Истинная хозяйка Драконьей усадьбы (СИ)

Проводив Хартманна, я начала продираться через заросли в сторону белеющих стен главного дома. Наконец джунгли сорняков выпустили меня прямо у высокой двустворчатой двери. Осмотреться вокруг мне не удалось — повсюду была только трава выше человеческого роста. 
— Долго же лежало у тебя письмецо, — пробормотала я и повернулась к двери с запылёнными стёклами. 
Массивные дверные ручки на ней увенчивали чуть оплывшие от многочисленных прикосновений драконьи головы. Я сделала себе мысленную пометку разузнать, почему усадьба называется Драконьей, и потянула одну створку на себя. 
  
Дверь открылась без особенных усилий, с тихим скрипом впуская меня внутрь. В просторном холле было темновато из-за того, что трава закрывала окна. Но мне хватило света, чтобы заметить на стене огромное зеркало в резной раме и изучить в нём своё новое лицо. 
— Я ещё и к предыдущему-то не привыкла, — проворчала я, отворачиваясь. 
Двери, ведущие из холла в другие комнаты были заперты. Лестницу я решила исследовать позже, а пока прошла вперёд по тёмному коридору. За углом обнаружилась просторная кухня с плитой, которой я обрадовалась, как родной. И пусть это была не русская печка, а чугунное чудовище на изогнутых лапах, на нём угадывались привычные конфорки и большая дверца духовки. 
Здесь всё было в полном порядке. В скудном свете тускло поблескивали боками кастрюли и большой металлический чайник. На полках были аккуратно составлены горшки, кувшины, стопки тарелок и медные формы для выпечки. На стенах висели половники, сковородки, деревянные лопатки, пучки высушенных трав. В комоде виднелся сине-белый фарфоровый сервиз. 
У меня сердце зашлось от восторга и умиления. Хотелось сразу скорее всем этим воспользоваться. Тихо пискнув на радостях, я прошла дальше. 
В противоположной от плиты стене было устроено что-то вроде камина. Наверно, это был старый очаг, которым уже не пользовались для готовки еды. Но видимо Селестия Трен любила посидеть здесь у огня, потому что рядом стояло кресло с пледом и подушечкой. 
Из кухни дверь вела в кладовую, но осмотреть её я не успела, потому что с улицы донеслись озорные детские вопли. 
— Ведьма! 
— Эй, ведьма! 
Звали настойчиво. Скрипнув зубами, я пошла к воротам. 
Чумазые деревенские детишки при виде меня испуганно притихли. Девочка постарше шагнула вперёд и протянула мне корзинку. 
— Госпожа ведьма, возьмите. Это вам. 
Я уже собиралась выдать им тираду о том, что нельзя судить людей по внешности, но меня перебили. 
— Мама сказала, что голодные ведьмы очень злые, — заявил мальчик помладше, рассматривая меня и попутно ковыряя в носу. — А нам злую не надо, мы хотим хорошую. 
"Впрочем, ладно", — подумала я, принимая корзинку. Не стоит пренебрегать гостеприимством местных. А с предрассудками потом как-нибудь разберёмся. 
— Передайте вашей маме спасибо. 
Я благодарно улыбнулась, но забыла, что чары Вив ещё действуют. Детишки мгновенно засверкали пятками. 
День клонился к вечеру, и облака на светлом небе начинали темнеть. Принесённая снедь была очень кстати. В корзине рядом с плитой нашлись дрова со спичками, и вскоре на ней забулькал чайник. В огромном пустом доме стало немного уютнее. 
С потолка кухни свисала лампа, но как её включить, я не разобралась. Меня выручили свечи, обнаруженные в ящике комода. 
Поужинав свежим деревенским хлебом с сыром и молоком под звук потрескивающих в плите угольков, я почувствовала, как слипаются глаза. За окном уже стемнело, и идти исследовать тёмный дом со свечой совсем не тянуло. Пришлось постелить плед на один из сундуков с посудой и свернуться на нём калачиком. 
Было жестковато, но я чувствовала себя счастливой. Кровать с балдахином и адалийский шёлк — это, конечно приятно. Но куда приятнее знать, что ты сама управляешь своей жизнью. 
Глядя на пляшущий огонёк свечи, я моргала всё медленнее и медленнее. И уже почти заснула, как вдруг меня словно что-то толкнуло в бок. Я тут же подскочила, поднимая свечу повыше. 
Посреди кухни стоял полупрозрачный силуэт Вивиены. В платье, ещё более откровенном, чем в прошлый раз, она свысока оглядывала обстановку, пока наконец не заметила меня. Красные губы изогнулись в ехидной улыбке.
  
