Испытание морем (СИ)

— Я уже об этом думал, сеньор Аймоне, — вздохнул я, — корабли мне понадобятся в любом случае, поскольку на них нужно будет перевозить золото и корреспонденцию. Так что у меня к вам предложение, поплывём с вами в Португалию и купим там корабли?
— У вас есть для этого такие большие средства, сеньор Иньиго? — удивился он, — я вам называл примерную стоимость тех кораблей, которые вы хотите.
  
— И да, и нет, сеньор Аймоне, — я пожал плечами, — родственники изрядно растрясли мои средства, так что придётся это делать в долг.
Рыцарь покачал головой.
— Море бывает таким непредсказуемым, сеньор Иньиго, — попытался предупредить меня он, — может не стоит вкладывать последние деньги в это весьма опасное мероприятие?
— К сожалению у меня нет выбора, сеньор Аймоне, — я развёл руки, — корабли нужны для банков, для наших с вами дел, а взять их здесь неоткуда. Так что я вижу только то, что мы едим в Валенсию, ищем несколько кораблей, чтобы вместить на них всех прибывших с вами моряков, потом доплываем до Португалии, находим корабли и обратно идём уже своим ходом.
— План, несомненно, хороший сеньор Иньиго, — вздохнул он, — главное, чтобы у вас хватило на него денег.
— Спасибо за поддержку, сеньор Аймоне, — иронично склонил я голову перед ним, на что рыцарь лишь рассмеялся.
— Вы ведь понимаете сеньор Иньиго, что я отношусь к нашему договору крайне серьёзно, так что весьма трезво смотрю на вещи? — поинтересовался он у меня.
— И я очень надеюсь сеньор Аймоне, что так будет и впредь, — согласился я с ним, — вы специалист в морском деле, в котором я не разбираюсь, так что я буду обязательно учитывать ваше мнение в делах, которые касаются кораблей и морских перевозок.
— Благодарю вас за понимание, сеньор Иньиго, — склонил он голову.
Так переговариваясь, мы добрались до дома.
— Сеньорита Паула хотела поехать с нами, — сеньор Альваро показал на окно второго этажа, где виднелись две девичьи головки, — но я не позволил, это было бы неприлично.
— Конечно, сеньор Алонсо, — я взглядом поблагодарил мужчину, — ещё нам девичьих слёз не хватало и косых взглядов горожан.
— Вот именно, сеньор Иньиго, — весьма серьёзно ответил он, — простите меня, пойду распоряжусь, чтобы всех устроить. Я вижу, как там уже начинают ссориться за места.
Я показал Бернарду на его палец, он молча снял с него кольцо и передал мне, а я вручил его управляющему, который не забывал даже в такие моменты о своей работе.
— Спасибо, сеньор Альваро, — поблагодарил я разом засмущавшегося мужчину, принявшего от меня подарок, — вы с Алонсо, с момента поездки в Рим, просто мои ангелы-хранители.
— Спасибо, сеньор Иньиго, — польщённый кастилец низко мне поклонился и пошёл устраивать вернувшуюся толпу наёмников. Его зычный голос раскатом разнёсся по округе, останавливая ссоры и препирания старичков и тех, кто приехал недавно с сеньором Аймоне.
Бартоло, едва мы вошли в дом, умчался к Глории, поскольку сеньор Альваро сказал, что та родила и как раз сына, так что молодой папаша на крыльях любви улетел с ними здороваться, а я оказался в своей комнате, пахнувшей чистотой, и сразу попал в объятья рыдающих девиц.
Причём что удивительно, Вилена плакала ничуть не меньше Паулы.
Меня отняли от груди, к которой весьма тесно прижимали и стали целовать лоб, щёки, нос и везде, куда успевала доставать Паула.
— Так, успокойтесь сеньориты, — пришлось поднимать руку, чтобы меня не задушили в объятьях, — я, конечно, тоже рад вас видеть, но для начала не расскажите, почему вы здесь, а не в Неаполе?
Паула с заплаканными глазами, нехотя отпустила меня и попросила Вилену помочь ей с завязками на платье. Та, хоть и немного смутилась от такой нежданной просьбы, но выполнила, так что настала пора удивляться мне, когда платье спустилось с плеч Паулы показывая мне идеальную грудь, мгновенно покрывшуюся от холодного воздуха мурашками и отвердевшими ореолами сосков, но больше всего моё внимание привлекли следы заживших и заживающих ожогов круглой формы, похожих на печать.
