Истинная хозяйка Драконьей усадьбы (СИ)

Видно было, что дракон с трудом выпустил меня из своих рук. Синие глаза горели, как у охотника, загнавшего дичь в ловушку. Воспоминание об этом торжествующем взгляде и нашем поцелуе долго не давало мне уснуть, а сильные и заботливые руки бережно обнимали во снах. Проснувшись утром, я поняла, что теперь будет сложно избегать Тейрана и дальше. А ещё — что возможно поторопилась с заявлением о разводе. 
  
В этой путанице ясно было только одно — надо как можно скорее вступить в права хозяйки усадьбы. А значит, буду отвлекать себя от дракона делами. 
Дела не замедлили навалиться. Ещё до завтрака мне привезли ответы от бывших клиентов Драконьей усадьбы и давно заказанную белую краску для дома. 
Я заперлась с утренним тостом и чаем в кабинете и принялась вскрывать корреспонденцию. Перечитав все письма, довольно откинулась в кресле. Все, кому я отправила корзины с образцами овощей, просили стать их поставщиками и слали списки необходимого. А это значило, что впереди много работы. 
До обеда я возилась с грядками, выращивая заказанное. Если бы не проклятые хомяки, могла бы не вливать все силы в то, чтобы собрать урожай в один день. Но пока что приходилось кормить и этих вредителей, потому что Тейран, вынимая очередного зверька из ловушки, хмуро качал головой — не тот. 
Пока я была занята, дракон с плющиком красили дом. Закончив сажать семена и подращивать рассаду, я разогнулась и пошла к ним, с улыбкой глядя на неразбериху, которую устроили гардокрылы, перемазанные в краске. 
Тейрану от них тоже досталось — на щеке красовалась капелька, и я не задумываясь потянулась её стереть. Дракон замер, глядя на меня так, что внутри всё растаяло. Я прикоснулась кончиками пальцев к пылающей коже. Кажется, лучше вообще не подходить друг к другу. Потому что одно нечаянное сближение — и вот кисть в краске уже полетела в сторону, а его руки обвились вокруг моей талии. И не понятно как остановиться, когда не хочется останавливаться. 
Нас прервали гардокрылы, белым роем метнувшиеся к воротам. Я отстранилась, часто дыша, и пошла встречать гостя. При мысли о том, что это должно быть Ланвер, желающий взять реванш над соперником, внутри поднялась досада. 
Но у ворот стоял Хартманн со своей тростью. И лицо у него было крайне растерянное и взволнованное. 
— Эва! — Он помахал каким-то письмом. — У меня дурные вести. 
— Что случилось? 
Я поскорее открыла ворота, пропуская его внутрь. Неужели, что-то связанное с разводом? Обернулась назад, глядя на дракона, который шёл следом, вытирая руки от краски. 
— Всё в порядке! — крикнула я ему. — Это мой поверенный. Насчёт документов по усадьбе. 
Тейран остановился, следя за нами издалека, и я зашипела от досады. Всё ему надо знать! 
— Пойдёмте в кабинет, Лютц! Расскажете, а я напою вас чаем. 
— Боюсь, не до чая, — пропыхтел старик, спеша за мной в дом. 
В кабинете он положил передо мной на стол письмо. Я схватила, пробегая глазами строчки, написанные сухим казённым слогом. 
В письме говорилось, что за Драконьей усадьбой числится долг в пять миллионов. 
Земля ушла из под ног. Пять миллионов! По моим прикидкам, это в два раза больше, чем стоило всё моё хозяйство.
  
