Гимн шута – ХIII (СИ)
«Георгиевичи» переглянулись и согласно кивнули. Друг другу. Действительно, времени терять не нужно. Пусть пока люди займут позиции. Если за «темной лошадкой» и впрямь никого нет, то нужно брать. И прямо сейчас.
Очередной сигнал заставил чуть приподнять брови уже Главу.
— А этому-то что понадобилось? — хмыкнул владыка.
Впрочем, выслушав настойчивого просителя, он удивился еще больше.
— Итак, господа, — объявил владыка. — У меня тут очередной желающий повоевать с Павлом Анатольевичем. Какова будет наша позиция?
Братья как-то одинаково ухмыльнулись. Мол, делай как знаешь!
* * *— Неплохо смотрятся, — нейтрально заметила пересевшая на переднее пассажирское сидение Светлана и вновь уткнулась в комм.
— Угу, — кивнул Павел, лениво сопровождая взглядом покинувшую ресторан троицу.
Одной Катерине известно, чего стоило превратить курьера «тонкими мазками» в представителя Высшего света, чтобы у наружного наблюдения всех заинтересованных лиц даже сомнения не возникло… Но секретарь, как всегда, превосходно справилась с порученной ей задачей.
— Интересно, а девочка знает?.. — задумчиво хмыкнула Волконская, наблюдая за тем, как кое-кто ущипнул за бок Викторию.
Та подскочила от неожиданности… Но шторма не случилось. Напротив, высокоранговая одаренная лишь расхохоталась в ответ.
— Ну, надеюсь, что у девочки сердечко крепкое, — философски пожал плечами молодой человек.
— Перехватим, — решил он, аккуратным маневром направив «Краун» наперерез троице.
Судя по беззаботному лицу Юсуповой, девушка вполне неплохо провела время. Да и девица, еще час назад готовая убить «разлучницу» ныне хохотала над ловко брошенной фразой «ловеласа».
Остановил Павел машину прямо перед троицей. Дверь перед остальными распахнула… «уралочка»!
— Рассаживаемся, — звонко скомандовала она.
Первой в салон забралась невысокая хохотушка, следом за ней устроился «джентльмен», последней уселась «принцесска».
— А неплохо! — восхитилась «ревнивица», окидывая взглядом салон. — Я Ольга!
Волконские разом кивнули, украдкой наблюдая за тем, как резко бледнеет «ловелас». Фамилия усевшихся на переднем сидении клановцев ему была прекрасно известна.
— О-оля, — чуть запнувшись попытался вразумить свою девушку он.
Получилось так себе.
— Не нуди! — потребовала та и громко осведомилась. — А вы друзья Вички⁈
На этот раз икнула… Светлана, с трудом сдерживая хохот.
— Да, друзья, — хмыкнул клановец, заводя двигатель. — Подброшу вас.
— Н-не стоит! — тут же открестился Евгений.
— Нам по пути, — заверил водитель, выруливая на дорогу.
— Опять свою песню завел! — протянула Ольга, и, демонстративно пару раз подпрыгнув на заднем пассажирском диване, заключила. — Прокатимся с комфортом!
Судя по растерянности лица, «ловелас» предпочел бы пройтись пешком. Или на метро. Да как угодно, лишь бы не в этом конкретном автомобиле! Кажется, он был ярым поклонником вполне себе разумной стратегии «храни нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь».
— Господин, — негромко позвал «фигурант», давая понять своей девушке, что стоит быть чуток… сдержаннее.
— Какой он тебе господин⁈ — возмутилась та, но тут же не слишком последовательно, зато вполне искренне добавила. — Пусть и симпатяжка!
— Волконский, — глухо закончил парень.
— Кто… Волконский?.. — с подозрением уточнила разбитная деваха.
Павел поднял ладонь и помахал ей в воздухе, обозначая себя.
— И она… — совсем уж убито сообщил Евгений, переводя палец на Светлану.
— Я — нет! — тут же открестилась та.
На лице Ольги мелькнуло явственное облегчение. Появилась надежда, что все происходящее лишь не самый удачный розыгрыш. Все-таки есть в империи Фамилии, которые лучше не упоминать. Даже в шутку. И уж тем более не стоит ими представляться.
— Я ВолконскАЯ, — уверенно заявила девушка, правильно обозначив окончание.
