"Лямбда-6" (СИ)

- Ты начинаешь повторяться... Если всё пройдёт так, как мы задумали, у тебя будет масса времени изучить феномен. Более того, вернёмся в «Гамму», лично походатайствую о твоем переводе.
- За это, конечно, спасибо, – слегка улыбнулся лаборант, опустив глаза в пол. – Но, подозреваю, что Зимин, Лаптев и их координатор сверху так просто дело не оставят. Им нужны эти образцы, хотя я уверен – они сами не знают, что именно им нужно.
Подполковник отвернулся, погрузившись в размышления.
Германов прав – если они и захватят столицу, приоритет – научные разработки. Эти двое сделают все, чтобы поскорее добраться до генетических лабораторий. Но как туда попасть – они не знают. Это факт. Их надежды возложены на него – Шевченко. Хотя он и дал понять, эта афера не для него. Золотые горы его не прельщали, особенно таким жестким, антисоветским методом. 
Ещё год назад, узнав о коварном плане вывода военной техники на поверхность, он отказался от участия. После чего его и запихнули в комплекс генлабораторий. Скорее всего, так решил их таинственный координатор. И явно не случайно... Похоже, Зимин всё ещё считал, что подполковник передумает и в назначенный срок позволит им попасть в «Гамму-3». И чьё-то решение определило его судьбу на целый год.
Но этот срок вышел, а ничего не произошло. «Астра» все также функционировала, наращивая научный и военный потенциал. Да и не было никаких намеков на то, что Зимин и Лаптев реализуют задуманный план. Пока однажды, по секретному каналу связи не пришло сообщение от уже известного участника заговора - Картавина.
- Пять утра, – раздался взволнованный голос Германова.
Подполковник отвлекся от мыслей и оглянулся на лаборанта.
Тот молча кивнул ему, хотя и непонятно было, что именно он имел в виду.
Ещё несколько минут ехали молча.
- Скоро будет пропускной пункт, – громко крикнул Шевченко. – Проблем быть не должно, но на всякий случай, там, в ящике есть пистолет. Достань его и положи в карман. Пригодится.
Германов подчинился, быстро достав из ящика чуть потертый пистолет «Макарова». Дрезина замедлила ход, а Шевченко быстро перебрался в носовую часть транспорта.
Аванпост миновали без проблем. 
В то время на подобных пропускных пунктах ещё не стояли крупнокалиберные пулеметы, да и никаких особых укреплений тоже. Лишь шлагбаум, ограда, пара легких строений, переходной мостик, да три-четыре человека охраны с преимущественно легким вооружением.
Когда один из охранников в звании старшего сержанта высунув нос из дощатой постройки, увидел сидящего на носу подъезжающей дрезины подполковника, шлагбаум медленно поднялся вверх, нехотя открывая проезд. Но стоящий поодаль вооруженный солдат переходной мостик сдвигать не стал, ожидая команды от сержанта.
Одетый в традиционную советскую форму, тот не особенно торопясь подошёл к дрезине и быстро скользнув взглядом по Германову, обратился к Олегу Анатольевичу.
- Товарищ подполковник, разрешите уточнить вашу фамилию и цель вашего прибытия?
Но Шевченко, сделав «морду кирпичом», сунул под нос сержанту постоянный пропуск высшего уровня допуска и недовольно пробурчал что-то невразумительное, под конец, добавив забористое ругательство. Для устрашения.
Сержант ни черта не понял, но переспрашивать не решился. Вопросы отпали сами собой – куда приспичило начальству, в пять с лишним утра – не его, сержанта, дело. Да и сам аванпост носил скорее условный характер, чем реальный контроль проезжающего мимо транспорта.
Он махнул рукой бойцу и тот, шустро ухватив цепь, лихо сдвинул переходной мостик с пути движения дрезины.
Шевченко сразу же продолжил движение.
Когда дрезина проехала и мост встал на место, сержант подошёл к бойцу.
- Разъездились тут! Никакого покоя! – пробурчал он, а затем, нахмурившись, обратился к солдату. – Кофе нашел? Так разливай, чего стоишь?
***
У входа в «Бункер № 17» туда-сюда ходил человек в камуфляжном костюме, поверх которого был накинут серый маскхалат. На голове капюшон, на руках перчатки, а на спине небольшой рюкзак.
 
