Ваша мама и семь гномов

Полчаса назад мы зашли в покои маленького принца. Я боялась спросить напрямую, сколько ему лет, чтобы не выдать себя. Мальчик так трогательно радовался, что мама пошла с ним, чтобы его успокоить, что и здесь я сделала очевидный вывод. Королева Виктория не баловала сына своим вниманием, хотя их спальни находились друг против друга.
– Давай ты ляжешь, а я посижу рядом, – предложила я. – Тебе мог присниться плохой сон. Мне вот тоже снилась всякая гадость, поэтому я и крикнула. Раз и второй.
  
Принц больше не задавал вопросов. Глядя на меня большими глазами, он юркнул под одеяло и улыбнулся так, что я совсем расстаяла. С недоверием осмотрела детскую, где почти не было игрушек. Деревянная лошадка-качалка с потертым седлом. Каучуковый мяч, который выглядел настолько твердым… – ну, прямо орудие убийства. Ни кукол, ни набивных или тряпочных фигурок, ни солдатиков и пушек. Королевского сына, похоже, не баловали.
Меня так и тянуло погладить его по голове или подержать за руку. Но я не представляла, как это будет воспринято. В углу жалась служанка в скромном чепце. То ли горничная, то ли няня. Когда принц уснул, она зыркнув на нас обеих круглыми глазами, выскользнула из комнаты. Еще какое-то время мы с девушкой посидели в тишине.
– Вы не Виктория, – наконец решилась она после череды деликатных покашливания. – Как давно вы здесь? Разобрались ли в своей магии и какой у вас план?
Хорошо, что я сидела. С другой стороны, моя собеседница привыкла рубить с плеча. Насколько это похвальное качество в мире придворных интриг? Впрочем, можно сэкономить на пенитенциарных учреждениях. Как я вижу, королевство у них не богатое.
– Три раза мимо, – вздохнула я. – А вот про сроки отвечу легко. Как только из покоев королевы стали доноситься вопли, то это была я. Где это видано, чтобы женщина с такой внешностью имела связь… ээээ… с представителем видового меньшинства. Или у вас гномов больше, чем людей?
Чего-чего, но если здесь примерно те же требования к внешности, то местную Викторию бог не обделил хотя бы в этом. И еще, конечно, у нее дети. Я же через столько всего прошла за свои почти сорок лет и не приблизилась к желанной беременности.
– Почему больше, не больше, – заторопилась принцесса, с которой мы еще не познакомились. – Просто у Виктории не было выбора. А вы хотите сказать, что, как только переместились, не применили магию, чтобы считать все подробности ритуала перехода и воспоминания вашего нового тела?
Она так натурально удивлялась, что и я на миг допустила, что совершила глупость. И тут же спохватилась:
– Откуда я возьму магию? Я до сих пор не уверена, что вы мне не снитесь. У нас такое разве что в сказках встречается. Раса всего одна, человеческая… Зато у вас я сразу вляпалась в самую настоящую волшебность. Пришлось отбиваться.
Принцесса, кажется, не придала моим словам большого значения и продолжала рассматривать так, словно я заговариваюсь. Потом подумала минутку и выдала:
– Если вы обезмаженная из обезмаженного мира, то почему вы так спокойны? Попаданцы без магии перемещаются крайне редко и тут же сходят с ума. Поверить в магическую реальность для них невозможно.
– Потому что я рассчитываю получить ответы? И я не люблю, когда меня лапают или хватают. Первая реакция – дать сдачи. К тому же при виде вас и вашего брата во мне что-то щелкнуло. Наверное, вы были очень дороги вашей матушке.
Она залилась мелодичным смехом. Сколько бы этот процесс ни сравнивали с перезвоном колокольчиков, я впервые услышала нечто максимально к нему близкое.
– Вижу, вы разумны и рациональны. Значит, быстро привыкнете не делать поспешных выводов. Вы королева Виктория Карбюратор. Однако вы королева-консорт, то есть носите титул по праву супруги. Я ваша падчерица. Лео – родной сын и наследник престола. Завтра совет объявит о смерти папы. На самом деле его уже месяц как нет в живых, но мы скрывали это от народа, опасаясь смуты… И других неприятных последствий.
Про важность завтрашнего дня я уже слышала от того миляги в зеркале. Несмотря на то, что девочка рассказывала вполне себе серьезные вещи, я не удержалась от пары смешков. Вернее, от короткого гогота. Я не принцесса, меня политесам не учили.
– Простите, Карби… кто? Это такая шутка?
– Возможно, дело в языковом барьере. У нас с вами его быть не должно. Но какие-то нюансы не переводимы. Позвольте, что не так с королевской фамилией?
Проблема заключались в том, что без интернета или без словаря я даже нормально не объясню, что именно представляю себе, когда она с таким пиететом говорит о дорогих родственниках.
– У нас карбюратор – это механическая штуковина в автомобилях, таких движущихся повозках. Он перемешивает топливо с воздухом, чтобы горело, как надо.
– Ну, наверное, я права. Мой род с древности славился хитростью, умением меняться под воздействием обстоятельств. А в вашем языке просто отсутствует более подходящее слово.
Нет, ну, угораздило же меня. Виндзоры, Тюдоры, Бернадоты, Плантагенеты, Габсбурги перевернулись в своих усыпальницах, заслышав о великолепной Виктории Карбюратор.
Но девушка не была расположена к филологическим изысканиям:
– Я вызвала вас, чтобы завтра мой дядя Даррен остался с носом и не заграбастал корону. Провела сложнейший обряд… Я талантливая магичка, между прочим. Так что в наш мир явилась дева с чистым сердцем и невиданной магией. Повезло, что дядюшка еще не знает о вашем прибытии в тело его марионетки.
Мне очень не хотелось ее разочаровывать. Такую юную и энергичную. У меня даже разозлиться на нее не получалось. И с моей магией она не прогадала – ее, действительно, никто и никогда не видел. Разряд, который я сегодня умудрилась впечатать в зеркало, принадлежал несчастной королеве, а не мне.
– Обряд состоялся шесть дней назад, я уже потеряла надежду. Виктория все эти месяцы бродила по замку слабой тенью, но уходить в другое измерение не торопилась. И вдруг сегодня королева перепугала Дофура. Он даже заявил, что не она это…
Вдалеке постепенно нарастал шум, похожий на бряцание металла. Я вопросительно посмотрела на принцессу. Она же замолчала и обратилась в слух. Металлические створки тяжелых дверей, ведущих в наше крыло, сначала со скрежетом стали сводиться – потом их с грохотом распахнули. Наступила оглушительная тишина.
– Ваш дядюшка любит алые розы, обладает бархатным голосом и обитает в зеркале в спальне королевы? – почему-то шепотом спросила я.
– Еще красные яблоки, – в тон мне ответила девушка. – Он живет в темном-темном замке, а зеркало – это портал.
Дверь без звука отворилась и к нам вошел господин, он же милорд Карбюратор. За его спиной застыли в нелепых позах обездвиженные гномы.
– Виктория? С каких пор ты секретничаешь с моей родной Эмилией… Я готов заподозрить, что вы мне не рады.
 
