Элирм VII (СИ)

Пока мы осторожно ступали по загаженным переулкам, обходили ловушки и старались лишний раз не шуметь, вокруг безостановочно звучал рев моторов, выстрелы и далекие крики. То тут, то там разгорались сражения, но к чести уцелевших участников «рейда» никто из них так и не умер. Нас по-прежнему оставалось девятнадцать — видимо, уцелели самые приспособленные. Или же те, для кого битвы и поножовщина куда привычнее, нежели болезни и голод.
  
К слову, нам тоже пришлось поучаствовать в кровавой стычке с мутантами. Непродолжительной, но очень яростной, по итогу которой Мозес с обиженным видом снял с себя сперва изорванную накидку, а затем и «генератор щита». Некоторое время нес последний в руках, будто бы ожидая, что высокотехнологичная приблуда мистическим образом зарядится, и наконец с грустью выбросил, после чего перевел вопросительный взгляд на генерала.
Прямо сейчас игв остановился на перекрестке и, глубоко задумавшись, пристально осматривал каждую из сторон: расчищенную от автомобилей дорогу, по которой колесила военная техника, завалы из мусора прямо по курсу и сваренную из огромных металлических пластин высокую стену немного правее, наглухо перегораживающую улицу от края до края. Глубокие царапины от острых когтей, колья, штыри, кубометры колючей проволоки и вяло барахтающиеся в ней мертвецы.
— По логике, именно туда нам и нужно, — прогудел Гундахар, имея в виду последнее направление.
— Издеваешься? — ужаснулся монах. — С моим показателем силы и ловкости я ни за что не перелезу через этот заслон! Повисну на проволоке, как та милая женщина в синем трико. Царство ей небесное.
— Вот именно поэтому я и размышляю как быть. Бросить тебя сразу или подождать, пока сам не помрешь. Ну или на худой конец перебить тех отбросов, что покажутся из-за угла с минуты на минуту.
Склонив голову, рыцарь смерти достал из кармана пригоршню патронов — четырнадцать штук, а значит, как минимум столько же трупов, если не больше.
— Можем пойти прямо, — сказал я. — Муторно, энергозатратно, но не сказать, что сложно. Тем более я вижу просвет.
— Думаю, ты уже вполне опытен, чтобы чуять опасность, — не поднимая головы, ответил генерал. — Поэтому рекомендую взглянуть туда снова и впредь не раздражать меня идиотскими предложениями.
Совпадение или нет, но стоило рыцарю смерти произнеси последнюю фразу, как солнце окончательно скрылось за горизонтом. «Солнечная батарея» сменилась на «Ночное существо», интеллект и восприятие обострились, и я смог взглянуть на завалы несколько иными глазами.
Когда-то давно мародеры шарились по квартирам и выбрасывали чужое добро прямо в окна. Цветастые тряпки, ковры, покрывала, коробки, нагромождения ящиков, сломанные стулья, канистры, бутылки, бытовые приборы, бесполезный антиквариат, картины и многое другое. Целые горы мусора, местами достающие до середины третьего этажа и заодно прочно стянутые иссохшей растительностью. С виду обычная свалка, коих в черте города сотни, однако конкретно в этом месте была некая упорядоченность. Нечто такое, что не только отдаленно напомнило мне хранилища Святого Трибуна в виде своеобразной карикатуры, но и дохнуло смертельной опасностью. Неосязаемой пугающей аурой, едва почувствовав которую, я потянулся за Странганором.
— Все верно, Вайоми, там обитает Безликий, – кивнул генерал. — Однако артефакт можешь пока оставить. Атаковать без повода он не станет.
— Уверен?
— Это отсылка на «день ограбления». Поэтому вариантов для нападения всего два: если мы тронем хотя бы один из предметов… или если матка Ямарайаху снова додумается громыхать своей задницей.
— Гундахар, это вышло случайно! Ты сам виноват! — встал на свою защиту Мозес.
— Случайно или нет, но это вполне укладывается в твой гадкий образ. Шумный неуклюжий толстяк, из-за габаритов которого у нас не остается альтернативы, кроме как вступить в бой. И пускай с мизерной долей вероятности, но все же отправиться на дно океана.
