Роковая одержимость

 Кайден схватил стерильную марлю, чтобы обернуть вокруг ее головы, когда полотенца пропитались кровью. Он повторно измерил пульс Розы и повторил информацию оператору. Даже отсюда я слышала, как колотится его сердце от страха. Я бросила на него недоуменный взгляд. Я мало что знала о Кайдене Максвелле, но не ожидала, что он будет настолько заинтересован в благополучии Розы.
 Человек на телефоне что-то сказал, и Кайден надежно обернул голову Розы новым полотенцем поверх марлевой повязки. Он поднялся с ее бессознательным телом на руках, ее голова упала ему на плечо.
— Что ты делаешь? – я вскочила на ноги.
 Кайден двинулся сквозь толпу.
— Скорая помощь подъезжает. Потребуется слишком много времени, чтобы найти ее, если им придется пробиваться через всю эту толпу. Я отнесу ее на улицу.
— Хорошая идея. – Дэймон расчищал путь для Кайдена. — С дороги.
 Я последовала за ними быстрыми шагами, потому что они были правы. Этот огромный дом был не чем иным, как лабиринтом, и продирание сквозь толпу могло добавить лишних пятнадцать-двадцать минут. Судя по всему, время было не на стороне Розы.
 Я достала телефон и набрала номер на ходу. Сначала я позвонила родителям Розы. Когда ответа не последовало, я набрала следующему человеку в своем списке.
— Поппи. Привет! – мамин жизнерадостный голос звучал неправильно, учитывая серьезность ситуации.
— Мама, – прошептала я в трубку.
 Я едва успела заговорить, а мама уже поняла, что что-то не так.
— Что случилось, детка?
 Наступила долгая пауза, пока я пыталась объяснить, что произошло.
— Поппи. Все в порядке? – снова спросила она.
— Нет. Не в порядке, – честно ответила я. — На самом деле все, черт возьми, не в порядке. Тебе нужно вернуться домой.
 После нескольких последующих вопросов вой сирены заглушил мамин голос. Кайден переключился в режим врача, когда парамедики вынесли носилки.
— Мне пора идти, – сказала я маме. — Увидимся, когда ты вернешься.
 Я была шокирована, обнаружив, что Дэймон практически приклеился к моему боку и наблюдал за мной, пока я вешала трубку.
— Твоя мама возвращается домой?
— А?
 Дэймон кивнул на мой телефон.
— Она возвращается в Америку?
 Я не придала большого значения тому факту, что он знал о мамином отсутствии в стране. Но я все еще скептически относилась к его намерениям.
— Почему ты помог нам сегодня? Я думала, при вступлении в вашу компанию требуют клятву нашего уничтожения.
 Дэймон выглядел позабавленным, хотя ничего забавного в этой ситуации не было. Наши семьи никогда не разговаривали друг с другом, если только не ссорились. Его помощь с Розой была беспрецедентной.
 Переключив внимание на парамедиков, я поняла, что они загружают носилки.
— Подождите. Я поеду с вами, – сказала я одному из фельдшеров, хватаясь за ручку, прежде чем он успел закрыть двери.
 Фельдшер покачал головой.
— Допускается только один человек в сопровождении. Вы можете ехать за машиной скорой помощи и встретиться с нами в больнице Норт Шор.
 Я мельком увидела Кайдена, сидящего рядом с Розой.
— Но Роза – моя кузина...
 Дэймон положил руку мне на поясницу, заставив отступить.
— Без проблем. Она встретит Вас там.
 Фельдшер воспользовался этой возможностью, чтобы закрыть двери и умчаться прочь. Громкий вой сирен заглушил происходящее вокруг нас.
 Я вывернулась из объятий Дэймона.
— Что ты делаешь? Посторонним не разрешают сопровождать пациентов.
— Они предпочли Кайдена, поскольку он врач и предоставил им информацию о ее состоянии, – терпеливо объяснил он. — Мы встретимся с ними в больнице.
— Мы? Если моя семья заподозрит, что кто-то из вас находится в больнице…
 Я заметила, как из особняка выходят мои кузены, похожие на банду.
— Максвелл!
 Джиа, Ник и Сэм, спотыкаясь, вышли из дома, устремив свирепые взгляды в нашу сторону. Маски Дэймона больше не было. Должно быть, люди узнали его и сообщили моим кузенам, что он проник на вечеринку.