56
 
— Пять миллионов?! 
Я готова была закричать, но голос отказался слушаться. Горло сжалось от ужаса. Выплатить долг нужно было в течение двух недель, в противном случае Драконью усадьбу пустят с молотка. 
— Не представляю, откуда взялся этот долг, — огорчённо произнёс Хартманн. — Селестия всегда аккуратно вела дела, да и её родители тоже. Тут говорится о каких-то поставках в усадьбу, но на моей памяти здесь никогда не заказывали ничего дорогостоящего. 
На секунду у меня промелькнула малодушная мысль, что проще отказаться от наследства, чем выплачивать такие долги. Но я почти сразу же её прогнала. Уж я-то придумаю, как заработать денег. Потому что, если усадьба не станет моей, то гардокрылов больше не будет. И плющика. И чудесного колодца с таинственными силами. Да и моя собственная магия угаснет, и тогда мне точно конец. Ну уж нет, я буду со своей усадьбой до конца! 
— Спасибо, Лютц. — Я сжала руку старика. — Я что-нибудь придумаю. Пожалуйста, не говорите пока ничего моему мужу. 
— Тому представительному мужчине, который следил за нами? Однофамилец лорда Кайрекса, если я правильно помню из твоих документов? 
— Да-да, ему. — Я невольно покраснела. — И про развод тоже не упоминайте. Потому что он не однофамилец. 
Глаза старика на миг расширились от удивления. 
— Теперь понимаю, — пробормотал он. — До меня доходил слух о его последней женитьбе. Говорили, что невеста умерла. А ты, выходит, просто сбежала. Странно, что мой дом ещё не спалили дотла, я ведь тебе помогал. 
— Никто вас не тронет. Кстати, Лютц… 
Я выдвинула ящик и достала оттуда старую фотокарточку, на которой молодая Селестия светилась от счастья в объятиях Хартманна. 
— Она хранила это здесь. Наверное, будет правильно, если теперь фотография останется вам. 
Старик дрожащими руками взял карточку, погладил изображение кончиками пальцев и спрятал, как драгоценность, в карман на груди. 
— Спасибо, Эва, — ответил он сдавленным голосом. — Эту фотографию сняли в день, когда я сделал Селестии предложение. Я думал… Думал, что всё прошло, и она больше не хочет вспоминать о том времени. Выходит, что я ошибался. 
От жалости к Хартманну у меня у самой защипало в носу. 
— Почему вы расстались? 
Он покачал головой. 
— Селестия просто разорвала помолвку. Она казалась очень расстроенной, но я так и не добился от неё объяснений. 
Тяжело вздохнув, он поднялся со стула. 
— Не буду тебя задерживать. Я подумал, что может быть лорд Кайрекс мог бы решить проблему с долгом? 
Я замотала головой. 
— Это всё равно, что продать ему усадьбу. Я загляну к вам на днях обсудить кое-что касательно развода, хорошо? 
— Конечно. Я всегда рад гостям, особенно тебе, Эва. 
Проводив его, я с удвоенной энергией принялась за огород. Попросила Тейрана отвлечься от покраски дома и сделать ещё пару грядок. Глядя, как от моей магии наливаются краснотой помидоры, я прокручивала в голове варианты, где добыть денег. 
Поставки бывшим клиентам. Рынок в Розбаре. Что ещё? 
Сдать земли усадьбы в аренду? У меня простаивает сад, конюшни и скотный двор. Но кому они здесь нужны? 
Картошка. Когда я закончу свой эксперимент, на местном рынке она будет на вес золота. Сегодня надо обязательно заглянуть в лабораторию. 
— Готово. — Тейран подошёл ко мне, светясь улыбкой. — У тебя такой серьёзный вид. Я могу чем-то помочь? 
— Телега, — озвучила я мысль, крутившуюся в мозгу. — Мне нужен транспорт, чтобы отвезти урожай в Розбар. Надо попросить деревенских или Ланвера… 
— Не надо, — тут же нахмурился дракон. — Будет тебе телега, подожди. 
Он ушёл куда-то в сторону конюшни, и я быстро забыла о нём, поглощённая работой и подсчётом заработка в уме. Нет, это крохи, за урожай я выручу жалкие сотни. Ещё недавно это был бы приличный заработок, но теперь мне нужно гораздо больше. 
Собрав в корзины ту часть плодов, что уже дозрела, я умчалась в лабораторию. Картошка — это золотая жила! Правда, её надо сначала закопать в землю. Другие овощи — это небольшие деньги, но и они мне тоже нужны. Мне сейчас вообще все деньги нужны — большие, маленькие — все! 
Когда я, изнурённая физически и магически, выползла из кабинета, Тейран, ждавший меня внизу, нахмурился. 
— Эва, так нельзя. Тебе сейчас же надо присесть и поесть. 
Он усадил меня на террасе, подсовывая нежнейшую ещё тёплую запеканку из картофеля с грибами. Я проглотила половину и только потом спросила: 
— Откуда она? 
— Я ненадолго отлучался и купил по дороге. Если тебе лучше, пойдём покажу, за чем ходил. 
Дракон повёл меня вглубь участка, и только подойдя ближе к конюшне, я поняла в чём дело. Старая постройка больше не выглядела покосившейся и ветхой. А в тёмной глубине стойла что-то шевелилось и фыркало.