Куропаты - змеиный поцелуй Америки

Сумел ли 3. С. Позняк молодых отпрысков некоторых руководителей КПБ, организаций и ведомств республики оторвать от родителей, вычленить, собрать, воспитать, вдохновить, идейно закалить? Конечно, не всех поголовно, но значительную часть сумел. Для примера проследим путь непотопляемых Вечёрок: дед Григорий — заведующий отделом ЦК КПБ, первый зампред Госплана БССР; Винцук (отец) сегодня за границей, в США живет за счёт фондов госдепа; Франтишек (внук) — вчера ещё сотрудник радиостанции госдепа США «Свобода». В 2020 году госдеп откомандировал Франтишка в команду агента США и Литвы С. Г. Тихановской, а также офицера ЦРУ Дмитрия Ковалевского, он неотлучно шагает рядом с ними по Польше и Литве. Претендует на должность премьер-министра в правительстве Тихановской после задуманного не ими насильственного переворота в Белоруссии. О каком вещает и позиционирует его американская, европейская да и российская «оппозиционно-демократическая» пресса, представляющая одну из башен Кремля. Как без неё? Дед в ЦК КПБ и Госплане БССР, отец лидировал в «Талаке», БНФ, теперь в БНР и США. Внук пригрелся с помощью ЦРУ США на радио «Свобода», а дальше пошёл по стопам деда и отца, занял лидирующее положение в надуманной американцами «оппозиции» как полноценный агент американской разведки, претендент на руководство всей республикой. А главная их заслуга в том, что знают белорусский язык и разговаривают только на нём. Куда как много!
Нашёл, вырастил, воспитал, курирует их Зенон Позняк. Он же воспитал и других «самородков». И все они сгруппировались вокруг Позняка. Он вдохновитель, он организатор, он живой пример и самая главная фигура провокации. И творец задумки, и исполнитель, само воплощение воли и решительного порыва, завидной наглости, безбашенного напора. Возьмём только один эпизод в подготовке трагедии: прокладку газопровода вокруг Минска и изменение его маршрута. Нужно было, по задумке аналитиков ЦРУ, попасть в самый центр захоронений. Это потом очень пригодилось, чтобы ссылаться на «случайное обнаружение» захоронений при прокладке газопровода. Не объяснять причины обращения к рассказам братьев Луцкевичей, что грозило возможностью расшифровки операции! «Случайность» при прокладке газопровода надежно прикрывало участие агентов и самой этой спецслужбы от разоблачения.
Но вот незадача. Самое главное состоит в том, что газопровод изначально должен был пролегать, согласно проекту, на обочине Минской кольцевой дороги. Параллельно с дорогой в полосе её отчуждения. И не было никакой необходимости поворачивать трассу газопровода на холм, в лесное насаждение. Удлинять при этом трассу, делать ненужные повороты, изгибы, галсы, вырубать и корчевать около гектара леса! А по выходу из леса вернуться к обочине той же дороги, к изначально намеченному проектом маршруту. Было трудно, но газопровод по воле комбинаторов из ЦРУ «случайно» повернул. Это и многое другое «случайное» стоило многой крови и нервов Зенону. Многих мозолей от лопаты. Правда, ему пообещали, что при раскопках могил он обязательно найдёт множество ценных ювелирных изделий, которые находились возле останков в могилах узников минского гетто, привезённых из Европы. И «такие сокровища» действительно были отысканы и присвоены. Но это потом.
А теперь нужно было «случайно» точно выйти на захоронения, вывести трассу газопровода прямо в их центр. Да, братья Луцкевичи правильно указали место расстрелов, холм, на котором проводились экзекуции. Но нужно было найти захоронения, отыскать могилы именно «гамбургских евреев». Но братья помнили только холм. А на холме ямок, впадин и провалов очень и очень много, даже слишком много! Ведь в 1943–1944 годах немцы успели значительную часть могил раскопать, останки жертв холокоста сжечь, очистить от них прилегающую к холму территорию к югу от него. Пришлось 3. С. Позняку брать лопату и искать захоронения все праздничные дни, прикрываясь Первомаем, проведением «археологических» раскопок, удостоверением сотрудника НАН БССР. И нашёл-таки могилы, в начале мая нашёл!
 
А ведь газопровод провели к подножию холма уже в конце апреля, его даже повернули по восточной окраине предполагаемого захоронения в сторону стрельбища… Но отысканные Зеноном могилы подсказали, что направление было избрано не совсем верно. Остановка, простой в работе… Изменение направления. Строители торопили, подталкивали. Да, была помощь. Была и из самых верхов, от руководства из Москвы. Иначе ничего не получилось бы. Была и от присланного Москвой 2-го секретаря ЦК КПБ Н. С. Игрунова. Но все «помощники-заказчики» были и далеко, и очень высоко. А Позняку нужно было работать здесь, на самой грешной земле. И бегать, просить у названных высоких начальников помощи по каждому случаю, каждой проблеме. Мобильной связи в ту пору ещё не было.