Салон погрузился в тишину. «Герой-любовник» побледнел. Его постоянная пассия задумалась в тщетной попытке понять, как именно ее собираются развести. Вариант «правда» она даже не рассматривала. Просто потому, что этого не может быть. А вот Юсупова возмутилась.
— Ну-у-у-у-у-у! — протянула она, надув губки. — Не обламывай вечер!
Светлана тут же обернулась к Павлу с видом «Что это сейчас было?». Клановец ответил ей взором: «В душе не знаю, но выясню обязательно!». Обменявшись мнениями, брат с сестрой, благо очередной запрещающий сигнал светофора позволял, обернулись к «уралочке».
— Ну чего-о-о-о… — протянула та капризно под прицелом двух серьезных взглядов.
— Пора лечить? — коротко поинтересовался Волконский, трогаясь с места.
От таких предположений, да еще и под «прессом» Светы, «принцесска» вздрогнула.
— Нет-нет, сама поправлюсь! — быстренько заверила она.
— Вы бы поаккуратнее с шутками, — серьезно попросила Ольга. — Так ведь и беду навлечь можно.
Клановцу было лень тянуться к цепочке, чтобы достать спрятанное под футболкой «сокровище».
— Свет, — негромко попросил он.
Девушка молча продемонстрировала ладонь. Вернее, один пальчик, на котором был одет клановый перстень.
— Госпожа!.. — тут же охнула разбитная деваха.
Такие вещи подделать считалось невозможно в принципе. Да и кто решится пойти на такой риск? Даже если клан сам не «закроет» вопрос, то сроки за подобные «фальшивки» в империи были очень солидными. Равно как и всем было известно негласное распоряжение канцелярии, согласно которому суды приговоры отвешивали по верхней планке, да еще и отбывать наказание попавшемуся безумцу, как правило, предстояло в самых непростых исправительных учреждениях страны.
— Расслабься, — негромко посоветовал водитель. — Она не кусается!
Последнее предположение клановец добавил, повинуясь какому-то странному наитию.
— Эк! — тут же удивилась сестренка. — Еще как кусаюсь!
— Значит, кусается… — покладисто согласился Павел. — Но тебе, Ольга, я рекомендую сосредоточиться на хорошем.
Девушка обвела взглядом салон и как-то тоскливо уточнила:
— Это каких?
— Ну… у тебя сердце крепкое! — тут же заверил Волконский.
— И ножки красивые! — тут же воодушевилась Светлана.
— И ножки крас… стоп! А это-то какое отношение к делу имеет? — поинтересовался он.
— Никакого, — заверила сестренка. — Зато правда!
Отчего-то светская беседа не слишком успокаивала пассажирку, совсем недавно с таким упоением хлеставшую своего парня букетом по лицу.
— Ой, не обращай на этих двоих внимания, — посоветовала Юсупова, не слишком понимая, чего это ее новая знакомая так озадачилась. — Они всегда такие!
Юрат с сестрой возмущенно фыркнули. Мол, кто бы говорил.
— Я… постараюсь, — заверила деваха, отводя взгляд в сторону. — А ты тоже… того⁈
— Чего? — вежливо уточнила «принцесска», продемонстрировав милую и кроткую улыбочку.
«Умеет же, когда хочет!» — поразился водитель. Глядишь, не гнула бы пальцы, а продемонстрировала зубки вот таким вот образом, и со свадебкой могло сложиться.
«Чур меня, чур меня!» — откуда-то в памяти всплыла присказка от всякой нездоровой фигни в голове.
— Ну, это… Волконская… — нашлась с определением Ольга.
— О… нет… не совсем… — чуть замялась с ответом «уралочка».
— Вичка, ты… уточни! — потребовала разбитная деваха.
Парень ее, кстати, тоже как-то странно замер, ожидая ответа.
— Ну… нет, наверное… — чуть растерялась «принцесска». — То есть, я Волконская… тоже. Стала, когда в Род вошла. Но, вообще-то, урождена Юсуповой.
Машину пришлось остановить. Ненадолго. Минут на пять. Спустя одну короткую истерику, грозившую плавно перетечь в обморок, множество причитаний и три полулитровых бутылки воды, Павел вновь вывел «Краун» на дорогу.
— Господин Волконский, — коротко уточнил Евгений. — Я справился с возложенной на меня задачей?
— Почти, — вздохнул Павел. — Осталась после…