Любимый предатель (СИ)

Он был высок и казался еще больше в маленьком помещении женского туалета. Черные волосы свободно падали на широкие плечи, а взгляд был настолько холоден и безразличен, что мне стало не по себе.
— Это... это женский туалет, — шепотом произнесла я, наблюдая за тем, как его усмешка становится еще шире.
Он стоит на пороге, перегораживая мне дорогу к выходу, и я чувствую, как мое сердце начинает биться все быстрее. Он делает шаг вперед, и я отступаю, упираясь спиной в раковину.
— О, я знаю… — произносит он, и я едва сдерживаю желание закричать.
Мое сердце стучит как сумасшедшее. Воздух в комнате стал густым и тяжелым, с трудом проникая в легкие. Мне становится трудно дышать, и я хватаюсь за край раковины, стараясь удержаться на ногах.
Прежде, чем я успеваю что-то сделать, его рука сдавливает мое лицо, прижимая к носу платок. Мои глаза расширяются от ужаса, а затем мир вокруг начинает вращаться, стремительно погружаясь в темноту…
Я пришла в себя, лежа на кровати в незнакомой комнате. Моя голова разрывалась от боли. Я попыталась подняться, но мир вокруг вновь начал вращаться, и меня накрыло волной тошноты.
Что здесь происходит? Кто этот человек? И что он собирается делать?
Меня поглощала паника. Страх, непонимание, злость…
Наконец, с трудом поднявшись на локтях, я попыталась осмотреться.
Комната была просторной. Не имея ни малейшего представления о времени и месте, я снова опустилась на подушку, стараясь успокоиться.
Когда дверь медленно открылась, мое сердце остановилось. Мои глаза расширились от удивления, и я несколько раз моргнула, пытаясь выгнать образ из головы, а затем покачала головой.
Все было намного хуже, чем я думала.
— Ты сумасшедший ублюдок, — прошептала я, стараясь не смотреть на него.
Мой голос звучал слабо, с ноткой обреченности. Я знала, что не смогу противостоять ему. Даже будь я в лучшем состоянии, он выше и сильнее меня.
Виктор ухмыльнулся, как будто мои слова его развеселили. Он медленно подошел ко мне, прикоснулся к моему подбородку, и, повернув мое лицо к себе, произнес:
— Ну, Аня, не стоит вести себя так грубо.
— Иди к черту.
Наверное мне стоило быть осторожнее со словами, учитывая мое положение, но в тот момент я плохо соображала.
Он просто засмеялся в ответ и продолжил смотреть на меня.
Он протянул руку, и я инстинктивно отстранилась, скользнув дальше по кровати.
— О, Аня, — он протянул мое имя, словно тянул время, — Не стоит беспокоиться. Все будет в порядке.
Мой страх уступил место злости.
Я попыталась встать, но голова закружилась, и я упала обратно на кровать.
— Ты в порядке? — я слышу в его голосе тень насмешки.
— Что ты хочешь, от меня? — спрашиваю я, пытаясь вернуть себе равновесие, но чувствую себя как на корабле.
— О, от тебя ничего такого, — ответил он, усаживаясь на стул рядом с кроватью.
Внезапно, он потянулся и коснулся моего лица.
— Что... что ты делаешь? — мое голос звучал слабо, и я поняла, что у меня почти нет сил противостоять. — Не надо…
Виктор наклонился, и его лицо оказалось совсем близко.
— Ш-ш-ш, все будет хорошо.
— Пожалуйста...
Вопреки моим протестам, Виктор садится на край кровати, и его руки начинают блуждать по моему телу. Они скользят по моему бедру, поднимаясь выше, и я я чувствую, как к горлу подкатывает тошнота, а по щеке катится горячая слеза.
Я пытаюсь оттолкнуть его, но он слишком силен. Мои пальцы просто скользят по его рубашке, не в силах сдвинуть его даже на миллиметр.
— Не надо, пожалуйста, — шепчу я, чувствуя, как мир начинает расплываться перед глазами.
Но он не слушает.
— Пожалуйста, — повторяю я, но он лишь усмехается и приближается еще ближе.
Мои руки не слушаются меня, и я не могу сделать даже самую малую попытку чтобы защититься. Я закрываю глаза, желая исчезнуть, но это только усиливает ощущения его прикосновений.
Меня начинает мутить, и я с трудом дышу. Не знаю, что делать. Я совершенно бессильна. В последний момент, перед тем как сознание уходит, я слышу полукрик-полурык, и чувствую, как тело Виктора отшвыривают от меня, как бейсбольный мяч.
 
