Величайшая любовь

– Очень хорошо. Я буду ждать весточки. – Джорджия изящным жестом указала ему на окно – словно они завершали официальную встречу в гостиной. Но ночная рубашка, неожиданно обнажившая ее лодыжки, тут же разрушила этот образ. – Спокойной ночи, мистер Дейвентри.
Она протянула ему руку, и Николас грациозно склонился над ней. После чего снова влез на подоконник и, не мешкая, спустился вниз, цепляясь за выступы стены и пытаясь понять, на что же он все-таки решился. Оказавшись на земле, Николас начал осматриваться в поисках Бинкли и экипажа и вдруг понял, что все еще улыбается.
   
Глава 3
 
Джорджия еще раз прочитала послание Николаса, потом сложила листок и сунула в карман плаща. Взглянув на свои дрожащие руки, она сняла обручальное кольцо Багги и спрятала в тот же карман. Вскоре она вообще избавится от этого кольца где-нибудь в зарослях дикого кустарника. Примерно через час другое кольцо будет сидеть на ее пальце; причем наденет его мужчина, которого она совершенно не знала. А потом… Потом ведь она должна будет принадлежать этому мужчине, не так ли?
Джорджия неотрывно смотрела в окно, задаваясь вопросом: а не сошла ли она с ума? Сразу после того, как Николас исчез за окном, она осознала всю ответственность принятого решения – и тотчас же вскочила с постели, намереваясь окликнуть его и заявить, что передумала. Но уже через несколько секунд Джорджия убрала руку с оконной задвижки. “Или жизнь с Николасом Дейвентри – или долгие месяцы, а то и годы рабства у леди Рэйвен”, – сказала она себе. В таком случае… уж лучше Николас. Ведь этот человек – такое случилось с ней впервые в жизни – поинтересовался ее мнением.
Она в последний раз оглядела свою комнатку в башне, потом расправила плечи, взяла небольшой саквояж и, осторожно ступая, спустилась по лестнице и вышла из дома через черный ход, чтобы выйти замуж за своего безрассудного принца с его разрушенным замком.
Экипаж ожидал у ворот Клоуза, именно там, где обещал Николас. Рядом с экипажем стоял и сам жених, но не один, а вместе с полным джентльменом постарше.
Немолодой джентльмен стоял с совершенно невозмутимым видом, а вот Николас, как показалось Джорджии, был чем-то озабочен. Приблизившись к ним, она постаралась придать своему лицу выражение невозмутимого спокойствия. По-видимому, ей это не совсем удалось, поскольку Николас, обернувшись на ее шаги, взглянул на нее с некоторым удивлением.
– Добрый день, мистер Дейвентри, – сказала она, проклиная свой дрожащий голос.
– Добрый день, Джорджия, – ответил Николас, улыбаясь. – Я очень рад, что вы все-таки решили прийти, но прошу, постарайтесь не смотреть на меня так, а то викарий может подумать, что я обрекаю вас на судьбу более страшную, чем сама смерть. Поверьте, я не собираюсь вас убивать – мы всего лишь поженимся. Надеюсь, вы не передумали.
– Нет, не передумала. Я дала вам слово и не пойду на попятный. Честно говоря, мне казалось, что это вы можете передумать.
– После того как я вскарабкался по стене Рэйвенсволка, чтобы попросить вашей руки? Исключено. Дорогая, позвольте мне представить вас моему слуге и ангелу-хранителю мистеру Бинкли. Без него я был бы как без рук. Бинкли, это миссис Уэллс.
Бинкли поклонился и проговорил:
– Миссис Уэллс, я чрезвычайно рад знакомству с вами. Как великодушно с вашей стороны согласиться взять этого джентльмена в супруги…
Джорджия невольно улыбнулась. В Бинкли было что-то очень цельное и респектабельное, и он сразу же ей понравился.
– Благодарю вас, мистер Бинкли, – сказала она. – Я уверена, что и ваш хозяин проявил великодушие, согласившись взять меня в супруги. Учитывая же то обстоятельство, что мы друг друга совершенно не знаем… Полагаю, этот опыт должен, как минимум, бодрить.
– Наверное, вы правы, мэм. И поверьте, жизнь подле мистера Дейвентри никому не позволит скучать. Могу я помочь вам сесть в экипаж?
Джорджия подобрала свои юбки и, опершись на руку Бинкли, забралась в экипаж. Взглянув на Николаса, севшего следом за ней, она тихо проговорила:
