Чего ожидать от совершеннолетия, или верхом на метле (СИ)

И стоит себе признаться, что причиной этому отнюдь не колючий характер юной ведьмочки, а наоборот то, что с недавних пор у меня к ней начали просыпаться совершенно неожиданные для меня чувства, которые мне совсем не нравятся.
Отправляю после ужина кулинара спать, а сам, как истинный джентльмен, вызываюсь убрать на кухне после готовки, надобно же и свой вклад сделать в домашний уют, а то, Инга и так на ногах еле стоит. Тяжело ей пришлось: едва смерти избежала, целый день в Центре провела, а потом к плите. Ведьмочка пытается сопротивляться, но как-то вяло, без огонька, и прикрывает зевок испачканной в муке ладошкой.
А пока я убираю тарелки и чашки со стола, невольно прислушиваюсь к тому, что делает Инга за стеной. Вот слышится звук раздвигаемого дивана, вот скрипнула дверца шкафа, откуда девушка достает постельное белье, а сейчас до меня явно доносятся тихие звуки шороха одежды. Или я это себе только придумал? Но представлять и видеть Ингу в своей футболке мне очень нравится, словно кто-то первобытный в моей голове криком кричит, что эта женщина принадлежит мне и только мне.
Встряхиваю головой, выкидывая опасные мысли, и включаю воду, чтоб заглушить звуки за стеной, еще не хватало зациклиться на этой девочке. У меня и так работы вагон и маленькая тележка.
Параскевью мы так и не нашли, допрос Зои ничего не дает. Но есть одна существенная деталь, которая  отличает ее от остальных жертв. Зоя была уже хоть и молодая, но сильная и довольно-таки успешно практикующая ведьма, инициированная несколько лет назад, а не ничего не недогадывающаяся о своих способностях девчонка. То ли старая карга становится сильнее, то ли ее поджимает время. Хотя, одно другому не мешает. Беспокоит то, что она, выбрала себе тело, и отступать от него не собирается. О методах старухи мы ничего не знаем, где она может прятаться тоже, да и как собственно выбирает очередную жертву. И это бесит, неимоверно бесит. Просто до зубовного скрежета. Если так подумать, то это самая тяжелая вещь в моей работе – ждать результатов экспертизы, сравнительного анализа, отчетов профайлера и бездействовать.
Мне кажется, я всего на минуту смыкаю глаза, как меня будит звонок телефона.
– Слушаю, – сонно хриплю в трубку, увидев на экране номер начальника отдела.
– Завгорецкий, ты спишь? – хмыкает шеф.
Перевожу взгляд на настенные часы, на которых едва-едва перевалило за пять.
– Спал, – мрачно подтверждаю.
– У нас тут еще одна жертва нарисовалась по твоему делу. Выжившая...
Эта новость мигом стряхивает с меня сонливость.
– Еду, – коротко бросаю и отключаюсь.
Девушку, скорее всего, уже доставляют в центр. И чем раньше я приступлю к допросу, тем лучше.
Быстро натягиваю одежду и тихо захожу в комнату к Инге, нужно предупредить свою ведьмочку, что она остается одна.
Девушка сладко посапывает, положив руку под щечку, длинные светлые волосы разметались по подушке, одеяло сползло к талии, а футболка, наоборот, сбилась и подкатилась вверх, опасно открывая светлую полоску кожи под ребрами. Поспешно натягиваю на Ингу одеяло и только затем легонько трогаю за плечо.
– Игнат, – медленно распахивает пронзительные голубые глаза девушка. – Что-то случилось?
– Да, мне нужно в центр. Потом расскажу. Оставайся дома, тут ты в безопасности.
– Мне на пары надо, – хмурит светлые бровки это упрямое чудо.
– Пропустишь сегодня, – заявляю я. Отвезти тебя я не могу, а рисковать жизнью не позволю.
Подбородок девчонки упрямо вскидывается, но я быстро пресекаю ее возражения и выхожу из комнаты. Времени на споры и пререкания нет от слова совсем.
Дорога к “Окнам” пролетает в мгновение ока, я даже слегка нарушаю правила, стремясь поскорее получить хоть какую-то зацепку, на счастье трасса совершенно пустая. А, прибыв на место, не теряя времени, иду в медблок, куда поместили жертву, но встречают меня печальные работники, начальник и прибывший за несколько минут до меня напарник.
