Проданная невеста. Наследник корпорации (СИ)

Безопасник его не найдет. Просто ждать я не могу. Придется снова звонить и унижаться, предлагать выкуп.
Я поднялась и побрела по темным коридорам квартиры, со стучащим сердцем набрала номер… Но никто не ответил. Только долгие гудки. Либо опекун Коринны где-то оставил трубку, либо не берет намеренно.
Это такой ад знать, что любимый где-то здесь, с тобой в одном городе. Что он скоро умрет, и ты ничего не можешь сделать.
— Отвечай, сукин ты сын! — проорала я и разрыдалась в бессчетный раз за вечер.
Я запустила пальцы в волосы, и заорала.
Выхода не было никакого.
Снова набрала номер — у меня не было другого выбора, как звонить, бездействие сводило с ума. Если этой ночью он убьет Зверя, во входящих у него останутся сотни моих звонков. Сотни попыток связаться и спасти того, кого я любила.
— Зверь! — позвала я, словно он мог услышать.
Вспоминала его последние слова, обещания разобраться — как он разберется, твою мать?! — и нутро скручивало от ужаса. Чем дальше шло время, тем хуже мне становилось.
Потому что это бесполезно. Нам его не спасти.
Я согнулась от крика, и швырнула бесполезный телефон в зеркало. Трубка отскочила, оставив маленькую вмятину и ветки трещин.
— За что мне это! — проорала я, и обернулась, заметив в разбитом зеркале тень позади.
Как открывалась дверь я не слышала.
— Кто там? — прошептала я.
Надеялась, показалось, но из темноты ко мне шагнул мужской силуэт. Свет от луны тронул манжеты, плечо пиджака, выделил белым воротник сорочки. Я отшатнулась назад, как от голодного льва, задыхаясь от ужаса.
Лица не было видно — только очертания головы, но я уже знала, кто это.
Только это невозможно.
— Это я, Лили, — тихо сказал Руслан.
— Нет, — я начала отступать.
В голове вихрем носились мысли: что происходит, как он это сделал, он с самого начала устроил это? Затем я остановилась на самой важной — о моем сыне.
— Я пришел за ребенком, Лили, — так же тихо продолжил он. — Где он?
Наконец, тени отступили, и я увидела его целиком. Лицо не было доброжелательным, Руслан не улыбался и не был рад меня видеть. Немного исхудавший, он словно состоял из одних углов. Это точно был он. На щеке тот же шрам, оставленный ему братом. Знакомый взгляд.
— Какого хрена… — прошептала я.
И он знает про ребенка.
Откуда?!
— Это был ты, — процедила я. — Ты сжег дом на озере, убив охрану.
— К тому моменты вы давно забрали ребенка. Где он? Я жду, Лили.
Руслан считал, что малыш принадлежит ему. Я сглотнула, ощущая, как страх просачивается в сердце ледяной струей. Он пришел не ко мне. И не затем, чтобы помочь. Он пришел отнять моего сына.
Еще недавно я жалела, что его здесь нет и мы остались совершенно одни. А теперь страстно желала его здесь не видеть. Спиной я наткнулась на столик позади и остановилась. Пальцы судорожно нащупали за спиной нож для бумаг, я скрипнула зубами от ярости.
Он всех нас провел! И теперь явился за ребенком!
— Мы тебя похоронили! — выкрикнула я, замахиваясь. — Так что проваливай!
Руслан легко перехватил руку. Лезвие успело пробить рукав пиджака и пустило кровь, но он не подал виду. Я тяжело дышала, пытаясь вырваться, но он держал без усилий.
— Ты была этому рада, да? — без эмоций спросил он. — Так ты меня ненавидишь?
— Уходи!
— Брось нож, — он болезненно сжал запястье, и пальцы разжались сами. Не бойся, я не заберу сына. Во всяком случае, не сейчас. Где он?
Отвечать я не собиралась. Застонала от боли и бессилия, пульс резко стучал в ушах, в глазах темнело. То ли от потрясения, то ли от голода и недосыпа, я потеряла сознание. Возвращалось оно долго и мучительно. Реальность была похожа на кошмар, в котором долго путаешься и никак не можешь проснуться.
Подо мной было что-то жесткое.
На лице — влага, я открыла глаза, пытаясь понять, что происходит и глубоко вдохнула. Вокруг темно. Я лежала на столе, на лбу холодная тряпка, а еще мне кто-то протер лицо.
— Где я?..
— Дорогая, ты хорошо себя чувствует? — голос Вики раздался сзади, я села и обернулась.
 
