Аритмия (СИ)

Смеюсь.
Штраф! Наряд!
Зашибись поездочка!
Лошара, ты, Ян…
  
Глава 40. Робин Гуд
 
Ян
Придирчиво осматриваю тачку Эмиля. Зачем ему сдалась эта аэрография — непонятно. Видать дурной пример заразителен. Только так могу объяснить странное желание испортить фактически нулевую бэху.
Убираю аэрограф. Моргаю, чтобы сбить пелену перед глазами.
Мне определенно нужен чертов перерыв. Время далеко за полночь, а нарисованный огонь уже вовсю полыхает в больной голове яркими, живыми вспышками.
Отворачиваюсь.
Просьбу Эмиля «изобразить тачку, охваченную пламенем» я встретил весьма прохладно. Так себе затея, учитывая мое отношение к этой стихии. Насмешка судьбы, не иначе…
— Оо, Ян… Так и думали, что ты здесь.
В бокс заваливаются Паровозов и Клим.
— Ты хоть бы маску надевал. Вонь адская, траванешься еще, — Илья протягивает ладонь.
Здороваюсь с ними обоими за руку.
— Ни фига себе! — присвистывает Данила, глядя на тачку. — Очень реалистично.
Да уж… Реалистичнее некуда. Оттого и знобит наверное.
— Чума.
— Как дела вообще? — осведомляется Паровоз.
Последние пару недель он появляется здесь довольно часто. Иногда зависает тут со мной часами, не особо, в принципе, напрягая своим присутствием.
— Поржать хотите? — достаю из кармана сложенный вчетверо лист А4.
Илья забирает бумагу, а уже спустя минуту смеется, вскинув бровь.
— Тебе выписали штраф за безбилетный проезд?
— Ну, — киваю, вспоминая произошедший накануне абсурд.
— Косарь.
— Косарь…
— Че бабла при себе не было? — недоумевает он.
— Этим бабам-бультерьерам плевать, — вмешивается Даня. — Не оплатил при входе — выписывают штраф.
— Да-да, — вытягиваю ноги и закидываю руку за голову. — Еще и наряд грозятся вызвать.
— Помню, как только переехал в Москву, несколько раз вот так же чуть не встрял. Бог миловал. Вовремя удавалось унести ноги, светиться в тот период у ментов никак нельзя было, — рассказывает нам он.
— Слышь, Ян, а ты каким чудом в автобусе оказался? Давно подмывало спросить, куда делся твой мерен?
Илья не раз палил меня за рулем черного красавца. (Пока караулил свою рыжую за территорией нашей помпезной гимназии).
— «Мерс» был не мой. Отцовский…
Забавно. Еще год назад Паровоз подпирал задом «Приору», а я ездил на тачке, стоимость которой можно приравнять к стоимости поддержанной московской квартиры. А сегодня… Что сегодня? Имеем то, что имеем. Я пешеход, пусть и временно.
— Ясно.
Вопросов больше не задает. Думаю, считал по моему лицу нежелание общаться на эту тему.
— Куда Беркутов пропал?
— Забухал в своей конуре…
У Ромы начался новый затяжной период депрессии. Сдается мне, пора бить тревогу. Потому что на него это не особо-то похоже.
— Дерьмовая затея.
— Согласен.
Ломает Беркутова не по-детски. А всем вокруг плевать… Тому же Сергею.
«Перебесится». Вот и весь его ответ.
Илья качает головой и молчит. Прекрасно понимает, в чем тут дело. А точнее в ком.
— За мной Кабан подъехал. До встречи, пацаны…
— Про воскресенье помнишь? — уточняет у Дани Паровоз.
— Помню, но учти, вечер у меня занят.
— И чем же? — сурово осведомляется Илья.
— Я предупреждал, — в ответ хмурится тот.
— И все же.
— В Большой иду, — отзывается нехотя.
— Чего? Хрена се… Еще один ценитель прекрасного на мою голову.
— Мне… надо. Ясно? — моментом ощетинивается Данила. — Кто-нибудь из вас там был?
Замечаю, что он как-то странно нервничает.
— Упаси боже, парни в трико — не мое, — хохочет бородатый.
— Меня не парни интересуют, — цедит Клим.
— Я был в Большом несколько раз, — сообщаю, зевая. — Мать с собой таскала…
— Слушай, а по поводу шмота что можешь посоветовать? — интересуется, игнорируя сигнал, доносящийся снаружи.
— Твой нынешний прикид не подойдет, если ты об этом. Но и в костюм дирижера влезать не советую. Перебор…
— А говорят, что дресс-кода там уже нет, — произносит Даня несколько растерянно.
 
