Попаданец в Дракона 3 (СИ)

Аргалор уже думал прервать разошедшегося паладина, как его рассказ достиг одного важного момента.
— … А два года назад к нашему отряду на время присоединилась добрая Сиарис. Вместе с её помощницей эльфийкой, Лантис, и несколькими её телохранителями мы спасли целый город от проклятого некроманта, желающего обрушить на него неизлечимую магическую чуму! Именно её целительская магия сыграла главную роль, не допустив многих жертв…
— Подожди-подожди… — немедленно остановил его Аргалор, резко взмахнув лапой. Как ты сказал её звали⁈
— Сиарис, да! — воодушевился Сигемир, принявшись её нахваливать. — Волшебница, каких только поискать! Но вместо того, как эти тупые маги желать больше власти, она решила пойти по пути исцеления, чтобы помогать нуждающимся!
— И её помощницу звали Лантис? — получал всё больше подтверждений возмущенный до глубины души Аргалор. — А какая у этой Лантис фамилия?
— А? Да, Лантис… м-м-м… Тирения?
— Лантис Тилнерия! — рыкнул красный ящер, окончательно теряя всякое спокойствие. — Глупая латунная сестра! Как отец вообще допустил такое непотребство! Идти в геройский путь под взглядом богов! Того гляди она ещё и благословение от этих выскочек получила, а то и не одно! Абсолютное бестыдство!
— Постой, — теперь пришла очередь вылупиться на дракона и Сигемира. — Так Сиарис твоя сестра⁈ Но она же… ну… человек?
Продолжающий есть даже несмотря на происходящее Асириус резко дернулся и захрипел, подавившись. С силой он принялся кашлять, попутно ударяя себя в грудь и пытаясь выбросить предательский кусок мяса.
Лёгкое движение пальца наслаждающейся представлением архифеи и кусок вылетает из пасти почти задохнувшегося кобольда, чтобы пролететь мимо головы даже не обратившего внимания на такую мелочь дракона.
И так красные глаза с каждой секундой начали всё сильнее багроветь, а вокруг них появилась еле заметная красная дымка.
— Она сделала ЧТО⁈ Превратилась в человека⁈
  
Глава 23
 
— Благослови вас боги, Святейшая! — глубоко поклонился откровенно преступного вида заросший мужчина. Его кожа пестрела десятками видов наколок, а лицо буквально носило печать порока. Вот только все эти признаки отходили в сторону, стоило взглянуть в его глаза, ведь в них жутким светом горело истинное преклонение и фанатичное обожание. — Если вам что-то надо, моя банда порежет глотки кого угодно! Только шепните мне цель! Всё сделаем!
Возможно, о таком не стоило говорить вслух, но в данный момент главарь полностью потерял способность внятно соображать. В конце концов, не каждый день тебя исцеляют от смертельной, почти прикончившей тебя болезни.
Вокруг раздавались одобрительные возгласы от столь же криминально выглядящих лиц. Все они, обступив высокую женскую фигуру, возбужденно вскидывали руки вверх и выглядели словно яростные фанаты.
Однако, как бы они не радовались, ни один из них не рискнул нарушить незримую границу вокруг девушки, и дело было вовсе не в страхе. Просто каждый из них слышал о той, кто пришла в их город, а конкретно в самую бедную часть трущоб, и согласилась лечить всех бесплатно.
— Благодарю, но я счастлива просто помогать нуждающимся, — улыбнулась одетая в белые одежды прекрасная золотоволосая, кудрявая девушка. Она имела глубокие коричневые, с золотистым отблеском глаза. На голове же у неё была изящная серебряная тиара, поддерживающая и формирующая в прическу её непослушные волосы. — Я не нуждаюсь в плате за свои действия, ведь единственным моим мотивом было желание помочь.
Стоило девушке закончить, как вся её фигура осветилась божественным светом и незримое благо распространилось вокруг.
— Святая! Святая! Святая! — по рядам жителей трущоб прошелся панический крик и все они рухнули на колени, в страхе поднять на что-то столь чистое свои греховные глаза.
— Ну, пожалуйста, встаньте! — мученически закричала Сиарис, в очередной раз чувствуя себя откровенно неудобно. Она панически обернулась и умоляюще посмотрела на своих друзей, стоявших позади, с просьбой о помощи.
 