Глава 5
 
Мы, наверное, сейчас выглядели не хуже гномов. Некоторое время обе привыкали к мысли, что нас посетил дядя Даррен. Без предупреждений, гонцов или как у них тут принято… Он обращался и к принцессе тоже, но взгляд его разгуливал исключительно по мне. Как будто в зеркале не насмотрелся.
Эмилия же смешно округляла на меня глаза и явно пыталась дать понять… Подтолкнуть к определенным действиям. Только вот к каким? Я не имела представления, о чем с этим видным мужиком договаривалась маменька королева и, главное, что этот грозный Карб… – так, хватит, это уже несмешно! – от нее хотел.
– Виктория, мон ами, вы, пожалуй, переволновались и вот-вот разбудите малыша. Пойдемте в вашу спальню, – он проворковал это так убедительно, что я даже сделала шаг в его сторону. – Я переведу зеркало в режим расслабления. Зря мы перестали им активно пользоваться. Связь между нами восстановится. Вы больше не будете отвлекаться на разные глупости… Ваше стремление держать гномов в узде похвально, но вы себе загубите. Семья – прежде всего!
  
"Моно" кто? У королевы с ним что-то было? Его голос звучал все так же ласково и обволакивающе, но смысл до меня наконец дошел. Даррен даже не пытался завуалировать угрозу. Он уверен, что управляет Викторией одними только голосовыми модуляциями. При этом я не сомневалась, что останься я наедине с ним и с зеркалом – ничего хорошего не произойдет.