Проданная невеста. Наследник корпорации (СИ)

— Я всего лишь говорю вам, что не виню в его смерти вас. Не вы несете ответственность. Соболезную вам.
В голосе был странный подтекст: а кого тогда винит — Руслана? Но тот и так в тюрьме… В чем дело? Это угроза или что?
Я снова опустила глаза. За нами наблюдает пресса — издалека, но все же видят, как мы говорим над телом. Я стою неприлично долго у гроба. Секунду помедлив, я наклонилась и зачерпнула пару размякших комьев земли, безбожно испачкав перчатку.
— Оставьте соболезнования и обвинения при себе, — отрезала я.
Мне ужасно не понравилось, что он сказал.
Я отступила к Зверю, и схватилась за его локоть, глядя под ноги. Гроб накрыли крышкой — больше никто не подошел попрощаться, и под драматическую музыку, начала опускать его в могилу на специальном механизме.
Прощай, пап.
Ты был полным засранцем.
Влажная земля полетела в могилу. Я не стала ждать, пока его полностью погребут — мы со Зверем первыми покинули похороны. На заднем сиденье автомобиля я дала волю чувствам. Меня трясло от гнева и обиды. Не нужно было давать втягивать себя в разговор. Он был опытнее, циничнее, он только довел меня, а своих целей я не добилась. Ничего не узнала об опекуне, хотя он знал о нас предостаточно! Откуда? Откуда он знал некоторые детали?!
— Зверь, ты можешь найти юриста, который был на нашей сделке с Русланом? — я обернулась от вида мокрого города в окне авто. — Он знал содержание нашего договора насчет ребенка, но откуда?
— Только от юриста, — подумав, согласился тот. — Меня это напрягает. Ты права. Добровольно от него он бы такие сведения не получил.
Зверь начал набирать номер. Но звонил он не юристу.
— Ну что, установили, кто этот хрен? Лучше работайте! Зашипел он! Ищите, кто скрывается за его личностью! И найдите юриста, с которым работал мой брат!
Он швырнул трубку, я проследила полет глазами и взглянула на Зверя.
Бог мой… Как бы мне разобраться, что я к нему чувствую. После того, как мой сын оказался спасен, все менялось. Я оживала и мое сердце тоже. Иногда во мне пробуждались такие эмоции, которые я сама не понимала…
Я его люблю? Или боготворю? Он сделает меня счастливой?
Мы уже сколько вместе, а реально, всей кожей, каждой клеточкой тела, я начала ощущать это только несколько дней назад. С нашего секса…
— Опекун пользуется фальшивыми личностями, — глухо сказал Зверь. — Кто это, неизвестно. Нужны его отпечатки или биообразцы, может, тогда что-нибудь узнаем.
— Давай пригласим его к нам, — предложила я.
— Он не придет.
— Тогда я приглашу сестру в гости. Вряд ли он отпустит ее одну.
— Это осторожный человек, Лили. Прости, милая, он не придет. Не мешай мне думать.
Я замолчала, рассматривая его профиль. И остро ощущала, как нам сейчас не хватает Руслана. Зверь раньше занимался только бизнесом — своей половиной, вытрясал долги, возвращал беглецов. У него была страшная репутация. Но стратегия — не его сильная сторона. Этим занимался Руслан.
Сейчас я как никогда отчетливо поняла, насколько сильны они были вместе и как дополняли друг друга. И сейчас Руслан в тюрьме. Черт, по одному их уничтожат, у них слишком много врагов. Но и вместе они больше вместе не сойдутся — из-за спора обо мне…
А может быть, отец потому и бросил меня с ними… Хитрый план. Не стал выручать, понимая, что из-за принцессы и ее наследства эти двое передерутся и разрушат собственную империю изнутри… Без участия Девина.
Только не рассчитал, что Руслан не прощает обид.
В клубе я сразу же поднялась к ребенку, игнорируя остальное. С сыном все было в порядке. Я переоделась и проверила новости. Как я и думала, фото с кладбища появилось на всех разворотах. «Дочери Девина вступают в борьбу?», — спрашивали передовицы. И фото, где мы с опекуном сошлись над гробом моего отца, словно в поединке.
Зверь ушел и время до вечера я провела в спальне одна. В сумочке зазвонил мой телефон, и я вопросительно подняла брови. Мне уже сто лет никто не звонил. Во-первых, мои контакты с внешним миром контролирует Кирилл с тех пор, как я с ним, во-вторых… кому я к черту нужна.
 
