Элирм VII (СИ)

— Ты прав, сейчас все иначе. Тогда у Аргентависа мы руководствовались страхом, шли «от». Теперь все наоборот. Ты не уходишь от смерти. Ты идешь к жизни. И можешь подарить ее не только себе, но и другим.
— Боюсь, ты плохо понимаешь, каково это…
— Возможно. Но я бы мечтал оказаться на твоем месте. Провести сотню лет в одиночестве, чтобы вернуть Салли… — задумчиво и одновременно печально улыбнулся Глас. — А ведь она могла оказаться здесь. На Элирме. Там, где Система бы ее исцелила. Шесть лет. Шесть гребаных лет не хватило на то, чтобы я стал самым счастливым отцом во Вселенной.
  
Я отвел взгляд — не мог смотреть другу в глаза. Умом понимал, что он прав, но душа… устала.
Я хотел покоя. Хотел раз и навсегда покончить с мучениями и, быть может, уйти.
— Упавший духом гибнет раньше срока. Не повторяй моих ошибок, Влад. Не делай того, о чем впоследствии будешь страшно жалеть. Ведь эти раны не заживают. Поверь, я знаю.
Произнеся последнюю фразу, Эстир отступил, а на замену ему вышел танк.
— Ты мой брат, Эо. Пусть от других родителей, но это так. Я не настолько силен в мотивирующих речах, как наш усатый товарищ, но я абсолютно точно знаю одно: ты не подведешь. И выдержишь втрое больше, если потребуется.
— Откуда такая уверенность, Герман? — покачал головой я. — Почему? Почему буквально с первого дня нашего знакомства ты веришь в меня больше, чем кто бы то ни было?
— Потому что я чувствую в тебе силу, — улыбнулся он. — Ну а еще потому, что ты не один.
Подернувшись мистической рябью, друзья исчезли. Разлетелись искрящейся пылью, а прямо за ними… я увидел стремительно приближающийся столб света. Пульсирующего и столь ослепительно яркого, что мне пришлось прикрыть руками лицо.
Там кто-то был. Древний и могучий настолько, что даже на отдалении его мощь пробирала меня до костей. Изливалась пронзительным неиссякаемым потоком, словно сметающий планеты шквал звездного ветра, и казалась мне поистине бесконечной, отчего я непроизвольно попятился. Рухнул на колени и в отчаянной попытке хотя бы примерно оценить масштаб его личности вдруг ощутил себя ничтожным — одинокой молекулой кислорода посреди бушующего океана лазурного неба.
Ибо тот, кто направлялся в мою сторону, был поистине велик. Обладал столь невероятной космической силой, что всего одного мимолетного касания его ауры было достаточно, чтобы с легкостью стереть меня в пыль. Расщепить мое тело на атомы и, проникая в саму душу, буквально выжечь ее изнутри.
Однако даже имея такую возможность, существо вовсе не планировало мне вредить.
Более того, не успел я занервничать, как по телу пробежала дружественная успокаивающая волна, в приятном тепле которой я неожиданно распознал нечто… родное. Свет начал тускнеть, подстроился под мои глаза, и спустя пару ударов сердца я увидел его: развевающаяся на ветру рыжая шерсть, белоснежное пятнышко на груди, смешно оттопыренные уши и золотые глаза, смотрящие на меня с любовью и теплотой.
— Боже… — прошептал я, чувствуя, как по щекам покатились слезы радости. — Хангвил… ты пришел…
— У-а! — разнеслось на километры вокруг. Вернулось обратно в виде звонкого эха, и я наконец-таки понял, что справлюсь. Я все выдержу и дойду до конца, потому как Заранда не только пройдет остаток пути вместе со мной, но и будет меня учить. Учить тому, как быть стихиалием.
* * *
Никто этого не видел, но ровно в этот же самый миг, по другую сторону печати, мегалодон слегка улыбнулся. Ведь, как и Эо, он убедился в одном: потомок Вайоми справится. Дойдет до конца и сделает все необходимое, чтобы спасти каждого из участников «рейда».
