Миллиардер и я. Развод и девичья фамилия (СИ)

Кивнув мне, супруг отошёл немного дальше и, судя по выражению его лица, поднявшему трубку администратору можно было только посочувствовать. Вздохнув, я лениво наблюдала за выбиравшимися на берег азиатами, как вдруг рядом послышался недовольный мужской голос, выдавший по-русски:
— За-а-ай… обязательно делать это сейчас? На байдарке бы и сфотографировались! Опоздаем же…
Я с любопытством обернулась. Миловидная девушка, подтянув к себе парня, пыталась сделать селфи на фоне лодок. Парень морщился и закатывал глаза, чем явно портил все сделанные девушкой снимки. Краем глаза глянув на Константинидиса, продолжавшего разносить администратора по телефону, я подошла к парочке.
— Может, вам помочь?
— Ой, ты русская? — обрадовалась девушка. — Как здорово! Да, пожалуйста!
Она протянула мне сотовый и толкнула локтем парня, в очередной раз закатившего глаза.
— Не кривляйся, а то человека напугаешь!
Улыбнувшись, я сделала несколько снимков, вернула девушке сотовый и поинтересовалась:
— Я слышала, вы говорили про экскурсию по реке. Когда она начнётся?
— Сейчас, — парень раздражённо кивнул на лодку, в которую забирались пассажиры в жилетах. — Ещё немного — и будет «уже началась»!
— Ой, да, нам пора, — спохватилась девушка.
— Как думаете, место ещё для двух человек найдётся? — я снова глянула на Константинидиса, наконец, закончившего разговор и направлявшегося к нам.
— Думаю, да. Даже наверняка, — закивала девушка. — Вы тоже вдвоём в отпуске? Супер! Будет весело!
Подошедший Константинидис скользнул безразличным взглядом по моим новым знакомым и досадливо вздохнул:
— С лодкой неполадки, они ищут другую, должны сейчас перезвонить. Но у меня уже нет никакого желания смотреть на эти мангровые заросли! Может…
— …поплывём на другой лодке? — подхватила я. — Одна как раз сейчас отправляется!
— Что это за язык? — с любопытством спросила девушка.
— Греческий, — улыбнулась я и повернулась к Константинидису. — Ну что?
— С другими людьми? — нахмурился он.
— Не просто с другими, группа — русская! — я решительно подхватила его под локоть. — Заодно и язык вспомнишь!
— Я его и не забывал, — буркнул Константинидис, неуверенно перебирая ногами в направлении лодки.
— Согласился? — просияла девушка. — Ой, кажется, нам и правда нужно торопиться! Кстати, я — Даша, а это — Кирилл.
— Кир и Ки… Клио, — быстро поправилась я, в последний момент смутившись похожестью наших имён.
— Христос, — тяжко вздохнул Константинидис. — По-моему, ты только что втравила меня в очередную переделку…
— Переходи на русский, — улыбнулась я.
К лодке мы действительно успели в последний момент. И бот-мэн на самом деле был не против ещё двух пассажиров. Получив от Константинидиса плату за «проезд», протянул нам спасательные жилеты и на вполне сносном русском начал рассказывать о реке и предстоящей поездке.
Кроме нас с Константинидисом и Даши с Кириллом, в лодке было ещё три пары, по возрасту хорошо за тридцать. Лодчонка была очень узкой — сиденья располагались в два ряда, и каждый, где бы ни сидел, мог дотянуться до воды, стоило лишь чуть наклониться и опустить руку. Наши новые знакомые сели впереди, но Даша тут же повернулась ко мне.
— Так рада, что вы появились — хотя бы будет с кем поболтать! А то Кирилл капризничал всю дорогу сюда. Никак не простит мне китовое сафари — его там укачало!
Парень отреагировал на заявление любимой тяжёлым вздохом и посмотрел на Константинидиса.
— По-русски понимаешь? — и получив утвердительный кивок, сочувственно добавил:
— Крепись, братан. Тебя ведь тоже затащили сюда против воли…
Я поспешно отвернулась, скрывая улыбку — особенно рассмешило выражение, появившееся на лице супруга. Но Кирилл на этом не успокоился:
— Но на китовое сафари не соглашайся, чем бы она тебя ни заманивала, — осуждающий взгляд на меня. — Максимум, что увидишь — плавник, а дурноты после катерка — на весь оставшийся день!
Константинидис покосился на меня и неуверенно спросил по-русски:
— Ты туда собиралась?
  
— Нет, можешь расслабиться, — улыбнулась я. — Мне и дельфинов хватило! Да и отзывы о китовом сафари не самые лучшие.
