Роковая одержимость

— Это потрясающе, – восхитилась она, наполняя мой пустой стакан.
 Без сомнения, мама проснулась рано, чтобы выжать кучу апельсинов и процедить мякоть. Она бросила раздраженный взгляд, когда заметила, что Зейн уставился в стакан, вместо того чтобы сделать глоток. Это было мудрое решение. Анис мог попасть в состав каждого блюда на кухне.
 Что? Он забрал мою фотографию.
 Я сделала большой глоток сока и попросила еще. Это заставило маму улыбнуться, а Зейна – взбеситься.
— Все равно пройдет еще шесть лет, прежде чем я смогу претендовать на должность генерального директора, – сказала я маме, пока она снова наполняла мой стакан. — Меньше, если я выйду замуж и рожу детей.
 Кувшин застыл в воздухе при упоминании о браке. Мама выглядела ошеломленной, а Зейн разразился хохотом.
— Дети? Ты?
 Выражение моего лица оставалось невозмутимым, пока мама отчитывала его.
— Прекрати, Аксель, – шикнула она, возвращая свое внимание ко мне. — Что на тебя нашло, Beta11? Ты никогда раньше не говорила о браке или детях.
— От прошлых руководителей Ambani Corp ожидали, что они женятся и заведут детей. – Эта мысль пришла мне в голову недавно - концепция, которая больше не отталкивала меня. — Если я выйду замуж, это покажет совету директоров, что я разделяю их ценности, что я стабильна и заинтересована в том, чтобы представлять семейный бизнес. И вполне логично родить детей до того, как я стану генеральным директором. Я не смогу позволить себе взять декретный отпуск после вступления в должность. Лучше закрыть этот вопрос сразу.
— Поппи, – недоверчиво произнесла мама. — Детей не заводят для того, чтобы закрыть вопрос. Рождение ребенка - это серьезное обязательство.
 Я лениво пожала плечами.
— Я найму няню, чтобы помогла с этим.
 Не говоря уже о том, что я прекрасно ладила с детьми. Однако ни за что не призналась бы в этом вслух, так как не хотела давать Зейну больше поводов для смеха.
— Этим? Ты говоришь о ребенке? – мама казалась изумленной. — Поппи, ты не должна принимать решения, основываясь лишь на том, чего ожидает правление. – Она замерла, когда на ее лице появилось выражение ужаса. — О, Боже, ты задумалась о браке с Парисом? Прежде чем ты примешь опрометчивое решение...
— Это не Парис. – Я прервала ее, чтобы ее истерика не приняла серьезный оборот.
 Мама вздохнула с облегчением, прежде чем новое направление мыслей омрачило ее эмоции. Она перебрала в голове ограниченный список моих приятелей в поисках возможных альтернативных кандидатов. Когда таковых не нашлось, она спросила:
— Тогда кто?
 Зейн выглядел самодовольным, когда объявил:
— Я полагаю, что некий отправитель цветов вдохновил её на внезапный интерес к браку. – Мой взгляд сузился. Он же не мог знать, верно? Зейн разрушил мою иллюзию безопасности, когда продолжил: — Неужели ты думала, что Дэймон Максвелл может прислать цветы в мой дом так, чтобы я об этом не узнал?
— Что?! – если мама пришла в ужас при одной мысли о Парисе, то при упоминании Дэймона Максвелла она чуть не упала в обморок. — О чем он говорит?
— Ни о чем. – Я молча приказала Зейну заткнуться.
 Я сделала предупредительный выстрел, чтобы напугать Зейна и заставить вернуть мою фотографию. И совершила серьезную ошибку, недооценив его, когда нажала на курок лишь наполовину. Надо было либо отравить его до смерти, либо вообще ничего не подмешивать в еду. Эта маленькая демонстрация разожгла его гнев, и он нанес ответный удар. В конце концов, мы были сделаны из одного теста. Я должна была догадаться, что он тоже собирает на меня компромат. Моим ядом оказался Дэймон Максвелл.
— Леви отследил вчерашние цветы до первоначального отправителя, – как ни в чем не бывало объяснил Зейн маме, скользнув взглядом по букету в другом углу комнаты. — За них заплатил Дэймон Максвелл. Ну, знаешь, тот, которого обвиняют в убийстве ее кузена.
 Мама прижала кувшин с апельсиновым соком к груди, словно отгораживаясь от новости.