Выручил, правда, Игрунов, дал свой (!) автомобиль с оперативной телефонной связью. У него мобильная связь уже была в служебной машине. Хоть не нужно было бегать к телефонной будке в город. Дал авто, правда, только раз и всего на полдня. Зенону приходилось не руководить, а только просить, просить и просить… Изменить направление прокладки газопровода на несколько десятков градусов и ещё изменить, и ещё, а потом ещё. Пять раз изменить! И это на законных основаниях?! Все изменения направления чётко просматриваются по пути самой трассы газопровода. Позняк молча выслушивал матюки строителей, проставлял и проставлял прорабу, экскаваторщику, объяснял мастеру, бригаде. Как говорится, скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Но всё преодолел и сумел Зенон. Перешагнул много раз через гордость и самолюбие.
Понимали и понимают теперь аналитики ЦРУ, что прокладка газопровода, неоправданное виляние его трассы, ничем не обоснованное и не согласованное углубление в лесопосадку, — самое слабое звено, которое легко и наглядно может раскрыть всю фальшь, похоронить задуманную провокацию навсегда. Потому, когда молодая поросль БНФ затеяла в 2018 году борьбу с рестораном «Поедем поедим», совершенно не согласованную с ЦРУ возню за кресты, его аналитики не сразу, но смекнули, что нужно быстрее чем-то прикрываться. Прикрытие совершили путем публикации нужного материала в прессе. Родилась статья в «Комсомольской правде». Статья появилась, вроде, без нужды, о событии древнем и давно забытом.
Но самое главное было сделано. Прораб Александр Петрович Шляхтин на этот раз, хоть и запоздало, но взял на себя всю вину за изменение маршрута трассы, её поворот в густое лесонасаждение зелёной зоны Минска. Вдумайтесь. На даче, чтобы сделать, к примеру, пристройку к помещению или возвести сарай, навес нужно пройти целую процедуру согласований. Не говорю уже о сельском домовладении и внесении в него изменении: отобьёшь ноги, потеряешь массу времени в ходе согласований. Необходимы недели для получения многочисленных разрешений, уточнений и допусков, пока будет внесено изменение в проект. А то потребуются и месяцы. Здесь же простой прораб ведёт газотрассу вокруг Минска, а это стратегический объект, и никаких препон! Трасса должна была прокладываться по проекту, утверждённому и согласованному в сотнях инстанций. В самом министерстве и «Газпроме» в Москве. А прораб, простой прораб всё решал самостоятельно, играючи, просто и легко. Словно по щучьему велению! В итоге все изменения направления трассы были сделаны по указанию ЦРУ США прямо по ходу выполнения работ.
Шляхтин даже не ходит куда-то, не пишет обоснований. Изменения в проект вносят походя и на глаз. Не верите? А вот почитайте «Комсомолку». «Мы копали траншею за Зелёным Лугом, сразу за кольцевой дорогой укладывали новый газопровод вокруг города 30 лет назад. Минск ещё не был таким большим, когда стал расширяться — на перспективу, начали прокладывать газовую трубу вокруг города. В конце апреля (1988 год, — авт.) было ещё морозно. Приходилось резать землю, трубу предстояло укладывать большую — 730 миллиметров в диаметре, — рассказал Александр Петрович, который в 1988 году работал прорабом строительно-монтажного управления треста «Белспецмонтаж». - Возле Зелёного Луга газопровод изначально планировали прокладывать параллельно кольцевой дороге, а дальше — на Цну. Шли от Логойского тракта. Это сейчас кольцевую расширили, а 30 лет назад была совсем узкой — две машины едва разъезжались. И я подумал: начнём здесь копать — куда грунт бросать? В лес — нельзя, оттуда потом не вытащишь. Хоть не лес это был, а так, мелколесье (ели 36–40 лет, — авт.). Пошёл к главному инженеру, чтобы дал добро уйти правее, через лес. Он согласился. Бульдозером расширили тропинку, по которой местные ходили из деревни Дроздово в Минск. Она стала метров 15 шириной, чтобы проехал трубоукладчик, экскаватор. Прокопали, прорезали, солнышко просветило, и земля осыпалась. Назавтра приходим, мои ребята кричат: «Петрович, иди посмотри!» Глянул — лежат два скелета, один над другим, ровненько, прямо к боковой стенке траншеи. Сантиметрах в 50 от поверхности. Лежали на спине, сапоги вверх носками. Самих сапог уже не было, сохранились кусочки подошвы, и остатки голенища. Мне потом ещё наши ребята рассказывали, что раньше, оказывается, деревянными гвоздиками подошвы прибивали — вот они не разложились и не отвалились…»