— Клим, это же театр, — криво усмехаюсь. — Твое, как я понимаю, первое свидание с искусством. Этикет никто не отменял.
Кивает.
— Придерживайся классики. Костюм. На худой конец рубашка сдержанных тонов, брюки, туфли. Вот и весь совет.
— И где купить долбаный костюм? — спрашивает озадаченно.
— Смотря сколько у тебя лаванды.
— Ну уж на свидание с искусством выделим, — Илюха в знак поддержки хлопает его по плечу.
— Я кину тебе адрес сообщением. Только номер через Илью отправь.
— А со мной смотаться не сможешь, Ян?
На его лице та еще пытка.
— А что за проблема? Консультанты тебе помогут.
— Не для меня все эти ваши бутики, — презрительно морщится.
Раздается еще один затяжной автомобильный сигнал.
— Ладно, парни, я поеду, а то пешком придется до своего района добираться.
— Давай, искусствовед, трубу возле себя держи.
Прощаемся с Даней и остаемся вдвоем.
— Его, как и меня, изрядно бесит этот ваш столичный муравейник, — поясняет Паровоз.
— И тем не менее, вы оба здесь.
— А где ж нам еще быть, Ян? Все бабки страны в Москве крутятся, — хмыкает, зашнуровывая кроссовок.
Сейчас снова заведет старую песню о том, что столица — другое государство.
— У нас в Бобрино людям работать негде, школы и больницы закрывают, а тут вон небоскребы строят и миллионы баксов ежедневно сливают в унитаз.
— Перебрался с целью обогатиться?
Об этом мы говорим впервые. До настоящего момента все как-то размыто обсуждалось. На личности не переходили.
— Как хочешь назови. Урвать свой кусок. За этим все сюда и лезут, — выпрямляется, вставляет зубочистку в рот. — Да и Сашка моя тут.
— Угораздило Харитонову…
Молчит. Улыбается. Но как-то совсем невесело.
— Ты в курсе, кто ее папаша?
— Лично с ним не знаком, но да, я в курсе, — отвечает спокойно.
— А я вот знаком. Подполковник тебе шею за нее свернет.
— Я сам кому угодно за нее шею сверну, — угрожающе сверкает глазами.
Еще один повернутый на бабе. Может, это вирус какой в воздухе витает?
— Идем со мной на минуту, — кивает в сторону выхода.
Провожаю взглядом его широкую спину. Поднимаюсь со стула. Отправляюсь следом.
Выходим на улицу, обходим здание автомастерской по периметру, и он открывает ключом один из дальних боксов. Просторный гараж на четыре машины. И да, здесь я раньше не бывал…
— Ну и? — вопросительно выгибаю бровь.
— Можешь взять любую, чтобы по автобусам не кататься, — заявляет, включая свет.
— Взамен на что? — сразу перехожу к изнанке сей доброты и щедрости.
— Нарисуй мне Сашку, хочу повесить картину с ней у себя на хате, — подмигивает.
— Давай серьезно, Илья. У всего есть своя цена…
— Хочешь срубить бабла? — смотрит на меня внимательно, и его улыбка в ту же секунду исчезает.
— Пытаешься завербовать меня, Паровозов? — откровенно забавляюсь.
— Не буду ходить вокруг да около. Мне нужны толковые парни вроде тебя, — заявляет серьезно.
— Тебе? Или хозяину данного автосервиса? — уточняю любопытства ради.
— Мне. Эмиля это не касается.
Ну понятно. Свою шайку здесь в Москве сколачивает. А может, уже сколотил. Судя по рассказам Ромы.
— Видишь ли… Я — не командный игрок. Скорее волк-одиночка.
— Знаю.
— Копал под меня значит? — прищуриваюсь.
— Так, слегка, — невозмутимо пожимает плечами.
— Ну и чем ты рассчитываешь меня завлечь? Не тачкой же в самом деле?
— Да брось. Нет, конечно, — фыркает он. — Ты же из тех, кто родился с серебряной ложкой во рту. Этим тебя удивишь вряд ли. Просто подумал, что тебе нужны деньги. Свои. Не отцовские.
— Какой ты «тонкий» психолог, — давлю очередную кривую усмешку.