Мора (СИ)

— Огонёк тоже забрал часть той некры, что вы выпили из Кукловода, направил её на свои нужды: рост, развитие. Но эта некра крайне неприродна для вас. Рекомендую смешать её с вашей тьмой. Ваши младшие супруги подойдут для этой цели лучше любого из нас, — какой холодный, учёный тон! Да уж, дракон ненавидит меня ещё больше чем Заоран.
Я не спешила следовать совету дракона. Мы с Али и Суаном стали у борта, поговорили. Они рассказали, как им тяжело пришлось с бешеным вороном. Тот сразу же отошёл от них и бился в гордом одиночестве. А мои младшие защищали женщин и детей, раз за разом отбрасывая червей от двери. Те, как заговоренные, лезли туда с настойчивостью и отчаянием. Тьма обжигала их, причиняла нешуточную боль, но замороченные твари продолжали штурмовать вход в кормушку.
— Мои милые! Вы такие молодцы, вы самые смелые котятки! — Суан смущённо зарделся, а Али погрустнел, — Что с тобой, Али?
— Мы уже взрослые! А вы нас называете малышами… — услышав эту почти детскую обиду в его голосе, увидев милые надутые губки, я просто не выдержала и зацеловала его. О, боги!
Мгновенно плеснулась тьма, укрыв нас сплошным чёрным облаком. Какие-то паруса, снасти, нам было всё равно, что под нами. Жадно, нетерпеливо стаскивала я с них одежду, они — мою. Каждая ласка била по нервам, дыхание останавливалось, сердце билось неистово, на пределе. Мой Али горячим, нежным языком проделал дорожку от груди к лону, скользнул в него и свёл меня с ума. Мой Суан накрыл ладонью одну грудь, ласково сжал сосок, его губы уже накрыли второй, второй рукой он гладил мои руки и плечи. Стон, общий на троих, и мы стали одним целым. Неспешно, смакуя наше единение, сладкий миг единства и любви, мы двигались в едином ритме. Я знала, что они сейчас счастливы до безумия, они на небесах… как и я… Сколько мы отсутствовали, я не знаю, но когда я развеяла щит, были видны снежные пики Сонных гор.
Довольно улыбаясь и сладко потягиваясь, я подошла к мужчинам, обсуждающим маршрут. Мы с младшими вытащили по бутерброду и стали с аппетитом жевать, вызывая раздражённые нашим счастьем гримасы у остальных.
— Уже виден залив, вон и стража Тамоны, — кивнул на берег Асунат, — Червей пока не видно, но возможно они ещё здесь.
— Здесь, — подтвердил Эмиасс, просканировав водные просторы, — Рад, что тебе лучше, любимая!
— Надо дать им знак что ли… — сказала я и кивнула с благодарностью Эми.
— Я полечу на берег и скажу им, кто мы. Можно? — и так трогательно это было слышать от большого, сильного воина — саашту, что я прямо опешила.
— Конечно, Латакк. Только вернись назад, ведь нам нужно будет пройти меж скал, — ласково обратилась я к нему. Приосанился, склонил почтительно голову и сменил облик. Большая серая гаргулья взмахнула огромными крыльями и взлетела.
Мы следили за полётом с волнением и опаской: а что если Тамона не признают принца и пристрелят? Нет, не думаю, что это и правда возможно, но ведь кто их знает.
— Долетел… — волновался рыжик, просто впиваясь глазами в далёкий берег, — Разговаривают.
— Да всё будет нормально, не волнуйся! Это же твой народ. Приютят же они вас, куда денутся? — Асунат дёрнул уголком губ, показывая своё недоверие к гостеприимству снежного лорда.
Разговор закончился довольно быстро: Латакк снова стал крылатым и направился к нам. Приземлился и сразу стал прятать глаза. Рыжик даже отступил от этикета и встряхнул его пару раз, вынуждая рассказывать.
— Они сказали, что готовы оказать помощь своим соплеменникам… — замолк. Эмиасс гадливо скривился. Я поражённо на него посмотрела, тогда мой Турмалин по связи показал детали разговора с Тамоной. Отказ дать приют всем тем, кто донну не является.
— А нам? — спросили принцы-чужаки, мои котята, Эми с Ланнаром, Заоран и Оворн ждали ответа с такими минами, что стало ясно — Тамона ещё не раз пожалеют об этом решении.
— Всем кроме некромантов тоже разрешили пройти, — смущённо повторил приказ стражей саашту.
Мы с младшими и Заораном переглянулись. Я всё выше и выше поднимала брови, а улыбка просто превратилась в оскал.
