Мора (СИ)

— Да, вы правы. Сын сказал мне, что вам нужны воины, так ведь? — оба сели и теперь обменивались репликами с места.
— Да. Лэя Морайя уверяет нас, что последняя надежда нашего мира — попасть на Даархит и найти дракона раньше, чем его уничтожит враг, — поскольку обращался лэй Танон исключительно к Моравану, игнорируя меня и Мунона, то и отвечал за нас всех сейчас князь, — Лэй Ташасскар получил сведения от своего Бога-Покровителя, и они весьма неутешительны: нежити возле его родного гнезда очень много. Всё бы ничего, но нам нужно будет вступить в бой и продержаться до прилёта драконов.
— Драконов? Сын сказал, что Наследница носит в амулете яйцо дракона, но мы так и не поняли, чем это нам поможет.
Поскольку Тамона знал не всё, лишь то, что ему рассказали мы, в разговор вступил Оворн и подробно пересказал наше путешествие. Сорхиты сидели как статуи, осмысливая то, что Доннийской империи больше нет, как и Ваанты, как и Демонской, как и города- гнезда воронов. Я только губы презрительно кривила — а они что думали. что мы от нечего делать к ним плыли?
— Мы не знали… Так вы… — наконец поднял он на меня взгляд, — Вы спасли их всех?
— Не буду преувеличивать свои заслуги, но да, спасла. Мне помогали мои преданные воины. Если бы не они, то ничего бы не удалось. Мы можем справиться и своими силами, лэй Танон. Но как вы будете жить дальше, зная, что именно ваш отказ стал поворотной точкой в войне? — я раскинула жадную тьму вокруг, она лизала голубой стол с нежной, воздушной скатертью. Мой голос проник в душу каждого: сорхитцы впервые ощутили его и сейчас ошарашенно выдыхали, испытав почти оргазм — я не скупилась на эффект. Демоны благоговели и улыбались, глаза горели от удовольствия. Я послала им свою силу, и каждый получил ласку, ободряющую и обещающую. Вороны раскрыли крылья, сбив в стороны тамонцев и саашту.
— Мы ещё не сказали, что не согласны! — запротестовал ошалевший от моего голоса правитель, — Но с чем останемся мы, когда вы заберёте лучших из лучших?
— Ваш Тахенна не принял мою тьму… — задумчиво уселась я обратно на стул, — Оворн? Мораван? Эми?
— В принципе, стихии у нас родственные, так что… — задумался Тамона, — Можно задействовать вашу тьму во внешнем круге, опоясав ледник по окружности. Тогда она не войдёт в конфликт с сердцем города…
— Это может сработать, — подтвердил Оворн, — Мы поможем со стихийными щитами, а Мора займёмся ледником.
— Мы оставим вам несколько амулетов с ментальной защитой от Чёрных червей, — сказал Эмиасс. Он продемонстрировал один из таких, подняв его над столом.
— Тогда… — начал было правитель, но жена перебила его.
— А Муни? Мы не можем отпустить его! Я не могу больше терпеть это! — плакала женщина, — Ты ведь наш единственный ребёнок! Если бы… — она кинула взгляд на Доиту, — если бы ты оставил нам хоть внука…
Я понимаю, что сказано было от горя и переживаний, но от этой бесстакности мы все просто онемели. А бедная бывшая невеста, на которой скрестились все взгляды сидящих в зале, и вовсе готова была провалиться под землю. Она кинула один только тоскливый взгляд на Мунона, и я поняла, что в принципе её устроит и это. Но её брат встал и выдернул её, как морковку из грядки за руку.
— Моя сестра не гулящая девка, чтобы оставаться одной с младенцем! У вас есть невестка, а нас оставьте в покое! — и вытащил её из зала. Даархит тоже бесился, не имея возможности ответить на это оскорбление, ведь сказано оно было правительницей.
Едва Мунон встал и также потянул меня из зала, как его мать с плачем повисла на нём, уговаривая не уходить. Даже меня молила. В итоге именно я и усадила сорхита на место, все замолчали, переглядываясь.
— Матерью моих детей будет только моя жена! — твёрдо и бескомпромиссно сказал принц, — Сегодня я проведу вечер с вами, отец, чтобы успокоить мать, но завтра с утра мы наложим защиту и проведём смотр воинов. Мы не станем брать тех, у кого есть маленькие дети или пожилые родители. Но вы должны понимать, что сейчас здесь сидят те, кому есть что терять! — указал он на нас всех.
 
Без особого аппетита поев, мы порасходились по комнатам. Мунон помолчал немного, потом извинился, сказал, что обещал матери и отцу побыть с ними.
— Конечно! Я всё понимаю, Муни! Они так волновались за тебя, а теперь будут бояться ещё больше, ведь мы сразу же и уйдём.
— Ты не сердишься на маму? — спросил он.
Вместо ответа я прижалась к нему, ласково поцеловала, мы молчали и впитывали этот миг всей сутью. Отныне и навсегда мы вместе, я не откажусь от него и он от меня — тоже.