А потом мир погружается в тишину. Все становится черным. И я проваливаюсь в спасительную пустоту…
  
Глава 24
 
Андрей
Когда Виктор отлетает в сторону от моего удара, он ударяется о стену, и из его рта вытекает струйка крови. Посмотрев на меня, он рассмеялся как безумец.
Увидев его над Аней, я и сам почти обезумел. Я был готов его убить, и наверное убил бы, если бы вслед за мной в комнату не ворвались бы люди Лео. Они в мгновение ока скрутили его, заломав ему руки за спиной, а он все смеялся и смеялся, как будто больше не контролировал себя.
Плюнув на него, я бросился к Ане. Она лежала на кровати без сознания, беспомощно раскинув руки.
На секунду, глядя на нее, я почувствовал, как у меня оборвались внутренности, но нащупав пульс и убедившись в том, что она дышит, почувствовал облегчение.
Все еще смеющегося Виктора вывели из комнаты, и вслед за тем в комнату вошел Лео.
Бросив напряженный взгляд на Аню у меня на руках, он спросил:
— Она?..
— Без сознания, — ответил я, глядя на ее лицо, ее ресницы слегка дрожали во сне.
— Думаю ее стоит показать врачам, — сказал он, — Кто знает чем ее могли накачать.
Я кивнул.
Вспоминая безумный смех, его лицо, перемазанное в крови, я почувствовал холодную ярость и… Страх.
Я знал, что он — урод, каких только поискать. Знал, что Виктор — не из тех, что играют честно. Но никогда не ждал от него чего-то настолько безумного.
Я недооценил его. Недооценил Лизу. И из-за этого пострадала Аня.
— Вы поймали ее? — холодно спросил я.
— Поймаем, — ответил Лео, — Мы патрулируем все дороги, вокзалы и аэропорты. Следим за всеми, к кому она могла обратиться за помощью. Ей не сбежать из города. Это лишь вопрос времени…
Он хотел добавить еще что-то, но не договорил. Мы вышли из дома и увидели как ублюдок пытался вырваться, когда его садили в машину.
Наконец за ним закрылась дверца, и, заметив меня в открытом окне, он вдруг широко улыбнулся и закричал:
— Думаешь все закончилось?! — его голос дрожал от нервного возбуждения. Я все еще держал Аню на руках, чувствуя как напрягается каждый мускул в моем теле.
— Что ты имеешь в виду? — холодно спросил я.
Мне не нравилась кровожадность, с которой он смотрел в нашу сторону. Не смотря на то, что он был в наручниках, несмотря на то, что для него все было кончено, это не был взгляд проигравшего. Виктор чувствовал себя победителем. А значит он либо окончательно свихнулся, либо дело дрянь.
Лео покачал головой, явно против этого разговора, но я должен был услышать ответ. Внутри меня появилось нехорошее предчувствие, и я сделал шаг в его сторону, игнорируя предупреждающий взгляд друга.
Огонек безумия, горящий в глазах моего бывшего конкурента, будто бы стал ярче. Он практически прилип к дверце машины с той стороны, не сводя с меня и Ани жуткого, одержимого взгляда.
— Тебя предупреждали, Андрей. Предупреждали, что ты пожалеешь, если не выполнишь наши условия. И ты пожалеешь о том, что решил, будто бы умнее всех. Будешь жалеть об этом до конца своих дней. Аня возненавидит тебя за то, что ты сделал. Она ни на что тебя не простит!
Произнеся последнюю фразу, он расхохотался, и только Аня, все еще без сознания на моих руках, останавливала меня от желания вцепиться ему в горло.
Лео положил тяжелую руку мне на плече и покачал головой.
— Мы вытрясем из него все, что он знает, а ты позаботься об Ане. Ты нужен ей, Андрей. Оставь грязную работу мне и моим ребятам.
Выдохнув сквозь зубы, я ненадолго прикрыл глаза, успокаиваясь.
Он был прав. Я был нужен Ане.
— Я отвезу ее в больницу, — кивнул я, и услышал тихий стон.