Венец творения (СИ)

- Ты! Кто же еще?
Тут волк зло рявкнул, коротко взвыл и медленно пошел на меня, скалясь. Сердце мое в груди замерло от ужаса. Мне бы бежать, но ноги словно приросли к земле, отказываясь шевелиться. В голове еще мелькнула мысль, что я правильно сделал, сходив утром в туалет, иначе точно опозорился бы, а потом… темнота.
***
- Вот уж не думал, что он упадет в обморок, - хорошо знакомый мне голос Савелия был первым, что я услышал, приходя в себя. Глаза открывать я не спешил и старался, чтобы дыхание было таким же ровным и размеренным. – Похоже, он впервые увидел оборот, и понятия не имеет о том, что он оборотень.
  
Я - оборотень? От этой новости я все же не сдержался и охнул, пришлось открывать глаза и садиться. На этот раз я лежал на полу, на ковре, а надо мной стояли Григорий и Савелий, внимательно разглядывая.
- И что нам теперь с ним делать? – вопрос генерального был явно не риторический. – Убивать такого слабака в круге… Меня не поймут.
- Придушить по-тихому и сделать вид, что здесь не лежало?
Не знаю, может, предложение Савелия и было бы принято, меня-то точно никто спрашивать не собирался, но тут в комнату вошел омега генерального.
- Что здесь происходит? Что за разговоры о вожаке и перепуганном насмерть альфе в круге? С кем ты уже подрался?
- Да вот, - Савелий кивнул на меня, - изловили урода, что писал тебе все те письма, теперь думаем, что с ним делать. Только с ним никто не дрался, он, как увидел Георгия в обороте, так и рухнул в обморок.
Леонид с неким сомнением посмотрел на меня, медленно приближаясь.
- А зачем он те гадости мне писал, спрашивать не пробовали? – омега присел на корточки передо мной, и я встретился взглядом с единственным человеком в этой комнате – или тоже оборотнем? – не желающим моей смерти.
- Я ничего не писал, - тут же прошептал я, хотя надежда, что мне поверят, была совсем крошечная.
- Как же не писал, - возмущенно рыкнул Савелий, - письма приходили с его компа, мы все проверили и перепроверили. Они и в черновиках сохранились, видимо не додумался стереть.
- Но я ПРАВДА ничего не писал. Только я не знаю, как это доказать. Меня кто-то подставляет.
- Кто? Кому это надо? – тихо спросил Леонид, чуть наклонившись ко мне, и тут я увидел, как его глаза удивленно распахнулись. Он на мгновение замер, потом наклонился к моей шее и медленно вдохнул. Георгий тут же утробно зарычал, я испуганно задержал дыхание, решив, что сейчас здесь будут два трупа, а Леонид медленно, словно бы нерешительно, отстранился. Наши с омегой глаза вновь встретились, при этом я недоумевал, что такого он мог во мне почуять, а он был растерян и… зол?
Не успел я подумать, что все это могло значить, как омега встал, обернулся к генеральному и… залепил ему такую пощечину, что тот даже пошатнулся.
- Ты что, в конец ополоумел?! – закричал Леонид, а его альфа отступил на шаг, хватаясь за мгновенно покрасневшую щеку. – Ну ладно этот, - кивок в сторону Савелия, - нюх потерял, но ты должен был почувствовать, кто перед тобой! Это же надо до чего дошли: два здоровых лба издеваются и доводят до обморока беременного омегу!
- Кого?
- Кто?
- Что?
Три наши восклицания слились воедино. Я машинально прижал руку к животу, не веря во все услышанное, и в то же время…
- Беременного? – с трудом выдавил я из себя и почувствовал, как начинаю проваливаться в никуда. Все-таки столько потрясений за одно утро – слишком много для человека.
***
На этот раз в себя я приходил медленно. В голове один за другим всплывали воспоминания обо всем произошедшем. Глаза я, по прежнему, не спешил открывать, но чувствовал, что лежу на чем-то мягком, скорее всего, на кровати, а вокруг витают приятные ароматы кофе и какой-то выпечки. Как только понимание этого полностью угнездилось в голове, живот отозвался жалобным урчанием, напоминая, что в него следует что-нибудь положить, поскольку он слишком давно пуст. Рот сразу же наполнился слюной, и я потянул носом, вдыхая аромат еды.
- Я слышу, что ты не спишь, - судя по голосу, Леонид улыбался. - Садись, будем полдничать.
- Это я что, обед проспал?
