Темный свет (ЛП)
— «Да. И что твой второй брат, Джош, может спасти компанию, но ему нужно вливание капитала».
— «Другими словами, Ник просил тебя уговорить меня вложить деньги в бизнес».
— «Он в отчаянии».
Фонтана пожал плечами. — «Наверное, его послала Маргарет. Она самая отчаянная в семье».
— «Кто такая Маргарет?»
— «Мать Ника, вдова отца. Она всегда считала, что компания должна достаться законным наследникам, законным детям ее мужа. Ее худшим кошмаром было то, что я каким-то образом заполучу Бернс и Ко. Когда этот кошмар сбылся, я подумал, что ее хватит Кондратий».
— «Ник сказал, что твой отец оставил тебе контрольный пакет акций, но ты отказался от наследства».
— «Да. В тот день, когда завещание было оглашено в офисе адвоката, я подписал документы о передаче моей доли Бернс и Ко. обратно законным наследникам моего отца».
— «Ты знал о проблемах фирмы, когда отказывался от наследства?»
— «Нет, и Маргарет тоже». — Его улыбка была холодной. — «Ирония жизни. Она испытала такое облегчение, что потом даже прислала мне маленькое сухое благодарственное письмо.»
— «Хорошо», — сказала она, — «так когда же все узнали, что Бернс находится в серьезной финансовой яме?»
Он съел немного рыбы, задумавшись. — «Джош, должно быть, понял, что у него проблемы вскоре после того, как он возглавил компанию. Вероятно, он потратил месяцы, пытаясь придумать какой-нибудь способ спасти ситуацию самостоятельно, прежде чем обратился ко мне».
— Ты говорил с ним?
— «Да. Мы поговорили, и я дал понять, что не хочу иметь ничего общего с этим бизнесом».
— «Почему твой отец в последнюю минуту изменил свое завещание и оставил Бернс и Ко тебе?» — спросила она.
— «Бернс был страстью моего отца», — сказал Фонтана. — «Он посвятил свою жизнь компании. Когда он понял, что его мечта превратилась в кошмар, он не смог с этим смириться».
Она опустила вилку. — «Именно поэтому он покончил с собой? Потому что ему грозила финансовая катастрофа?»
— «Да.»
— «Но это же глупо. Я имею в виду, что можно задуматься о самоубийстве, потому что узнал, что у тебя смертельная болезнь, или потому, что ты сделал что-то ужасное и не можешь с этим жить. Но приставить пистолет к голове, только потому, что у твоего бизнеса проблемы……
— «Слабак?»
Она покраснела. — «Прости меня. Мне очень жаль. Я не должна была этого говорить. Самоубийство — это большая трагедия. Твой отец, несомненно, страдал от тяжелой депрессии. Это такая же болезнь, как и любая другая, и к ней следует относиться соответственно».
— «Забудь о политкорректности. Правда в том, что мой отец был готов пожертвовать всем ради Бернса и компании. Черт, он даже заключил Брак по Завету ради бизнеса. Он хотел финансовых связей, которые могла дать ему семья Маргарет. а амбиции, необходимые для построения Бернса, были самой большой силой отца». — Фонтана пожал плечами. — «Ты знаешь, что говорят о твоей величайшей силе».
— «Это также твоя самая большая слабость», — тихо сказала она.
— «Верно. Единственная защита, которая есть у каждого, — это осознавать и то, и другое». — Вилкой он наколол еще кусок лосося. — «Разделяй и властвуй/ преумножай первое и остерегайся второго».
Она улыбнулась. — «Звучит как девиз.»
— «Спасибо. Время от времени мы, Боссы Гильдий, действительно задумываемся о таких вещах».
— «Не начинай», — предупредила она.
— «Извини. Не могу удержаться от того, чтобы время от времени не указать на то, что в твоем стереотипном представлении о Гильдии есть несколько недостатков». — Он взял бутылку вина. — «Это одна из моих слабостей».
Она подняла брови. — «Ух ты. Босс Гильдии, который признает, что у него есть слабость?»
— «Конечно. Но не публично. Я рассчитываю на вашу преданность жены, чтобы не допустить, попадания этой информации в прессу».