– Вы не сказали мне, что есть некий Бинкли, который, похоже, является неотъемлемым приложением к нашему браку.
– Считайте его моим свадебным подарком. Поверьте, довольно скоро вы будете благодарить меня за Бинкли. Он может решить великое множество домашних… и иных проблем. Кроме того, у этого человека ум как бритва, и он обладает гораздо более развитым чувством пристойности, чем я. Именно поэтому он неплохо за мной присматривает.
Джорджия молча кивнула, неожиданно смутившись. Лишь сейчас она с изумлением осознала: отныне они с Николасом будут вместе воздвигать свой общий дом – и если их не разлучит смерть или полное неприятие друг друга, то жизни их теперь будут неразрывно связаны. Она нервно поерзала на мягком сиденье экипажа и тихонько вздохнула.
– Волнуешься? – участливо спросил Николас.
– Да. Извините, мистер Дейвентри, но я ничего не могу с собой поделать. Еще сегодня утром я была портнихой леди Рэйвен, – а уже днем стану женой человека, которого до этого встречала лишь дважды… и при довольно странных обстоятельствах. Я обычно не склонна впадать в нервическое состояние, уверяю вас. Но вы должны признать, что ситуация весьма необычная и способствует подобной реакции.
– Я все понимаю, – кивнул Николас. – По правде говоря, я и сам немного нервничаю. Вступление в брак – дело серьезное. Вот почему я хочу жениться здесь, в деревенской церкви, куда я обычно приходил на службу. Конечно, мы мало знаем друг друга, но это – наша свадьба, и я хочу, чтобы все происходило… надлежащим образом.
Невеста промолчала. В смущении поправив юбки, она снова поерзала.
– Джорджия, и вот еще что…
– Да-да, я слушаю.
– Не могла бы ты называть меня Николасом? Мне это было бы приятно.
– Да, конечно, – кивнула Джорджия. – Пожалуйста, Николас, расскажите мне, что вам нравится, а что нет, и я постараюсь подстроиться под вас.
Он чуть отодвинулся и внимательно посмотрел на нее.
– Подстроиться под меня? Дорогая, позволь мне внести ясность. Я вовсе не хочу, чтобы под меня подстраивались. Мы с тобой вступаем в равноправный союз, и будет хорошо, если ты именно так станешь рассматривать свое положение. Конечно, я буду очень рад, если ты начнешь помогать мне, а иногда, возможно, даже потакать моим слабостям, но ты не должна считать себя моей служанкой. – Он сдвинул брови и добавил: – Ты ведь уже была замужем, так что наверняка понимаешь, о чем я…
Джорджия вновь кивнула, чувствуя, как краска заливает ее щеки. Она прекрасно все поняла – просто Николас выражался весьма деликатно…
– Прости, – тихо сказал он почти тотчас же. – Наверное, я был бестактен. Возможно, будет лучше, если мы посмотрим на это как на наш общий новый старт, как на некую захватывающую авантюру, в которую мы рискнули ввязаться.
Джорджия посмотрела на своего жениха и едва заметно улыбнулась.
– Ты тоже должен простить меня. Ты необычайно добр, а я веду себя как глупая девчонка. Ты абсолютно прав. Мы оба отправляемся… в приключение, и я постараюсь не забывать об этом.
– Вот и хорошо. Джорджия, мы уже приехали, – с этими словами Николас выбрался из экипажа, затем помог своей невесте. А потом сразу повел ее в церковь.
В церкви было сумрачно и прохладно, а запах старого дерева и воска приятно щекотал ноздри. Викарий – милый старичок – искренне обрадовался, увидев Николаса, которого, по-видимому, в свое время крестил. Узнав о причине его визита, священник в восторге воскликнул:
– Все будет в лучшем виде, мой мальчик! Какую замечательную женщину ты выбрал в невесты! Я очень рад, что ты решил обвенчаться именно здесь, в церкви, стены которой видели тебя еще младенцем. А теперь, пожалуйста, станьте здесь, миссис Уэллс, а ты здесь, Николас, твой слуга – за тобой, а миссис Петерсби – вот там, пожалуйста. Ну что, начнем?
  
Джорджии показалось, что она вот-вот лишится чувств. Господи, она слишком хорошо помнила свое первое венчание – вот только тогда в глазах викария был холод, а все присутствовавшие не очень старательно скрывали насмешливые улыбки. Но тогда она была невинной и не понимала, что означали эти насмешки.