— Вот, видишь, зая, — тут же подхватил Кирилл. — Все нормальные люди сначала читают отзывы в интернете, а потом тащатся на подобные экскурсии!
Даша явно собиралась возразить, но тут остальные пассажиры, не отвлекавшиеся на разговоры, поспешно схватились за сотовые. Параллельно с лодкой, ловко орудуя хвостом и прижав к телу лапы, плыл тёмный со светлыми полосками ящер — уменьшенная копия «Годзиллы», от которой мой благоверный защищал подаренный отелем пирог.
— Это же варан! — восторженно выпалил Кирилл, тоже хватаясь за сотовый.
Мы с Константинидисом переглянулись.
— А вы варана не фотографируете? — обернулась к нам Даша.
— Нам хватило личной встречи с одним из его собратьев, — качнула я головой.
— Ого! — округлил глаза Кирилл. — И где вы с ним встретились?
— Расскажешь? — скосила я глаза на супруга.
И не смогла сдержать улыбку, когда тот, старательно выговаривая и немного путая слова, рассказал о приключении в отеле, впечатлившем не только наших новых знакомых, но и остальных пассажиров. Когда мы подплыли к мангровым зарослям, уже все участвовали в беседе, обсуждая местную фауну. Вообще, путешествие проходило довольно приятно. Мы с Дашей обменялись номерами телефонов. Я сделала несколько снимков с ней и Кириллом и немного растерялась, когда Константинидис, притянув меня к себе, потребовал, чтобы и она сфотографировала нас. Но, видимо, лимит «приятности», отпущенный для нас на день, был исчерпан. Сквозь мангровые заросли, щедро покрывающие берега «Чёрной реки», ведёт множество протоков. Некоторые — очень узкие. Проплывая по ним под сводами переплетенных мангров, кажется, что попал в зачарованный лес, из которого в любой момент выпорхнет или выпрыгнет какой-нибудь представитель местной фауны. Бóльшую часть сафари «представители» особо не баловали нас своим присутствием. Кроме варана, нескольких птичек и ярко-зелёной неядовитой змейки-плетевидки, затаившейся среди ветвей, никто на глаза не попался. Но уже возвращаясь к причалу по одному из особенно живописных протоков, бот-мэн вдруг выключил мотор и ткнул пальцем на торчавший из воды сук. На нём, опустив лапки и поглядывая на нас немигающими глазками, лежал маленький крокодильчик. Выглядел он беспомощно — как застрявший на дереве котёнок, и сердобольные пассажиры тут же начали требовать спасения «малыша». Но вместо того, чтобы просто столкнуть зубастика в воду, бот-мэн зачем-то взял его в руки и начал протягивать пассажирам, мол, посмотрите, какой хорошенький. Крокодильчик вёл себя на удивление спокойно — просто таращился на оживившихся двуногих. Некоторые брали его в руки, щекотали животик и трогали за лапки. Когда подошла моя очередь пощупать зубастика, я покачала головой — брать его в руки не хотелось. Константинидис насмешливо вскинул брови:
— Неужели боишься?
— Просто не люблю рептилий, — пожала я плечами.
— Пра-а-авда? — передразнил он меня и решительно протянул к крокодильчику руку.
— На твоём месте, не стала бы искушать судьбу, — мгновенно напряглась я.
Константинидис снисходительно хмыкнул:
— Из-за моей плохой энергетики? По-моему, ему она не меша…
Крокодильчик вдруг будто очнулся и, закинув голову, издал резкий крякающий звук.
— Брось его в воду! Немедленно! — выкрикнула я.
Но было поздно. Словно в замедленной съёмке видела, как рептилёныш повернул головёнку, распахнул челюсти… и резко сомкнул их вокруг большого пальца моего сизигоса. Кто-то из женщин вскрикнул, Даша схватилась за грудь, Кирилл удивлённо приоткрыл рот. А мой супруг просто замер, как эллинская статуя, не издав ни звука и недоверчивым взглядом уставившись на вцепившегося в его палец крокодилёныша… Кажется, даже бот-мэн растерялся. Дёрнулся было к Константинидису, но тут глянул куда-то через плечо и, чуть не падая, бросился к штурвалу. Прямиком к лодке плыло… бревно с ноздрями и выпуклыми глазами. Мгновение — и распахнулась утыканная зубами пасть. Пассажиры заволновались, бот-мэн истерично развернул лодку и, взметнув тучу брызг, рванул прочь от зубастого «бревна». Малыш же, видимо, почувствовав родительницу или родителя, выпустил палец Константинидиса и снова призывно крякнул. А я, резко ударив по руке супруга, сбросила рептилёныша в воду. Вздрогнув, Константинидис словно очнулся и вполне осмысленно посмотрел на меня.