Но остальные герои лишь ответили ей понимающими ухмылками, заставив девушку зло надуться.
— Сиарис, мы тебе уже много раз повторяли, научись принимать людскую благодарность, — насмешливо улыбнулась Улва. Высокая женщина-варвар, чьи красные татуировки на щеках напоминали волчью пасть. Она присоединилась к пути героев, пусть следовала куда более жестоким богам, чем остальные. — Взгляни на этих людей, девочка. Если бы не ты они бы так и продолжали медленно умирать от своих бесчисленных язв и болезней. Их благодарность — это меньшее, что ты должна от них принять, ведь отказавшись, ты навсегда их обесчестишь.
— Я не девочка! Я вообще-то старше тебя! — возмущенно топнула ногой Сиарис, покраснев и отказавшись слушать добрый смех остальных героев. Впрочем, молодая драконица отнюдь не игнорировала слова Улвы, ведь, казалось бы, дикая варварша иногда говорила на удивление мудрые вещи.
Сиарис глубоко вздохнула и заставила себя поднять голову и взглянуть на распростертое перед ней небольшое море людей. Она приняла их благодарность, ведь, если она хотела сделать этот мир лучше, то ей следовало стать сильнее.
Обучение у отца магии заняло у Сиарис многие годы. Доругот оказался одним из тех родителей, которые просто невероятно беспокоятся о своих детях. Поэтому ей пришлось выучить отнюдь не одно атакующее и защитное волшебство, прежде чем золотой дракон позволил своей дочери покинуть замок его королевства.
Именно в те годы, к немалому удивлению Доругота, всплыл необычный факт: насколько Сиарис была бездарна в атакующей магии, настолько же она была гением в защитном и целительском направлении.
Молодой латунной требовался минимум времени, чтобы разобраться даже в самых сложных целительских заклинаниях и ритуалах, но магия стихий получалась минимум на треть слабее, как бы Сиарис ни старалась.
Огорченный подобным поворотом, Доругот, впрочем, не сдался. Решив, что если атака у его дочери слаба, то ей стоит сосредоточиться на том, чтобы враги просто не могли до неё добраться, пока она всё же их не поразит.
И как впоследствии стало ясно, эта тактика себя полностью оправдала. Щиты латунной обладали поистине чудовищной стойкостью, а в связке с целительской магией и её аномально огромным магическим резервом она являлась истинной магической крепостью, сражение с которой заставило бы заплакать даже магистра.
Да, Сиарис не смогла бы его победить, но и он не сумел бы до неё добраться.
Вместе с тем стоило понимать, что забота о дочери была не единственным делом золотого дракона. Имея связи по всей Империи и даже другим континентам, Доругот не так уж часто оставался «дома», поэтому большую часть времени Сиарис росла одна, предоставленная лишь учителям и слугам. Возможно, именно поэтому Доругот не заметил яростно горевшую в дочери мечту о чём-то большем.
С самого раннего детства латунная мечтала о том, чтобы раз и навсегда искоренить бесконечный конфликт между двумя ветвями драконов, металлическими и цветными, а затем научить всех драконов жить в мире с остальными расами.
Задача настолько же невероятная, насколько фантастическая. Впрочем, Сиарис была драконом, а значит, упорства и амбиций ей было не занимать.
Однако молодая драконица не была дурой. Если она хотела, чтобы её даже просто выслушали, ей нужна была сила, причём не только личная, но и политическая. Если первая помогла бы с цветными, то вторая пригодилась бы уже с металлическими.
И именно тогда, когда Сиарис выучила невероятно сложное заклинание полиморфизма и планировала тайно сбежать в человеческий мир, чтобы наработать опыт и репутацию, с ней связался неожиданный гость.
— Приятно видеть, что годы ничуть не повлияли на твою решимость нести добро в этот мир, — раздавшийся в голове Сиарис приятный, мягкий голос был совершенно привычен. — Уверена, ещё немного и ты сумеешь справиться с ещё одним моим благословением. Ну а дальше очередь будет за Ладой.