Мора (СИ)

Тамона молчал, опустив глаза. Я повздыхала и успокоилась, отстранилась от Оворна. Кивнула, что мы можем продолжать.
— Я не знал. С вами всё в порядке? — я кивнула ему и указала на его место. Слишком он близко, я нервничаю. Встал, поклонился и ушёл к себе. Племянник его внимательно следил за нами, — Вы обещали рассказать, для чего вам дракон. И ещё… моя дочь не знает о том, что принц Заоран ей родной брат, так что…
— Должны вас разочаровать, князь, — вступил в наш разговор Нангаран. Густой, красивый голос ворона завораживал. Я стрельнула в него глазами из-под ресниц, наткнулась на глухую стену и надулась. Ах, как же я хочу увидеть их реакцию на то, что мне их фактически подарили! — Принц уже знает. В первый же вечер лэя Морайя выудила старые тайны с лёгкостью бывалого фокусника. Заоран разозлился…
— Нангаран, верно? — спросила я. Ворон недовольно зыркнул на меня, но кивнул, — Дело в том, что ваш принц всё время выказывал мне своё негативное отношение ко мне, раздражался и грубил. Но после Драконьего острова наши отношения поменялись… Настолько, что я надеялась на взаимность. А когда мы приплыли к берегу Тамоны, его будто подменили! Гнев был его извечным спутником, он стал невыносим. Эта малышка сводила его с ума, он не мог понять, что чувствует к ней, и от этого срывался на нас. Не расскажи я об этом, это пришлось бы сделать Ваорану! Вы думаете, что князь-ворон смог бы спокойно наблюдать за их романом?
— Вы правы, но неужели стоило делать это так? — осудил меня его взгляд.
— Что же, это к лучшему, — заключил Мораван и показал, что он весь внимание, — Хотя мне и не лестно сознавать, что вы вытащили на свет мои тайны. Я берёг её как мог.
— Дракон, — начал Оворн. Я кивнула, чтобы он продолжил, — Изначально дракон нужен был для рождения Огонька, того самого яйца, что нашёл магистр Давасс. Но всё изменилось, когда Мора увидела мой Хран, — Оворн вытащил чешуйки и продемонстрировал всем. Князь впился взглядом в амулет, глаза изменились и стали драконьими! Я вцепилась в подлокотники и подалась в его сторону, — Два условия из трёх мы выполнили, но третье без полноценного дракона невозможно. Если мы не сможем снять Хран, то малыш скорее всего не сможет родиться! Кровь нужно смешать, дать часть души и много магии. Единственный живой, полноценный дракон сейчас лежит в песках Даархита, и возможно уже мёртв.
— Он жив, — прошипел Ташасскар, — Суашш сказал бы, если бы он умер!
— Судя по всему, Нурлак собирается не пустить нас к нему любой ценой! Мы подготовили амулеты от ментального влияния Генералов Бездны, но полностью они защитить не смогут — те набрали много сил, перебив жителей Ваанты, — сказал Турмалин, — Если подумать, то нам не помешает взять на борт ещё и сорхитцев!
— А отдаст ли ваш отец ваших воинов, лэй Мунон? — спросила я элементаля, — Или всё будет, как в вашем видении?
Мунон посмотрел сначала на Эмиасса, потом на меня. Он понял, что я знаю о всех их испытаниях, но смирил гнев, что было ему только в плюс.
— Я рассчитывал, что лэя Морайя с лэем Оворном помогут воззвать и поставить защиту на город! Мы, разумеется, не беззащитны: город защищён специальными чарами, у нас высокий ледник и Ледяной чертог с отвесными, скользкими стенами. Воинов у нас немного, но они тренированы и опытны — нежить приходила под наши стены не один раз.
Резкий хлопок ударившего ладонью по столу даархита прервал эту хвалебную речь. Сам он навис над Муноном карающим серафимом.
— И когда же ты решил это, друг? — шипел он сквозь клыки. Ало-зелёные чешуйки волнами ходили по вискам и ныряли за ворот куртки, — Стоило принцессе приласкать тебя, как ты совершенно потерял голову! Моя семья в опасности! Они могут сейчас умирать от ран, а я здесь и ничем им не могу помочь!
— Не смей так говорить о моей женщине, — с вызовом встал в полный рост Мунон, — Я всем сердцем сочувствую тебе, Ташасскар, но нам не выстоять, нас мало! Ты должен взять себя в руки и подумать спокойно!
— Пусть она реш-шит… — процедил змей и повернулся к нам с Оворном. Я боролась с двумя противоположными чувствами: с одной стороны я хотела насолить ему и сказать, что я заодно с элементалем, но с другой… я видела то, что мучило его, видела его родителей, как он ради них готов был сломать себя. И не ответила… отвернулась и закусила губу.