— Как ты смеешь показываться здесь? – прорычал Ник.
 Казалось, что Дэймона раздражал сам факт их существования, хотя у него хватило здравого смысла не вступать в бой на их территории.
 
 Мои глаза испепелили Ника, когда он подошел ближе.
— Не сейчас, – предупредила я.
 Ник недоверчиво посмотрел на меня.
— Не сейчас? Ты серьезно? Этот человек убил Рэяна…
 Я подняла руку, не заинтересованная в этом утомительном споре.
— У нас нет на это времени. Розу увезли в больницу. Бери машину, нам нужно ехать.
 Джиа и Сэм замерли при упоминании больницы.
— Что значит, ее увезли в больницу? О чем ты говоришь?
— Она упала со второго этажа. Или те люди, которые доложили о нем, – я ткнула большим пальцем в Дэймона, — забыли упомянуть об этом, потому что были под кайфом? Ее забрала карета скорой помощи, так что поехали.
 В идеале, я бы оставила их бесполезные задницы, но я слишком много выпила. Арест за вождение в нетрезвом виде сейчас не помог бы Розе. Когда никто из них не пошевелился, я повторила:
— Сейчас же!
 В то время как Сэму и Джиа хватило здравого смысла отбросить свою ненависть ради благополучия кузины, Ник обдумал полученную информацию и повернулся к Дэймону.
— Он сделал это.
 Я закрыла глаза, борясь с желанием повалить его на землю.
 Ник продолжил свою тираду.
— В последний раз, когда он появился на вечеринке, Рэян оказался мертв. Роза только что упала со второго этажа, и он снова случайно оказался рядом.
 Я пошла прочь, отказываясь участвовать в этом безумии. Дэймон легко догнал меня и грациозно повел к своей машине, спрятанной за домом. Он проигнорировал последовавшие за этим громкие обвинения Ника, занявшись тем, что открыл для меня дверь со стороны пассажира.
— Все будет хорошо, – пробормотал он, когда я пригнула голову, забираясь внутрь.
 Я кивнула, пристегиваясь. Было странно находить утешение в моем враге, но ведь это не он разглагольствовал о теориях заговора, продиктованных ненавистью.
 Пару месяцев назад у нашего кузена Рэяна возник жаркий спор с Дэймоном Максвеллом на вечеринке. Спустя всего несколько часов его нашли убитым. Это было неудачное совпадение, но Амбани были взвинчены с момента его смерти. Они были убеждены, что это сделал Дэймон. Вдобавок к случившемуся, кто-то вторгся в мою предыдущую квартиру, и моя семья настаивала, что за этим стоят Максвеллы. Мама все плакала и плакала, пока я, наконец, не согласилась переехать к ней, потому что дом моего отчима был построен как крепость с многочисленными мерами безопасности.
 Максвеллы думали, что я собираю улики, чтобы выставить Дэймона убийцей. Это не могло быть дальше от истины. Я пыталась опровергнуть ложное обвинение. Разумеется, генеральный директор ведущей компании и филантроп, пропагандирующий ненасильственные меры, не убивал Рэяна. Дэймон Максвелл был олицетворением добра и руководил множеством всемирно известных благотворительных организаций. Это сделало его знаменитым и невероятно популярным. Бесплодные теории заговора, спровоцированные безумными членами моей семьи, были проигнорированы представителями закона. Это также сделало нас печально непопулярными за демонизацию общественного героя.
 Заявление о том, что Дэймон хладнокровно убил Рэяна, положило начало новой эре непрекращающейся вражды, которая ранее ограничивалась залами заседаний. В какой-то момент это соперничество стало роковым. Непродуктивные обвинения стоили обеим семьям миллионов долларов в бизнесе, клиентов и плохой рекламы. Если мы не сможем положить этому конец, вскоре придется прибегнуть к массовым увольнениям.
 В связи с этим Амбани еще больше раскручивали спираль осуждения Максвеллов. Именно поэтому мне нужно было, чтобы Софи отказалась от своих показаний. По какой-то причине она солгала, утверждая, что Дэймон был последним, кто видел Рэяна живым. Не было никакого смысла в том, чтобы одна из ближайших подруг Дэймона выставляла его в дурном свете, если только он не скрывал что-то похуже убийства. В любом случае, Софи должна была отозвать свои показания, чтобы у нас был шанс продвинуться вперед.