12
 
— Рада видеть, что ты оказалась в дыре, которой заслуживаешь. 
Вивиена откровенно надо мной издевалась. Я встала и шагнула ей навстречу, держа свечу перед собой. Теперь это моя территория, и я эту гадину сюда не приглашала. Но рыжая выставила руку вперёд и засмеялась, когда свеча прошла сквозь неё. 
— Успокойся. Я сейчас в замке, а не твоей глухомани. Ты можешь меня видеть, потому что мы связаны чарами. Кстати, хорошо, что ты сказала про документы. Теперь я знаю, где тебя искать, Э-ва-ле-о-на. В отличие от Тейрана. 
У меня было много вопросов к Вив, но вырвался почему-то совсем неожиданный. 
— Как он? 
Рыжая равнодушно пожала плечами. 
— Ищет. Облетел все окрестности, скоро доберётся и до ваших мест. Но ты не переживай, я волью ещё немного энергии в плетение, скрывающее метку, и он тебя не учует. 
Она ещё раз окинула меня презрительным взглядом и гадко улыбнулась. 
— Я стараюсь облегчить страдания Тейрана, как могу. 
У меня невольно сжались кулаки при мысли о её способах, но Вив этого не заметила. 
— Изо всех сил пытаюсь донести до Тейрана, что эта истинность какая-то неправильная. Не бывает так, чтобы пара вдруг взялась из ниоткуда, а потом снова пропала. Не переживай, скоро он сдастся, а я буду рядом, чтобы его утешить. Как всегда. 
 Мне пришлось на несколько секунд отвернуться, чтобы рыжая не увидела моего лица. Я и сама не понимала, почему её слова так меня задевают. Парадоксально, но я ревновала Тейрана, хотя сама же от него и сбежала. 
— Когда вернётся моя внешность? — спросила я наконец, справившись с эмоциями. 
Вив невинно похлопала ресницами. 
— Тебе не нравится моя маскировка? Как жаль, потому что сама ты её не снимешь, а я в твою дыру, как ты понимаешь, не собираюсь, — теперь она злорадно улыбалась. — Так что носи на здоровье. Тем более Тейран разослал всюду твои приметы, лучше тебе не показываться.Спорить с подобием голограммы было бесполезно. Я резко втянула воздух.— Пришли мне мои бумаги.— Не выйдет, я всё уничтожила, — отмахнулась рыжая. 
Она свела ладони, пробуждая свою магию, а у меня вдруг начала зудеть и жечься левая ладонь. Метка слабо замерцала в полумраке, а затем погасла снова. 
— Счастливо оставаться. Не высовывайся, — бросила напоследок рыжая, и её силуэт растворился в темноте. 
Я тихо выругалась, возвращаясь обратно на сундук. Долго ворочалась, стараясь отогнать от себя мысли о рыжей стерве и Тейране, утешающемся в её объятиях. И в конце концов уснула и проспала до позднего утра. 
В кухне всё ещё было темно из-за травы, заслонявшей свет, но птицы пели так, что я сразу поняла — дело шло к полудню. Вскочив с сундука, первым делом обследовала коридор и нашла вожделенное местечко, где можно было умыться. Здесь были раковина, трубы и даже медное подобие унитаза, которому я обрадовалась, как родному. Кустиков вокруг, конечно, было предостаточно, но в ближайшее время я планировала от них избавиться. 
После замка лорда Кайрекса я была готова к мытью в тазике и деревенскому кабинету в полях. Какое счастье, что Селестия Трен ценила удобства больше традиций. 
Поставив чайник, я поднялась по лестнице, надеясь обследовать дом, но не тут-то было. Всё, что мне удалось увидеть — пара коридоров с чередой наглухо запертых дверей. Не открывались даже те, на которых не было никаких признаков замка. 
Неудача немного расстроила, но завтрак быстро вернул мне боевой дух. В кладовой еды не нашлось, но зато там лежала пара рабочих фартуков и перчаток. То, что надо для моей следующей задачи. 
Собрав волосы под косынку и вооружившись самым большим ножом с кухни, я вышла на порог, уперев руки в бока.