— Иди…
— Ты сегодня сама не своя. Если хочешь… если нужно… вороны… — я закрыла ему рот жадным поцелуем.
— Возможно! — сказала я и многозначительно посигналила глазами, — Возможно это так, но…
— Не ломай себя для меня, не надо. Твоя сила ужасает и потрясает. Я даже представить не могу, как ты ею управляешь! Если вороны хоть в половину сильны так же, как ты, то их срыв грозит нам катастрофой! — он свёл мои руки вместе, огладил вязь, прижал к себе, — Ты — это ты, и я люблю тебя, не смотря ни на что.
Мунон ушёл, а я неприкаянно блуждала по его жилью. Зашла в ванную, из кранов лилась вода с теми же понравившимися мне пузырьками. Огромное зеркало во всю стену навело на мысли, как я буду смотреть в горящие страстью глаза… ворона… Боги! И чего вспомнила-то? Неужели и правда мне нужна их тьма?
В спальне была широкая кровать, заправленная синим покрывалом, ровная, как стекло. Шкаф, два стула, опять же зеркало. Зачем они здесь в таком колличестве? Неужели мой принц так самолюбив, что смотрит на себя с маниакальным удовольствием? Хмыкнула согласно: он и правда совершенство, я его обожаю! Лазурные волосы, нежные, ласкающие пальцы; огромные глаза, таинственно мерцающие голубыми искрами, тонкий нос и алые, сладкие губы, от которых не оторваться!
Мунон ушёл уже с час как, а вороны ещё не пришли? Выжидают ещё немного? Перебрала его книги. Заметки о путешествиях — значит, и до него кто-то приплывал к нам! Вот здесь описаны расы на Лонре: демоны представлены опасными, хитрыми и жестокими созданиями, саашту — суровые и прекрасные воины; донну — высокомерные и неразговорчивые; вороны — опасны!! Именно так, с такой интонацией! Рисунки… Мать, отец, Доита… Девушка смотрела всегда с такой любовью… Жаль, но Мунона я уже ей не отдам. Единственный раз, когда я почти поступилась своими принципами… и не жалею!
Эмиасс не отзывался, только переслал ощущение ленивого созерцания. Наверняка пьют с нашими демонами. А может и с сорхитцами для знакомства? Оворн тоже закрыт от меня, связь упирается в глухую стену. Тогда займусь собой!
— Три Гидры вышли из Топей! — напевала я и мылила ногу, вытащив её из воды. На бортике мини-бассейна стояли бутылка с синим чудным вином, бокал, дымилась в железном днище одного из макетов кораблей Мунона сигарета из магоцвета. Я не знала, как здесь работает освещение, и повесила свои тьмяные шарики, они вбирали в себя голубой отсвет и делали всю комнату таинственной и загадочной. Вот бы ещё сюда Муни! Но его нет… родители… Я за папой тоже скучаю! Безумно! Сколько мы не виделись? Он и не знает, как сильно теперь всё поменялось, что у меня есть принц-консорт, что Аморат мёртв, что… да многое.
— Одну растерзал некромант, вторую — саашту, а третью сварили на кашку! — теперь вторая нога.
— Какое зрелище! Право, это стоило того, что я выпытал ключ у Доиты! — раздалось внезапно слева, от стены с зеркалом. Я повернула голову и увидела Донона! Не знаю, что взбесило меня больше: то, что ключ от этого помещения есть у бывшей невесты моего принца или то, что незванным гостем стал злобный сорхит, ненавидящий меня и Муни.
— А ты смелый, — пропела я, выпустив тьму. Она опутала его ноги, поднялась к горлу и сдавила шею. Внезапно Донон усмехнулся и разорвал путы моей некры. Все мои усилия убить его или покалечить пропали втуне! — Тогда я лично выброшу тебя отсюда!
Однако стоило мне выйти из воды, как наглая скотина тут же схватила меня в охапку и прижала к стене с такой силой, что едва не сломал мне спину! Я лихорадочно звала тьму, Нюю, Огонька, но что-то не давало воспользоваться ни одним из этих преимуществ! А меж тем в эти минуты сорхит лапал меня и явно намеревался отомстить Мунону традиционным для всех мужиков способом — взять его женщину. Я вцепилась в его руки когтями, кровь брызнула из глубоких ран. Донон зашипел и тряхнул меня снова, но я уже не надеялась на магию — только на себя. Удар коленом по самому дорогому он выдержал стойко, только зашипел и схватился за мои волосы, вынудив запрокинуть голову. Мы боролись молча и отчаянно. Он понял, что я не сдамся, и стал быстро снимать одежду, чтобы хоть это походило на измену. Я засмеялась, увидев его прискорбно маленький член, мой смех так взбесил его, что мысль о подстроенном изнасиловании тут же вылетела из его головы. Теперь он готов был убить меня, и не знаю даже, чем бы всё закончилось, если бы не ворвавшиеся вороны!