 
— Я чего-то не понимаю? — после продолжительного, напряжённого молчания спросил князь, — Насколько далеко находится ваш город, лэй Мунон?
— Если мы будем плыть так, как сейчас, то достигнем наших вод через три дня, — с жаром убеждал нас сорхит, — Ты ведь сказал, Ташасскар, что там безумно много нежити! Сколько нас? Пять саашту, двенадцать тамонцев и два обычных донну, девять демонов и их божественно прекрасная повелительница, дракон и двое воронов. И мы с тобой. Моя команда может вступить в бой, но они должны быть на корабле. Ты ведь знаешь, почему. Нас мало для победы. Даже не для победы, ведь мы вряд ли победим, а чтобы просто отвлечь толпу тварей от вас с Морой! Вы с нею и Оворном должны пробиться к дракону! Это наш единственный шанс, понимаешь?
— Я… согласен, — прорычал даархит и ушёл, хлопнув дверью. Мунон обессиленно рухнул на стул. Я ободряюще ему улыбнулась, он печально улыбнулся в ответ.
— Так всё же сразу мы поплывём не на Даархит? — уточнил Мораван.
— Видимо, нет, — ответил Оворн, — Лэй Мунон, что имела в виду Мора, когда напомнила вам о вашем видении?
Сорхит заледенел, представив реакцию родичей на своё появлении со мной вместе. Но мой взгляд встретил твёрдо и сказал:
— Я был помолвлен с девушкой, которая росла со мной в Чертоге. Она мне как сестра, но родители решили, что она должна стать моей женой. Доита надела мне на шею санамм и пообещала ждать. Ирония судьбы в том, что мой друг любит её больше, чем я, а я… люблю другую женщину, — синие озёра под стрелами ресниц нашли меня и открыли все чувства юного элементаля. Снова стук ножек стула — Марак встал и вышел, ничего не сказав. Ну и пусть! — В видении меня осудили мои родители, весь мой город… Я пошёл у них на поводу и отказался от своей любви. Она ушла. А потом пришла нежить, сильная, чёрная. Они смели нас, несмотря на всю нашу силу и магию. Не помог ни высокий ледник, ни воззвания… И теперь я возвращаюсь домой, чтобы принять их осуждение, их гнев. Я надеюсь, что отец окажется более благоразумным и выслушает меня. Нас.
— То есть мы сейчас рискуем проплыть лишние три дня и получить отказ от вашей семьи? — уточнил Нангаран.
— Кто эта женщина, лэй Мунон? — внезапно заинтересовался Мораван, — Это лэйя Морайя?
— Да, — подтвердил сорхит, — Я больше не откажусь от неё. Ни за что.
— Ладно, о ваших чувствах мы поговорим потом. Сейчас о насущном. Наша задача, как воинов? Мы должны защитить город даархитов, или же мы должны просто сдержать нежить? — князь делал вид, что ему абсолютно безразлично то, что Мунон рассказал недавно, но я видела его досаду.
— Ваша задача, — вступил в разговор Ланнар, как мой негласный полководец. Кивнула ему согласно, подтверждая его право, — Сдержать нежить, отвлечь её. Мора, Оворн и Ташасскар уйдут подземными ходами к Серым скалам. У их подножия и лежит наш дракон. Да, Мори, я уже всё выяснил. Когда родится дракон, что один, что второй, — сыронизировал мой огненный первый, — Они позовут своих в наш мир. Драконы чуют сородича за многие километры, и другой мир им не преграда. Даже если нам придётся ценой своей жизни заплатить за это, мы пойдём до конца! Это наш единственный шанс, Мораван.
— Понимаю, — кивнул Тамона. — Адаван, твои предположения оказались верны.
Племянник князя склонил голову, глаза довольно сверкнули. А я сгорала от любопытства: о чём они? Эмиасс, помня мой наказ, не стал читать их мысли, что тамонцы сразу отметили и успокоились.
— Что вы имеете в виду, князь? — я привстала и опёрлась о стол. Не скажу, что отреагировали все, но те, чьё внимание мне было бы лестно, не обошли вниманием мою грудь.
— Он сказал мне, что у вас запах как у дракона. Наверно, это из-за малыша — вы стали давать друг другу много больше, чем магию и привязанность, — я вздрогнула, вспомнив сегодняшнее видение. Князь отметил мою нервозность и поспешил успокоить, — В этом нет ничего страшного, Мора. Это сделает вас сильнее, да и вашу связь тоже.