить Лэна. А если бы он действительно нравился им сам по себе, они бы меняли дорожки на злого близнеца, как только встречали Лэна. У меня миссия — проткнуть глаза этим слепым сучкам за то, что они обидели Брэна.
Я прикусила уголок губы.
— Итак... я подумала об этом, и я не хочу, чтобы Брэн пострадал от моего брата, в конце концов. Он этого не заслуживает.
И он точно не тот, кто преследует меня в кошмарах. Вчера вечером я написала ему сообщение и сказала, что он не обязан быть моим фальшивым парнем, а он ответил, что всегда рядом, если он мне нужен.
Серьезно, мир не заслуживает такой нежной души, как Брэндон. Если бы его кузен был хоть немного похож на него, все было бы гораздо проще.
Но нет, я должна была заинтересоваться немым представителем семьи Кинг.
— Брэн, как будто, самый красноречивый на свете, — утверждает Ава. — Он точно сможет убедить Джереми.
— Это значит, что он будет втянут в игры Язычников.
— И что? Он большой мальчик. Он может справиться сам.
— Ты видела, как Николай смотрит на него?
Ава заметно вздрогнула.
— Этот псих смотрит на всех так, будто они в его списке дерьма.
— Да, но с Брэном все по-другому.
— Как по-другому?
— Плохо по-другому. У Николая серьезная жажда крови и насилия, он может быть близким другом моего брата, но я держусь от него как можно дальше. Я просто не оставлю Брэна на его пути. Я никогда не прощу себе, если он пострадает из-за меня.
— Оу. Ты такая милая. — Ава гладит мою руку, затем отступает назад. — Я говорю тебе это, потому что я действительно люблю тебя, Анни. Крей — самый трудный орешек для раскалывания, после его каменного брата, но я думаю, что у тебя получится.
— Правда?
— Алло? Он был очень зол, когда ты не рассматривала его на роль фальшивого парня, а выбрала Брэндона.
— Это ерунда.
— Это интерес, сучка. И поверь мне, Крей никогда не проявляет его ни к чему, что не является едой. — Она снова ласкает мою руку. — Не уверена, что завоевать его интерес — это хорошо или плохо. Подумаешь, совсем плохо. В конце концов, он Кинг, а у них, за исключением Глин и Брэна, семейная аура.
Отпечатки рук на моей заднице болезненно покалывают, словно соглашаясь со словами Авы.
— Удачи. Она тебе точно понадобится. — Она отходит от меня и ухмыляется. — Сейчас вернусь. Пойду, уговорю Сесили разрешить нам сделать заказ.
Пока она бежит к комнате нашей подруги, я исчезаю в своей и закрываю за собой дверь. Я позволяю своей сумке упасть на пол и встаю перед зеркалом во весь рост с неоново-фиолетовой рамой.
Я поднимаю юбку своего платья и вздрагиваю, когда ткань трется о мою больную попу. Повернувшись боком, я осматриваю красные отпечатки рук Крейтона, оставленные на моей заднице и верхней части бедер.
Мои пальцы подсознательно скользят по ним, и я снова вздрагиваю от соприкосновения с холодной кожей. Я продолжаю прикасаться к ним, осторожно тыкать в них, наслаждаясь небольшими вспышками боли и воспоминаниями, которые они вызывают.
 
Я все еще чувствую его запах, этот пряный и чистый аромат. Я чувствую его вес, его огромные размеры и абсолютное превосходство, которое он имел надо мной.
Моя сердцевина пульсирует, вспоминая, как методично он доставлял мне удовольствие, которого я никогда раньше не испытывала.
Черт, я даже не знала, что такой тип плотских притязаний вообще существует.
Я вздрагиваю, когда касаюсь особенно болезненного места. Сидеть или спать на спине мне будет больно еще несколько дней.
И все же, по какой-то причине, я жду этого с нетерпением.
Эта боль воскресит те свежие воспоминания, которые почему-то не хотят покидать мое подсознание.
Я смотрю на тюбик в своей ладони, открываю его и наношу немного мази на задницу. Иногда боль становится слишком сильной, и я встаю на цыпочки, глубоко вдыхаю, а затем продолжаю.
Когда я заканчиваю, мне кажется, что я либо заплачу, либо снова кончу.
Переодевшись в удобную пижаму, я беру свой телефон и ложусь на кровать на живот, вытянув ноги вверх.
Я проверяю свои уведомления, отвечаю на ежедневное мамино сообщение и на несколько других, затем открываю свой Instagram.
Отправив несколько лайков и набрав несколько комментариев, я нажимаю на профиль Реми.
Поскольку Крейтон полностью, абсолютно и бесповоротно против того, чтобы у него были какие-либо социальные сети, аккаунт Реми — это самое близкое к тому, чтобы получать новости о нем.
Учитывая религиозность Реми в отношении публикации обновлений, я уверена, что там что-то будет...
Конечно, он делится селфи, где он посреди трех парней. Двое из них — близнецы, Лэндон и Брэндон. Один ухмыляется, другой улыбается. Четвертый — загадочный Илай Кинг, старший брат Крейтона и причина, по которой Ава защищается при каждом упоминании его имени.
На заднем плане Крейтон спит, сидя на стуле.
Я сжимаю фотографию, чтобы увеличить его. Как может кто-то выглядеть преступно великолепно, даже когда спит? Я всегда находила Крейтона сексуальным, но это уже давно вышло за рамки поверхностной красоты и достигло новых глубин.
Опасных глубин.
На нем та же одежда, что и раньше, а поскольку фотография была опубликована десять минут назад, это значит, что он вернулся домой.
Ава сказала мне, что они впятером живут в особняке, предназначенном для Элиты. Они тоже устраивают вечеринки, или скорее Реми устраивает, но ни Ава, ни Сесили, ни Глин никогда не хотят туда идти.
Даже когда я сказала им, что мне интересно, как выглядит их особняк.
Серьезно, они не против пойти со мной в «Королевский клуб», но когда это их собственный клуб, им вдруг становится неинтересно.
Я отпускаю фотографию, чтобы прочитать надпись Реми.
«Редкая, блядь, фотография этих ублюдков вместе. Поблагодарите меня позже, фанатки. А еще мы собираемся порисовать на лице Крея перманентным маркером. Думаешь, ему пойдут усы?»
Улыбаюсь, мне нравится картинка и комментарий.
annika-volkov: Я уверена, что подойдут. Делитесь фотографиями.
Это будет справедливо после карты отпечатков рук, которые он оставил на моей заднице, а потом лег спать, как ни в чем не бывало. Как он посмел?
Реми немедленно отвечает на мой комментарий.
lord-remington-astor: Твое желание — мой приказ, миледи. Оставайся с нами.
Я улыбаюсь и возвращаюсь к прокрутке своей ленты IG, затем переключаюсь на TikTok. Я уже собираюсь опубликовать один из своих черновиков, когда в верхней части экрана появляется текст.
Мое сердце учащенно забилось при виде его имени, и я всерьез задумалась, является ли это вообще логичной реакцией?
Текст — это фотография Реми. Угрюмый. С уродливыми усами, нарисованными маркером.