И пускай физически Заранда не мог проникнуть в чертоги, но его древний могучий дух действительно пребывал прямо тут.
* * *
Мы были вместе. Мы были неразлучны. И мы играли.
Носились по острову словно дети. Брызгались, плескались, лазали по тем самым деревьям, что я когда-то давно посадил. Лениво валялись на песке, грели животы на солнце и с любопытством разглядывали ночное небо.
Хангвил был моей путеводной звездой. Источником простой, местами житейской, но в то же время бесконечно глубокой мудрости существа, прожившего тысячи и тысячи жизней.
Взбираясь на кривые пальмы и забавно свешиваясь вниз головой, он будто спрашивал меня: «Был ли ты счастлив, когда тебе было семь лет? А десять? А тридцать? Нет. К трем десятилетиям что-то в тебе изменилось, но что? Быть может, именно это служит твоим тормозом? Тем невидимым якорем, что удерживает тебя на одном месте?»
Далеко не сразу, но я все-таки смог ответить себе на этот вопрос. А когда это сделал, то неожиданно почувствовал небывалую легкость.
Незримый груз упал с моих плеч, оставив разве что немного стыда. За то, что в порыве слабости я едва не пожертвовал всеми. Моими дорогими друзьями и любимой женщиной, чей невероятный интеллект сотворил невозможное. Закончил восстановление всех главных систем и, затаив дыхание, врубил резервное питание, отчего погасшие глаза статуи ожили и начали наливаться синим.
* * *
На таймере было ровно сто семь часов, когда Эо пересек магическую печать.
Гундахар первым это заметил и рванул в его сторону, однако Диедарнис его опередил. Телепортировавшись к бедному парню, он сперва странно обнял его, а затем прислонил ладонь к его лбу, из-под которой во все стороны начал разгораться серебристый пульсирующий свет.
— Отошли! Все отошли! — проорал он в сторону Ады и Августа.
— Что ты делаешь с ним⁈ — спросил инженер.
— Забираю… переживания времени… Или вы хотите, чтобы Эо О’Вайоми так и остался глубоким стариком? — фыркнул титан. — Сейчас он ненадолго отрубится. А когда проснется, то уже не будет ощущать на себе тяжесть прожитых лет. Будем считать это моим даром ему. Далеко не первым и не последним.
* * *
Когда я пришел в себя, то действительно почувствовал сильное облегчение.
Мегалодон проделал со мной то же самое, что и его брат Аргентавис, — забрал все плохое, но при этом сохранил во мне всю ту мудрость и те бесценные знания о стихиалиях, что я получил, учась у Заранды.
Я вновь стал собой. Все тем же молодым парнем, но в то же время немного другим.
И наверное, это заметили все. Август, Гундахар и крепко обнявшая меня Ада. Моя дорогая, ослепительно красивая и, судя по тому, как хрустнули мои позвонки, чертовски сильная титанида.
— Мои поздравления, господа… — прозвучал голос Диедарниса неподалеку. — Это было невероятно сложное испытание. Практически невыполнимое. Но вы справились. Прыгнули выше головы и доказали мне, что грядущие события того стоят.
Щелчок пальцами, и в воздухе материализовалась мерцающая арка портала.
— Этот путь приведет вас в сокровищницу, где также расположена зона отдыха. Получите награду, распределите очки и по возможности постарайтесь перевести дух, ибо ровно через час мы… всплываем.
И пускай последнее словно было произнесено достаточно тихо, но абсолютно все в этом зале поняли, что нас ожидает нечто невообразимое. Поворотный момент в истории титанов и событие, что на протяжении трех с половиной тысяч лет казалось жителям Элирма поистине невозможным.
Развернувшись на каблуках, мегалодон направился прочь. Забрал тонну стихиалиума, пересек помещение и практически добрался до выхода, как неожиданно резко остановился.
— Ах да, чуть не забыл… — несколько рассеянно пробормотал он.
Очередной щелчок пальцами и последующая за ним яркая вспышка.
Внимание! Испытание «Бездна Диедарниса» успешно завершено!
Конец седьмой книги.