— «Черт возьми, еще один секрет Гильдии». — Она смотрела, как он наполняет их бокалы. — «Хорошо, твой отец всю свою жизнь жил дыша своим детищем, а когда он потерпел неудачу, он не смог этого вынести. Я до сих пор не понимаю, почему он оставил компанию тебе».
— «Все просто. Бернс была чем-то большим, чем просто финансовая империя. Мой отец намеревался сделать ее своим наследием, памятником, который будет жить и переходить по наследству из поколения в поколения после его смерти. Когда он понял, что фирма направляется прямо в катакомбы, он сделал единственное, что мог придумать, чтобы сохранить свою репутацию. Он переложил проблему на меня».
— «А смысл?»
— Разве ты не понимаешь? — Его рот изогнулся в невеселой улыбке. — «Мой отец полагал, что, когда «Бернс и Ко» в конце концов обанкротиться, это будет выглядеть так, будто это я оплошал, а не он. Он хотел, чтобы я взял на себя ответственность за его неудачу, чтобы его собственная репутация осталась незапятнанной».
— «Хм.»
— «Что?»
— «Твои отношения с отцом, очевидно, были довольно сложными».
— «Там не было ничего сложного. Я был его внебрачным сыном, источником унижения и смущения для его жены и ее элитной семьи. Он выполнял свои финансовые обязательства передо мной до того дня, пока мне не исполнилось восемнадцать. В остальное время он делал вид, что мы с матерью не существуем».
— «У меня есть новости для тебя, Фонтана. Такое описание твоих с ним отношений соответствует определению сложных».
— «Да?»
— «А, вот что думаю я», — сказала она. — «Твой отец был прекрасно осведомлен о твоем успехе в Гильдии. Он также знал, что ты построил свою собственную финансовую империю».
— «Это не империя. Я сделал несколько удачных инвестиций, но я и близко не стою к тем деньгам, которые крутятся в Бернс и Ко».
— «Только потому, что у тебя были другие приоритеты», — сказала она. Ее раздражала его нехарактерная тупость. — «Тебе было больше интересно стать главой Гильдии Кристалла, чем построить империю, поэтому именно туда ты и направил свою энергию и талант».
Он странно посмотрел на нее. — «Почему ты думаешь, что я мог бы построить такую же империю, как мой отец?»
— «Любой, кто может управлять Гильдией, может управлять и корпорацией. Тот же набор навыков».
— «Серьезно? Я думал, ты убеждена, что Боссы Гильдий чуть лучше мафиози».
Она улыбнулась. — «Как я уже сказала, тот же набор навыков».
Он выглядел удивленным. — «Интересный взгляд на корпоративный мир. Твой отец знает об этом?»
— Как ты думаешь, кто мне на это указал?
Он завис на несколько секунд, хотя нужно было знать этого мужчину, чтобы заметить внезапную тишину, указывающую на то, что она его удивила /застала врасплох.
— «Твой отец говорил тебе, что между генеральным директором и главой Гильдии нет большой разницы?» — спросил он, не удосужившись скрыть своего скептицизма.
— «Да. Конечно, у Босса Гильдии есть некоторые уникальные преимущества, когда дело доходит до избавления от конкуренции или решения кадровых проблем. Все эти удобные туннели. Но во все остальном……» — Она отвела одну руку, отмахнувшись от вопроса.
Фонтана медленно опустил вилку. — «Ты серьезно? Ты действительно веришь, что я мог бы построить бизнес-империю, такую же, как построил мой отец».
— «Конечно, если бы ты этого возжелал. Более того, твой отец тоже это знал. Он был бы дураком, если бы не осознал, что твой приход к власти в Гильдии и твое личное богатство были явным доказательством того, что ты унаследовал его таланты». — Она улыбнулась. — «И именно поэтому, Фонтана, он оставил Бернс и компанию тебе».
— «Он оставил мне умирающее дело, Сьерра».
— Разве ты не понимаешь? Ты сам говорил, что Бернс был для него важнее всего остального. Твой отец знал, что ты единственный, у кого есть шанс спасти его. В конце концов он поставил на кон свою репутацию и состояние. Вся семья в твоих руках».
Глава 35
Чуть позже он прислонился к перилам маленького балкона Сьерры, позволяя насыщенной пси окутать его. Элвис сидел рядом с ним, сжимая в одной лапе свою миниатюрную гитару. Туман был самым густым за весь месяц.