— Что это? — я нахмурился и показал на места ожогов.
— То сеньор Иньиго, из-за чего я решила по итогу покинуть Неаполь, — тяжело вздохнула Паула, — игры герцога Калабрийского становились месяц от месяца всё болезненнее, а его более давние любовницы показали мне на своих телах, что предстоит испытать мне, когда ему надоест прижигать и меня.
— И ещё, он пытался изнасиловать меня, сеньор Иньиго, — Вилена красная от смущения, что Паула стоит раздетая перед мужчиной, тем не менее жалобно пожаловалась мне на сына короля Альфонсо, — только благодаря Пауле мне удалось от него вырваться.
Вторая девушка показала на один из заживающих ожогов большей величины.
— Его светлость имеет железные печати разного размера, — хмуро сказала она, — эта досталась мне, как раз за спасение Вилены.
— Получается твоя золотая клетка оказалась не такой уж хорошей, как ты мечтала? — спокойно поинтересовался я, поскольку она сама приняла решение остаться с ним в качестве любовницы, а зная его жестокий и садистский характер, о котором говорили все в городе, нетрудно было догадаться, что будет с ней по итогу.
— Вилена помоги мне одеться, — попросила подругу Паула, и когда та помогла ей снова зашнуровать сзади платье, ответила мне.
— Я хочу с вами об этом поговорить сеньор Иньиго, но наедине.
Мне ничего не оставалось, как кивнуть.
— Хорошо, переодень меня, помой, а потом и поговорим.
— У тебя всё хорошо, дорогая? — поинтересовался я у Вилены, которая с таким восхищённым взглядом смотрела на подругу, что было понятно, что она чуть ли не боготворит её.
— Теперь да, сеньор Иньиго, — быстро закивала она, — мы с Хуаном счастливы.
Паула посмотрела на неё искоса весьма иронично, но тактично промолчала, а я решил, что пока мне этого достаточно, остальное я могу узнать и позже.
Когда принесли воду и Паула прогнав всех служанок, занялась мной единолично, моя каждую складочку, я внезапно почувствовал, как меня сзади обняли и шея моя намокла.
— Что такое? — вздрогнул я от неожиданности.
— Простите меня, сеньор Иньиго, — расслышал я тихие слова, — я была такой дурой, когда решила, что без вас мне будет лучше.
— Свет драгоценностей и роскоши затмил твой взор, — пожал я плечами, — но хотя бы отрезвление пришло так быстро.
— Этот Ферранте, сеньор Иньиго, — позади меня вздохнули, и узкая ладошка пригладила мои волосы, — я едва себя сдерживала, чтобы его не убить.
— Хорошо, что этого не произошло, — серьёзно сказал я, — а то бы у меня были большие проблемы.
— Я об этом подумала и потому решила просто сбежать, — кивнула она, — мне не хотелось нарушать ваши планы в отношении него. Они ведь у вас были? Я правильно поняла?
Я кивнул, не став объяснять большего.
— Теперь я полностью ваша, сеньор Иньиго, — мою голову повернули, и я встретился с блестящим взглядом карих глаз, — я сделаю всё, что вы захотите, сеньор Иньиго.
— Для начала просто помой меня, — проворчал я, — вода остывает.
Паула ойкнула и стала быстрее шевелить мочалкой, затем аккуратно и заботливо вытерла меня большим полотенцем и позвала Бернарда, чтобы он перенёс меня на кровать. Когда я оказался там, она вытерта мне ноги и села на стул рядом.
— Простите сеньор Иньиго, но можно я хотя бы сегодня побуду рядом с вами? — тихо попросила она, — вы единственный, рядом с которым я могу расслабиться и спокойно поспать.
Тяжело вздохнув, я похлопал рукой по пустому месту на кровати, слева от себя.
— Принеси себе отдельное одеяло, — проворчал я, — и не дай бог, чтобы твоя рука или нога попала на мою часть кровати, мигом отправишься в свою комнату.
  
— Я сейчас! — её радости казалось не было предела, и она быстрее стрелы метнулась к себе и вскоре сама принесла одеяло и подушку, водрузив всё на моей широкой кровати и легла ровно, словно струна, боясь пошевелиться.
Понадеявшись, что в таком состоянии она долго не пролежит и уйдёт, я взялся за книгу.