— Ну хорошо. Тогда просто оставь меня тут и полезай на свою чертову стену, если от этого тебе станет легче! А я-то уж как-нибудь выберусь.
— Ты, жирдяй, на жалость мне не дави, — поморщился игв. — Во-первых, это со мной не работает. Оставлю и рефлексировать на эту тему однозначно не буду. Во-вторых, до финала испытания дойдут единицы, и ты вряд ли окажешься в их числе. Полагаю, твой недоразвитый мозг должен это понимать. Ну и в-третьих, лично я не припомню, чтобы ты хотя бы раз спасал мою шкуру.
— Ага. А тот случай на болотах, когда на вас напали орки? Я одним из первых прискакал вам на помощь!
— Так ты первым же и подох. Тебе голову снесли, забыл?
— А зелье Доса⁈ А бесконечные воскрешения и залечивание ран⁈
— А меня-то это каким боком касается, тупица несчастный? Для меня твое сраное исцеление все равно что кислота, хаотично брызжущая в разные стороны.
— Что ж, ладно, — монах ненадолго задумался. — Ну а что насчет маскировочной накидки⁈ Без нее нас бы точно давно обнаружили!
— И которую ты порвал минут десять назад.
— И что⁈ До этого же она исправно работала!
— Мужики, хорош, — вклинился я. — Сейчас не время для споров.
Увы, но колонна бронеавтомобилей была уже совсем рядом. Шесть или семь машин с тяжелым вооружением и вполне очевидным намерением уничтожить нас при первой возможности. Что, собственно, они и сделают, стоит первому БТРу завернуть за угол.
Опасно. Весьма опасно. Да и выбор, честно говоря, не ахти. Отступить назад и пытаться добраться до выхода, следуя иному маршруту — не вариант. Непрерывно сужающееся кольцо из воды попросту не даст нам этого сделать. Соваться к Безликому — тоже плохая затея, причем по целому ряду причин. Я не знал, как работает Странганор, и работает ли вообще, а потому проверять его пригодность на практике не хотел. Гундахар, судя по непреклонному виду, был аналогичного мнения. Хотя бы потому, что помимо всего прочего это могла быть очередная ловушка от Диедарниса. Для, так скажем, любителей легких путей.
Конечно, разумнее всего было бы спрятаться в одном из зданий справа или слева, однако и тут возникала большая проблема — окна и подъезды ближайших домов были не просто заколочены досками, но и в довесок ко всему прочему наглухо зацементированы шлакоблоками.
Вопрос: что остается? Сражаться? Идти с автоматом и криолитовым колом против военной техники? Такое себе. Попахивает дюжиной пуль в черепной коробке. Даже несмотря на мой козырь в рукаве в виде восполненного заряда «Плазменного луча». Заклинания, которое я старательно берег напоследок.
Решение, как ни странно, подсказали офицеры Доминиона.
Враги уже поворачивали, когда небо озарилось миллионами искр. Произошел очередной мощный «баг», мир откатился на десятилетия назад, и мы, не сговариваясь, прошли прямо сквозь неприступную стену, которой в этом времени попросту не было. Затем спешно устремились дальше, протиснулись вдоль плохо освещенного переулка и неожиданно оказались прямо посреди оживленной улицы.
Неоновые вывески, переполненные мусорные баки, кашляющий в тени подворотни бомж. Однотипные забегаловки с азиатской едой, украшенные красными бумажными фонарями и манэки нэко у кассы — японским котом удачи, мило помахивающим растопыренной лапкой. Также буквально в паре метров от нас стояли две явно нетрезвые женщины и пытающийся их склеить чернокожий мужик. Активно жестикулируя, он сотрясал здоровенными золотыми котлами и покачивался из стороны в сторону словно типичный гангста, а затем не глядя шагнул вправо, чуть было не врезавшись в генерала.
— Йоу, ну и стремный же ты, бро! — шарахнулся в сторону он. — Серый как, мать его, Франкенштейн!
— На себя посмотри, чертова обезьяна.
— Че⁈ — не веря своим ушам, опешил тот. — Как ты меня назвал⁈
Мгновение, и мы снова оказались посреди привычной разрухи. Разъяренный афроамериканец исчез, однако мой осуждающий взгляд остался на месте.