– Ингат, она утонула, – поджимает губы шеф.
– Как утонула? – рычу я. – Где?
 
Обвожу гневным взглядом персонал.
– Мне очень жаль, – лепечет испуганная медсестра. – Она в уборную отпросилась, а когда не вернулась через несколько минут, я пошла проверить и нашла ее там мертвой.
– Утонувшей? – недоверчиво поднимаю брови. – Где она там могла утонуть? В умывальнике?
– Н-н-не знаю, – заикается девушка. – Но она вся мокрая, словно ее из воды вытащили. Тело уже забрали на экспертизу.
Внутри яростной жгучей волной поднимается гнев. Хочется разрушить тут все, стереть в порошок, чтоб даже следа не осталось.
– Игнат, – кладет мне руку на плечо начальник. – Держи себя в руках. Иначе, мне придется тебя отстранить от дела...
Глава 20
С трудом приглушаю темную ярость, которая уже клокочет в груди, грозя выплеснуться на всех окружающих, не особо разбираясь, виноваты они или нет.
– Все в порядке, Сергей Васильевич, – чеканю я и глубоко вдыхаю насыщенный запахами лекарств больничный воздух. – Медиума вызвали?
– Да, – кивает напарник Влад. – Я Саше позвонил, она уже едет.
Небо за окном становится все светлее и светлее, в мусорке уже возвышается солидная гора бумажных стаканчиков из-под кофе, а мы все ждем заключение Саши. Судмедэксперт только подтвердил версию о том, что девушка утонула. Легкие наполнены водой, а смерть наступила совсем недавно. Но как это произошло до сих пор для всех нас загадка.
– Игнат, – с кабинета для спиритических сеансов вываливается позеленевший медиум. Я тут же кидаюсь к девушке, но меня опережает Влад и буквально на руках доносит нашего самого лучшего специалиста по общению с духами до мягкого диванчика под стеной.
– Такое со мной впервые, – руки Александры дрожат от слабости, и она едва может удержать стакан с водой, который я ей подсовываю. – Пробиться к духу жертвы было очень сложно. Меня словно что-то все время водило кругами, как леший в лесу, а когда я все-таки вышла на контакт с несчастной, она долго со мной не решалась заговорить, словно боялась чего-то, даже там, на той стороне.
Медиум переводит дух и залпом выпивает остатки воды. Серебряные подвески в ее ушах позвякивают и трясутся с каждым сделанным ею судорожным вздохом.
– Единственное, что мне удалось узнать, – передохнув, продолжает Александра. – Наша жертва не входила в длительный контакт с Параскевьей, как другие, ее ничем не соблазняли и телом не управляли, а сразу же перешли к совершению самоубийства.
– То есть, ты хочешь сказать, что ведьма набралась сил и теперь может быстро подчинять своей воли? – уточняю я. Руки сами собой сжимаются в кулаки.
– Именно, – подтверждает Саша. – Если не ошибаюсь, то с Зоей было так же.
– Вот зараза! – ударяет рукой об стену Влад.
Мне тоже хочется разнести все тут в пух и прах, но я неимоверным усилием воли сдерживаюсь. Опасность в первую очередь угрожает Инге, мне ее нужно уберечь, и злость тут не поможет, лишь холодный разум и четкий расчет.
Вредная ведьмочка, которой я уже за это утро трижды звонил, ограничивалась в разговоре со мной односложными ответами и обиженным сопением. Маленькая глупышка до сих пор не осознает, в какой она опасности, и что я в очередной раз могу не успеть.
– Так как же умерла жертва? – до меня доносится вопрос Влада.
– Утонула, – вздыхает Саша. – Она мне рассказала, что последнее, что помнит, как туалетная комната начала наполнятся водой.
– Но там не было и следа влаги, – поднимаю брови я. – Пол, стены – все сухое.
– Я лишь передаю ее слова, – обиженно пожимает плечами медиум.
– Саш, никто не сомневается в тебе, – приседает возле нее Влад. – Ты молодчина. Давай я отвезу тебя домой. Тебе нельзя в таком состоянии садиться за руль.
– Хорошо, – кивает девушка и протягивает мне пустой стакан. – Больше я, к сожалению, ничем не могу помочь.
Устало тру виски и оборачиваюсь к Василичу.
– Я попросил взять пробы воды из легких. Результаты будут завтра. Может, появится хоть какая-то зацепка, где эта ведьма прячется…