Истинная хозяйка Драконьей усадьбы (СИ)
При виде меня он вздрогнул и вскочил. Секунду его лицо изображало крайнюю степень изумления, но потом седые брови вернулись на место, фигура поникла, тяжело опираясь на трость.
— Доброго дня! — Я прошла по дорожке к дому. — Давно не виделись! Я принесла вам немного кексов, сама вчера напекла.
— Да, да, — растерянно засуетился Хартманн. — Спасибо, Эва, сейчас поставлю чайник.
На полпути к дому он снова обернулся, рассматривая меня. Затем смущённо улыбнулся.
— Прекрасно выглядишь. Правду говорят, свежий воздух творит чудеса, хе-хе.
Вскоре он вернулся с чайником и разлил ароматный напиток по чашечкам. Я вытащила кексы на тарелку, радуясь, что старый знакомый не держит на меня зла за неосторожное любопытство.
— Хорошо, что ты зашла, — прокряхтел Хартманн, сделав первый глоток. — Твои документы готовы, пришли на днях, а я всё никак не мог собраться…
— Спасибо, Лютц! Сколько я должна?
Он замахал руками.
— Нисколько! Для меня в радость помочь племяннице Селестии. Усадьба была делом её жизни.
Я понимающе кивнула.
— У меня к вам есть ещё одно дело. Только, пожалуйста, ни о чём не спрашивайте.
— Это моя работа — задавать только те вопросы, без которых не обойтись, — улыбнулся старик. — Что случилось, Эва?
— Мне нужен развод, — выпалила я.
Седые брови Хартманна снова подлетели вверх. Он тихонько прочистил горло, приходя в себя.
— А… а муж?.. — уточнил он.
— А муж не согласен. Но наш брак не консумирован, — пояснила я, немного краснея и откусывая кусок кекса, чтобы скрыть неловкость.
— Ну это, — Лютц покачал головой, — всё меняет. Его согласие не требуется, достаточно послать заявление. На рассмотрение уйдёт меньше месяца. Потом потребуется медицинское освидетельствование, это не проблема?
— Не проблема, — подтвердила я.
Вряд ли несчастная забитая Эвалеона Арден успела с кем-то нагрешить. А я и подавно не собираюсь.
— Хорошо, тогда составим заявление прямо сейчас. Освидетельствование можно было бы пройти в Розбаре, но сейчас там новый врач — молодой мужчина. Полагаю, это вам не подходит.
Мне, закалённой в родном мире бесплатной медициной, не подошёл бы только ветеринар. Но пришлось кивнуть, соглашаясь с Хартманном. На сегодня я уже достаточно его шокировала.
Когда с бумажными делами было покончено, я собралась домой. Напоследок, погладила старика по плечу.
— Лютц, я буду рада, если вы будете заходить ко мне, как раньше.
Хартманн отвёл погрустневший взгляд.
— Ты всегда можешь обратиться ко мне с любым вопросом и за любой помощью, Эва. Но мне тяжело видеть усадьбу без Селестии. Особенно теперь. Ты так похожа на неё.
Я сжала его руку.
— Буду присылать вам весточку с гардокрылами. Когда они образумятся. Опять не слушаются меня, негодники.
Лютц рассмеялся.
— Селестия тоже на них часто бранилась. Делают, что хотят, проказники.
Обратно я возвращалась в самом радужном настроении. Пока не увидела у ворот Ланвера. Взволнованный и раскрасневшийся он привставал на цыпочки, высматривая что-то за решёткой ворот. Заметив меня, он с удивлением расширил глаза, а затем с облегчением выдохнул.
— Слава Пресветлому, вы здесь! Я боялся, что дракон перебил всех гардокрылов и забрал вас с собой.
Я рассмеялась.
— Перестаньте. Не такой уж он злой и ужасный.
— Вы не знаете, о чём говорите, Эва. — Айрек вдруг схватил меня за руку, переходя на взволнованный шёпот. — Вам надо бежать, немедленно, сейчас! Я знаю, как укрыть вас от него, я помогу вам.
38
— Айрек, спокойно. — Я попыталась мягко освободить свою руку, но он продолжал крепко её сжимать. — Мы с лордом Кайрексом достигли взаимопонимания. Он не представляет для меня угрозы.
Барон покачал головой, оглядывая меня жадным взглядом.