Сев на кровати, я огляделся. Типичная спальня омеги. Занавесочки пастельных тонов, светлые обои в цветочек, пушистый ковер в тон занавескам, мягкая мебель светло-бежевого цвета и маленький столик с гнутыми ажурными ножками между двух кресел у окна. На этом столике весьма живописно располагался кофейник, сливочник, вазочка с выпечкой и коробка с шоколадными конфетами.
- После стресса тебе нужно поесть сладкого, чтобы восстановить глюкозу крови, а потом, если захочешь, тебе принесут чего-нибудь посущественнее.
Я согласно угукнул и смело откинул одеяло, но тут же вернул его на место, поскольку из одежды на мне ничего не было, даже трусов.
- Халат в изножье кровати. Надевай.
Халат был явно альфьим, темно-синего цвета, но только натянув его на себя, я почувствовал запах мускатного ореха. Правильно расценив мое обнюхивание ворота и рукавов, Леонид кивнул:
- Да, это Савелия. И раздевал тебя тоже он. Георгию я бы не позволил, но Савелий имел право убедиться в том, что ты омега, более… надежным способом. Теперь они тебя не тронут, а Савелий вообще сам не свой от всего произошедшего. Он вообще хотел дождаться твоего пробуждения, но я выставил его. Пусть пока погуляет, а мы побеседуем. Кстати, он рассказал мне о происшествии в душе, это ведь был ты?
Я кивнул.
- Ребенок от него?
Я вновь кивнул и опять инстинктивно прикрыл руками живот, и даже попытался его прощупать.
- Что, не веришь? Ничего, скоро поверишь, тем более, что носишь ты альфу, а на них наш организм всегда сильнее реагирует. Я бы и сам не поверил, расскажи мне кто-нибудь о подобном, но мой нос меня еще ни разу не обманывал. От тебя пахнет молоком, как от любого беременного омеги, хотя пахнешь ты скорее, как альфа. Завтра могу свозить тебя к своему врачу, чтобы уж наверняка убедиться, а сегодня будем отдыхать. Думаю, тебе пока хватит стрессов.
Пока Леонид говорил, я присел в свободное кресло и взял в руки наполненную им чашку с ароматным напитком.
- Сливки?
- Нет, спасибо, я только сахар кладу, и больше ничего.
- Тогда бери слойки, они с клубничным вареньем, моим любимым.
Долго уговаривать меня не было нужды. Я быстро умял почти все слойки, пока Леонид медленно жевал одну, и еще пяток конфет в рот отправил, немного жалея, что мясо обещали позже. Сладости – это не еда, а так… перебить аппетит.
- Рассказывай, - то ли приказал, то ли попросил Леонид.
Не знаю, может, в еду или кофе и было добавлено что-то развязывающее язык, но скорее всего, мне просто невмоготу уже было хранить в себе свои секреты. Я рассказал все, начиная от своего детства и заканчивая сегодняшним днем, а Леонид слушал внимательно, изредка кивая и подбадривая. А когда я закончил свой рассказ, заговорил сам.
- Скорее всего, тот геном, о котором писал твой отец – ген альфы-оборотня, поскольку в тебе явственно чувствуется наша кровь. Как он его получил и каким образом смог соединить его с человеческим отпрыском омегой, надеюсь, навсегда останется загадкой, поскольку такие эксперименты просто бесчеловечны. Сейчас я расскажу тебе о нас, об оборотнях, и сразу хочу предупредить, чтобы ты себе не нафантазировал: убивать тебя никто не собирается. Для любого оборотня, омега, тем более, если это истинная пара, - величайшая драгоценность, а вы с Савелием - пара. Каждый омега у нас ценится на вес золота, и любой альфа за нас жизнь готов отдать, поскольку омег у нас значительно меньше, чем альф, а с человеческим омегой детей у оборотней не бывает.
- А Савелий тебе… - я сначала перебил Леонида, и только потом замолчал, смутившись.
- Он мой единоутробный брат. Папа у нас один, а отцы разные. Когда-то наш клан решил наладить связь с северянами, вот и обменялись омегами. Поначалу, папа Савелия вошел в семью тогдашнего вожака, а когда тот погиб, выбрал себе иного супруга, из альф клана моего отца. Савелий пошел в омегу: такой же снежно-белый волк, а я в отца-альфу, оттого мы и не похожи. Кстати, у нас, оборотней, вожак - это не наследуемый титул. Вожаком становится самый сильный альфа, причем сила важна не столько физическая, сколько духовная. Савелий вполне мог бы посостязаться в круге за место вожака, но он никогда не хотел управлять. Он оборотень действия, а не слова. Есть вопросы?