 Мои пальцы крепче сжали стакан. Я не могла поверить, что Зейн доносит на меня. Нам что, пять лет?
 
— Надо отдать ему должное, – продолжал пренебрежительно бубнить Зейн. — Максвелл точно знает, что делает.
— Заткнись. – Зейн не имел права произносить имя Дэймона. Это было равносильно тому, как если бы демон поминал имя Господа всуе. — Ты ничего о нем не знаешь.
— Я знаю, что он устраняет своего главного конкурента, преследуя тебя, – парировал Зейн. — Если ему удастся уговорить тебя выйти за него замуж, он получит клиентов Ambani Corp, а затем распустит вашу компанию.
 От этого замечания у меня дернулся глаз. Вчера Дэймон поднял вопрос о браке. Возможно, в оценке Зейна есть доля правды?
 Я решительно отвергла это. Нет. Я видела выражение лица Дэймона, когда обнимала Нила. Его можно было описать только как жажду. Искренний разговор, который мы разделили в постели, был настоящим. То, что происходит между нами, важнее наших амбиций.
— Это смешно. Дэймон знает, что я никогда не выйду замуж без железного брачного контракта, – ответила я небрежно.
 Мама побледнела.
— Так это правда?
 Проклятье.
— Я... я не понимаю. Я думала, у Дэймона Максвелла были тайные отношения с Розой.
 У меня в груди всё заледенело.
 Сообщения, которые Ник обнаружил в телефоне Розы, стали общеизвестными в нашей семье. Все узнали о влюбленности Розы в Дэймона Максвелла, но не было никакого способа доказать, что чувства не были взаимными.
— Поппи, мне кажется, это действительно плохая идея, – медленно проговорила она, парализованная страхом. — Возможно, я не дала Парису достаточно шансов. Давай вернемся к нему как к варианту… – мама замолчала, не в силах закончить предложение. — Нет. Не могу выговорить это с серьезным лицом. Пожалуйста, не выходи замуж за Париса. И уж точно не выходи замуж за Дэймона.
 Я глазами метала кинжалы в Зейна.
— Не позволяй ему провоцировать и раздувать из мухи слона, мама. Все, что сделал Дэймон, это прислал мне цветы. В этом нет ничего такого.
— Ничего такого? – мама выдавила из себя эти слова, с трудом веря в услышанное. Она принялась перечислять минусы. — Дэймон Максвелл слишком стар для тебя. Наши семьи ненавидят друг друга. Ох, и еще этого мужчину обвиняют в убийстве твоего кузена. Не говоря уже о том, что он соблазнил Розу, вероятно, по тем же причинам, о которых упоминал Аксель. И теперь, когда она нездорова, он открыл охоту на тебя. Как, по-твоему, я могу не беспокоиться о твоей безопасности?
 Должна признать, Дэймон выглядел не лучшим образом. Но как человек, проявляющий огромную осторожность с мужчинами, я доверяла своему внутреннему чутью. Мое суждение относительно Дэймона было здравым.
— Дэймон не был связан с Розой, и он не убийца. Зачем будущему нобелевскому лауреату убивать такого никчемного наркомана, как Рэян?
 Мама ахнула.
— Поппи, не говори плохо о мертвых. И мы не знаем всей истории о Розе. Даже если он не столкнул её, что, если он приложил к этому руку? Никто не видел Дэймона больше часа. Он был единственным, кто отсутствовал на вечеринке.
— Он не был единственным, кто отсутствовал. Мы были вместе, – выпалила я, бросив быстрый взгляд на Зейна. Он высокомерно усмехнулся, потому что я сама подставилась под удар, и ему не пришлось ничего делать, кроме как заложить основу.
 В комнате воцарилась гробовая тишина. Маме потребовалось несколько мгновений, чтобы прийти в себя.
— Что значит, вы были вместе? – её голос был почти неслышен. — Почему ты была наедине с Дэймоном Максвеллом больше часа?
 Я не ответила, ожидая, пока мама сложит два и два.
 На маму снизошло понимание, за которым последовало разочарование, которое она не смогла скрыть.
— Роза влюблена в этого мужчину, и он обманул ее по бог знает каким причинам, – прошептала она с грустью в голосе.
 Я видела это по маминому лицу. На нем была написана жалость. Она считала, что Дэймон использует ее маленькую девочку, отвлекая своим симпатичным лицом.