— Алло?
Я думала, что это сестра. Но могильный холодный голос узнала сразу.
— Спасибо, Лилия.
— За что? — не поняла я, сердце быстро забилось.
У опекуна сестры не было причин звонить мне сейчас — ни одной. Я не хотела разговаривать с ним без Зверя.
— За то, что позволили остановиться в доме.
Пульс подпрыгнул — он говорил про дом у озера, где мы нашли ребенка. Зверь позаботился, чтобы убрать оттуда все улики и следы пребывания ребенка, но кто знает… Вдруг они знали.
— Это ваш дом, — осторожно ответила я.
— Но вы были здесь.
— Я не…
— Перестаньте вилять, Лили. Я должен сказать вам кое-что еще. Сегодня утром я говорил, что не виню вас и это правда. Ответственность за смерть моего хозяина несет ваш любовник. По особому распоряжению Девина я должен позаботиться о том, чтобы виновный понес наказание.
— О чем вы? — мой голос задрожал.
Я знала о чем он. Я поняла, и ощутила холод на сердце.
— Руслан обладает значительным влиянием. Я не могу допустить, чтобы он вышел сухим из воды. Сейчас его ведут, как он думает, на очередной допрос.
Я сразу же представила серые тюремные коридоры и Руслана в наручниках. В моем воображении он выглядел так же, как при нашей последней встрече. Представила выражение его глаз, когда он говорил, что наш сын мертв, а мне нужен хороший врач…
Я стиснула трубку до боли в пальцах, не могла бросить ее или что-нибудь сказать. Язык примерз к небу.
— Вместо этого его задушат за убийство моего господина, Лили, — пауза. — Через десять минут. Я хочу, чтобы вы это знали.
  
Глава 8
 
Я выронила трубку — от страха пальцы стали ватными.
— Алло! — когда подобрала ее, уже звучали гудки. — Алло, сукин ты сын! Зачем ты это сказал!
Я заорала неожиданно для себя, не справившись с чувствами. Двери распахнулись и на пороге появился охранник.
— Позовите Зверя! — проорала я. — Это касается его брата!
Я не могла отделаться от видения: ничего не подозревающего Руслана заводят в комнату для допросов, сажают за стол, приковывают к нему наручниками, и сзади набрасывают удавку… Я не переживу, если это случится! Мне достаточно, что мы не вместе, но я не хочу его смерти. И даже больше. Я думаю, что Зверь не справится без брата.
Зачем?
Зачем он сказал это? Чтобы отомстить? Показать, что мы проиграли? Мне опекун сообщил это, просто чтобы причинить боль.
Я решительно вышла в коридор вслед за охранником, не собираясь ждать, пока Кирилла позовут. Мы столкнулись в конце коридора: в слезах я налетела на него, схватила за руки и зарыдала.
— Лили? — Зверь поднял мокрое лицо себе навстречу.
— Мне позвонил опекун! Ты должен помочь Руслану! — прокричала я. — Слышишь, Зверь, его сейчас убивают!
— Что конкретно он сказал? — резко спросил Кирилл.
Меня бесил его взгляд. Недоверчивый и недовольный — Зверю не нравилось, что я пытаюсь помочь Руслану. Он как будто не верил, что все серьезно!
— Что сейчас его убьют, — сказала я, — прямо в эту минуту, в наказание за убийство его хозяина. Задушат в тюрьме.
— Запись разговора есть? — резко спросил он.
Я покачала головой, и он увлек меня по коридору к спальне, чтобы не выяснять отношения у всех на глазах. Он подобрал телефон с ковра, проверил входящие и перезвонил на последний номер. Опекуну. Я стояла рядом, зажав рот ладонью.
— Не отвечает, — Зверь отшвырнул телефон.
Несколько секунд он думал.
— Сделай что-нибудь…
Он бросил на меня жесткий взгляд.
— Почему ты его защищаешь?
— Не знаю… — призналась я.
— Что я могу сделать, принцесса? — процедил он, и приблизился, чтобы схватить меня за подбородок. — Он в столице далеко отсюда. У меня не настолько длинные руки, чтобы помочь ему за десять минут!