— Боюсь, вас обольстили его обещания. Вы, вероятно, не знаете коварную натуру этих существ. Стоит один раз попасть в лапы дракона, и вырваться будет невозможно. Но со мной у вас был бы шанс.
Надо сказать, что в словах Ланвера было рациональное зерно. Мне действительно не удалось скрыться от дракона и из-за метки вряд ли когда-либо удастся. И что теперь? Бросить усадьбу ради сомнительного удовольствия всё время прятаться?
Нет, я никуда больше не побегу. Здесь мой дом и моё место. Я нужна усадьбе, а она нужна мне. А с Тейраном мы как-нибудь договоримся.
— Барон Ланвер, отпустите, пожалуйста, — громко ответила я, косясь в сторону дома. — Спасибо за предложение, но я не оставлю усадьбу.
Похоже, гардокрылы так и не выбрались наружу. А жаль, сейчас их присутствие было бы совсем не лишним.
Айрек вздохнул и выпустил мою руку, обречённо убирая со лба белокурый локон.
— Смогу я, по крайней мере, по-прежнему навещать вас?
— Конечно, — я улыбнулась. — Вы всё ещё мой сосед, и лорд Кайрекс не вправе диктовать мне, кого принимать, а кого нет. Сегодня я занята, но завтра заходите на чай.
Ланвер просиял, выпрямившись.
— Вы исключительная, Эва! Скажите только слово — и я увезу вас на край света.
Так и подмывало ответить "спасибо, не надо", но я просто помахала ему рукой из-за ворот.
— До завтра, барон!
Завтра мне предстояло как-то укротить дракона и объяснить ему, что ограничивать чужую свободу — нехорошо. Но перед этим надо разобраться с гардокрылами.
Я зашла в дом, поднялась на второй этаж и прислушалась к звукам. За дверью спальни Тейрана стоял галдёж вперемешку со звуком беспрерывного шмяканья о стекло. Плющик, молодец, до сих пор сдерживал мышей.
— Эй, крылатые! — позвала я, не открывая двери.
В комнате стало тихо.
— Значит так! Или я сейчас выпускаю вас, и вы вспоминаете, кто в усадьбе главный. Или остаётесь здесь и потом сами объясняете злющему дракону, почему оказались на его территории.
Из-за двери донеслось дружное жалобное пищание. Похоже, мыши боялись Тейрана больше, чем меня, и это было даже обидно.
— Значит, договорились?
Пищание стало громче.
— Будете слушать только меня?
Звуки из-за двери грели душу.
— То-то же. Плющик, выпускай!
Послышались стук и звяканье, а за ними удаляющееся верещание гардокрылов. Довольная я спустилась на кухню, перекусила, заранее приготовила всё для жаркого в горшочках — чтобы перед ужином осталось только поставить их в духовку.
Подумав, вышла из дома и собрала букет полевых цветов, чтобы украсить стол. Мало ли, какие неудобные разговоры ждут нас с Тейраном сегодня ночью. Мне нужно прикрытие.
Закончив с домашними делами, я повязала фартук и отправилась в оранжерею. Пара часов ушла на то, чтобы привести всё в порядок и заново подготовить грядку.
Лук пришёлся вредителю по вкусу больше всего, так что именно его я решила сажать для приманки. Взрыхлила землю, воткнула пяток луковиц, предназначенных для еды, и заставила их выпустить немного зелёных перьев. После чего зазвала в оранжерею присмиревших гардокрылов.
— Ночью будете дежурить здесь. Надо вычислить, кто портит урожай, тогда поймём, как с ним бороться. И на этот раз никаких медведок, поняли?
Мышки пискнули согласно, хоть и без особого энтузиазма, и сразу остались дежурить.
Чувствуя, что дела начинают снова идти на лад, я на ходу немного подрастила маргаритки, которые всё ещё не были видны в траве, и заставила заполонившие пруд растения выползти на берег и отправиться в компостную кучу, забирая с собой ил и муть.
Немного внимания досталось и саду. Невзрачные зелёные яблочки, прятавшиеся в трепыхавшейся листве, чуть порозовели от моей магии.
Чем ближе был вечер, тем сложнее было сосредоточиться на делах, потому что мысли то и дело обращались к Тейрану. Он обещал появиться к ужину. Ужин был готов, а дракона всё не было.
В мрачном настроении я поужинала в одиночестве, поднялась к себе в спальню и легла в кровать, прислушиваясь к звукам снаружи и снова ворочаясь с боку на бок.