Лица видно не было, но Олег Анатольевич и без этого знал, что за человек был у двери.
Едва дрезина выползла в прямой туннель, подполковник достал из транспортного ящика мощный армейский фонарь и четырежды включил и выключил его. Это был условный, заранее согласованный сигнал, о котором Германов позабыл.
Получив ответный сигнал, Шевченко сбавив ход, подвёл дрезину прямо ко входу.
Неизвестный заметно нервничая, ожидал остановки двигателя.
- Какого черта, Шевченко? Почему вы задержались аж на семьдесят три минуты? – яростным, но несколько писклявым голосом крикнул неизвестный, едва подполковник заглушил двигатель.
- Непредвиденные обстоятельства, – коротко ответил Олег Анатольевич, выбираясь из кресла водителя.
- В гробу я видал ваши обстоятельства!
- Тише, не верещи! Главное, всё идет по плану!
- По плану? – дико вращая глазами, взвился тот. – Да ни хрена не по плану! Всё пошло коту под хвост!
- Ну-ка, поясни! – хмыкнул подполковник.
- Зимин и Лаптев вот вот начнут подготовку к мобилизации. Через час, может два! Не пройдет и суток, как вся военная техника будет доставлена к дальним гермоворотам. И тогда...
- Знаю я, что тогда... Известен координатор?
- Да. Мне удалось узнать... Это Штрасс!
- Штрасс? – удивился подполковник. – Тот самый? Куратор всей научно-исследовательской «Астры-1»?
- Не совсем. Имя не соответствует. Только фамилия.
- Это как так?
- А вот так. Фамилия - да, а имя нет!
- Тогда, полагаю, что...
- Вы законсервировали комплекс? – перебил подполковника продолжающий нервничать собеседник.
- Да, с этим заминок не было.
- И образцы генетических экспериментов при вас?
- Всё в порядке.
- В таком случае, нужно предупредить командование на поверхности. У меня не было возможности сделать это ранее.
- Нельзя, неизвестно кто свой, а кто уже прогнулся под Зимина и Лаптева.
- А что если скинуть дезинформацию Штрассу? Тому, что отвечает за безопасность комплекса.
- В каком смысле?
- Нужно придумать что-то такое, что заставит Штрасса спуститься сюда. Тогда он быстро разберется в обстановке. И план Зимина будет сорван.
- Какой же важной должна быть дезинформация?
- Я подумаю над этим. Несмотря на то, что Зимин не удержался и начал подготовку к мобилизации на три дня раньше установленного срока, пару дней у нас всё ещё есть.
- Пару дней? Шевченко, думать уже поздно! Нужно действовать! – вскричал человек.
- Картавин! Отставить истерику. Это уже не ваша проблема, – отрезал подполковник. – Рекомендую вам покинуть комплекс. Скоро тут будет жарко. И совсем не безопасно.
- Покинуть? Интересно и как же я это сделаю? – вскипел тот, кого Олег Анатольевич назвал Картавиным. – Главные гермоворота закрыты.
- Придумайте что-нибудь. А пока, попросите товарища Черепанова прибыть в лабораторию «Бункера № 17». Для него есть работа.
- Вы отдаете мне указания? – Картавин бросил недовольный взгляд на Германова. – А это ещё кто такой?
- Мой человек.
- Ему можно доверять?
- Да, я верю ему как себе!
- Серьезно? А вы уверены, что он не человек Лаптева?
- Картавин, отставить. Вызовите ко мне Черепанова!
- Хорошо, как скажете. Но после этого, я делаю ноги!
- Как угодно. - бросил ему подполковник.
Германов, идите за мной. – Олег Анатольевич махнул рукой лаборанту. – Нам пора в лабораторию.
Лаборант шустро спрыгнул с дрезины и направился за офицером.
Гермодверь шустро отошла в сторону, открыв длинный прямой коридор, ведущий в недра бункера. Быстро пройдя коридор, они вышли в хорошо освещённое фойе. На потолке висели указатели со стрелками.
 
- В лабораторию? – коротко поинтересовался Германов.
- Тебе - да.
- В смысле? - натурально удивился лаборант. - Мы что, разделимся? Разве это разумно?