Подруга стояла у холодильника, набирая лед. Мы на нашей кухне в пентхаусе.
— Что ты здесь делаешь? — выдохнула я, хмурясь. — Где…
Руслан. Он что, привиделся мне? Когда подруга подошла ближе, я увидела ее напряженное лицо, испуганные глаза. Ребенок, где мой ребенок… Панические мысли заставили меня спуститься со стола, но Вика удержала в последний момент.
— Не торопись, Лили… Голова кружится?
— Нет.
— Будь поаккуратнее, — она понизила голос, ее шепот слышали только мы двое. — Ты знала, что беременна?
— Что? — обомлела я.
— Срок маленький. От шести до восьми. Так что береги себя, — у нее были серьезные, я бы даже сказала, озабоченные, глаза.
Беременна? Я таращилась на нее, пытаясь осмыслить то, что она сейчас сказала.
— Это не ошибка?
— Не думаю.
У меня затуманился взгляд. Этого я вообще не ожидала. Мысленно подсчитывала сроки, пытаясь понять, испугана я или рада. Но в последнее время случилось столько всего, что я вообще не испытала эмоций. Хотя страх, пожалуй, да. В животе образовался комок холода, когда я поняла, что ношу ребенка, вероятнее всего, от Зверя.
Вика подмигнула, давая понять, что сохранит тайну.
Что она вообще здесь делает? На клуб напали, наверное, все разбежались, кто куда. Но она могла поехать к Нику… Наверное, ее вызвал Руслан, когда я упала в обморок. Скорее всего, он переложил меня на стол, когда я отключилась.
Значит, он где-то здесь.
Я молча слезла со стола и пошла в свою бывшую спальню, чтобы проверить ребенка. Боже, только пусть все будет хорошо! Пусть он будет там! Я свернула по коридору и остановилась на пороге. Руслан был там. Сняв непроницаемый экран, он молча смотрел на ребенка: на тонкие ручки, сжатые в кулачки, на сонное личико. С тех пор, как Руслан видел его в последний раз, ребенок стал намного крупнее.
Света в комнате не было. Он стоял спиной ко мне.
— Ты молодец, — тихо сказал Руслан, почувствовав, что я стою позади. — Я не верил, а ты нашла его, не сдалась.
Он обернулся, отыскал меня взглядом.
— Хотя бы за это я должен сказать тебе «спасибо».
Я неосознанно взглянула на пропоротый рукав. В прорези было видно белую сорочку со следами крови. Я все-таки достала его. Не похоже, что он злится за мою отчаянную атаку, спустит мне ее с рук? Меня охватила дрожь при мысли, что он стоит рядом с ребенком, может унести его и я не смогу помешать.
И Зверя, чтобы помочь, здесь нет. Захочет ли он помочь брату — большой вопрос. Особенно в свете новых фактов.
— Ты обещала рассказать, что покажет тест. Почему скрыла?
Я долго молчала, но решилась на правду:
— Зверь запретил говорить. Мы с трудом нашли ребенка, спрятали и не могли рисковать, — я поймала себя на том, что оправдываюсь. — Нам угрожали, телефон могли прослушивать, ты был в тюрьме! Мне сообщили, что тебя там убили.
— Можно и так сказать, — он дотронулся до шеи.
  
Глава 15
 
— Когда меня повели на допрос, я сразу заподозрил, что пошло что-то не так. Двое, в не слишком высоких званиях. До этого меня со мной разговаривало начальство. В непривычное время.
Руслан говорил отрывисто, жестко, вспоминая, что тогда произошло. Склонился над ребенком, рассматривая каждую деталь. Он не женщина, чтобы испытывать яркие эмоции и демонстрировать их. Лицо было каменным. Но, думаю, что-то он испытывал, глядя на свое внезапно ожившего сына.
Когда хоронил — почернел от горя.
Мне было интересно, как он выжил, и я не перебивала.
— В комнате допросов приковали к столу, хотя раньше такого не было. Я потребовал убрать наручники, привести начальство. Ноль реакции.
— Они были купленными, — вмешалась я. — Опекун Коринны купил их, чтобы тебя убили.
— Откуда ты знаешь?