 
— Латакк, а как нам пройти в Долину? Я имею в виду, не заходя к северным князьям, — саашту замялся. Вход в Стамаду был тайной для всех остальных рас Руанави, и он не хотел открывать её нам, — Не нужны подробности. Просто скажи: долго до вас добираться?
— Нет, несколько дней лёту, — расслабился принц, но видя наши лица, сообразил, что ответ нам не нравиться, — Есть тоннель. Недалеко от Тамоны, для торговли и визитов. Там тоже стража, но она с обоих сторон, так что нас пропустят и проведут.
— Прекрасно! Асунат, ты должен решить сейчас же: ты идёшь с нами и все твои сородичи, или вы остаётесь у Тамона в замке. Не знаю, насколько они сильны, смогут ли защитить вас от нежити, но всё же лучше чем в воздушном, совершенно небезопасном Дэмалалле…
Пока рыжик думал, Латакк поднялся в воздух и указывал элементалям путь сквозь рифы. Один из спасённых нами донну, бывалый моряк, тоже помогал проложить курс. Заоран весь почернел от злости. Я подошла к нему и прошептала: " Мне знакомы твои чувства, Зари. Точно так же как эти Тамона, ты относился ко мне!". Отвернулся, хлопнул крыльями.
Наконец, нос корабля плавно заехал на берег. Стражники северного князя, закутанные в тёплые серые плащи, у каждого нагрудник из нутаги, мечи с такими же кромками, как и у саашту — сомкнули строй и стали живым заграждением на берегу. Ну-ну, боялись мы вас.
— Приветствую вас, северные сородичи! — вышел к ним Асунат. Холодный северный ветер трепал яркие рыжие волосы Правителя, но он не обращал на это внимания. Сейчас он ступил на свой привычный путь — путь интриг и переговоров. Мне он так и не сказал, что же он решил делать дальше, — Мы бежим из разрушенного Дэмалалля. Со мной все, кто выжил после нападения магрийских тварей и их хозяина, Бога-Паука Нурлака. Своим спасением мы обязаны Наследнице клана Чёрных Алмазов Морайе Сатрэйе. Она и её сородичи, Эмиасс Турмалин, Ланнар Рубин, принцы Даархита и Сорхита, маг Оворн, принцы Латакк и Заоран Рагран — все они мужественно сражались, защищали нас. Мы просим у вас приюта, надеясь на ваше гостеприимство.
От стройного ряда стражей отделился один и подошёл к рыжему. Снял капюшон, холодно улыбнулся, увидев удивление Асуната. По холодным, враждебным взглядам обоих, мы поняли, что это и есть князь Тамона. Я села на трапе, свесила ноги. Они были так близко, что я не утерпела и погладила своего рыжика по его гриве.
Сказать, что этот жест заметили, значит не сказать ничего! Асунат с гордостью и радостью поймал мою руку и поцеловал в ладонь. Тамона медленно, неспешно перевёл взгляд с моей руки на мои ноги, грудь, лицо. Белоснежные волосы, искрящиеся, как снег в лунном свете, бледные розовые губы, чёткий, горделивый профиль, серые, как грозовые тучи глаза — князь был воплощение льда и холода. Пока я дразнила его и склоняла голову то на одну сторону, то на другую, он лишь следил за мной сузившимися глазами. Но стоило мне встать и выпустить крылья, отшатнулся от нас с Асунатом и махнул своим воинам. Те наставили на нас луки, стрелы были все с нутаговыми наконечниками.
— Не стоит этого делать, князь! — предупредила я. Мой голос сладкой волной накрыл мужчин. Младшие счастливо охнули, Эмиасс и Ланнар стали по бокам и тоже раскрыли крылья, — Тому есть несколько причин. Первая, — сошла я на берег, пристально всмотрелась в глаза одного из воинов, он смотрел куда-то поверх моей головы, но его нос жадно вдыхал мой запах, — Мой жених Эмиасс Турмалин — сильнейший менталист в клане и в мире. Он за миг сварит вам мозг вкрутую. Неприятно, поверьте! Второе: стрелы не причинят нам вреда, а вот мы вам — да, вполне. Сладкий, как тебя зовут? — склонилась я к розовеющему уху самого молодого из тамонцев. Лёгкий поцелуй в шею, и он отскакивает как от ожога, я довольно засмеялась и облизала губы — Нам нужно пройти в Долину Стамады и оставить там женщин и детей. Мы спасли их, но не можем таскать их с собой всё время: нет припасов, да и дел полно.