Попаданец в Дракона 3 (СИ)

В одной из самых богатых таверн Альтары, известного города-удовольствий всей Священной центральной империи, а также его родного города, его и встретил Ларс Эклунд. Между тогда ещё молодым, прожигающим жизнь в удовольствиях графом и опытным наёмником завязался случайный разговор, что постепенно трансформировался в серьёзное обсуждение.
Как это иногда бывает беспокоящийся о постоянной нехватке денег Ларс разговорился с поделившимся о наболевшем Моргенсом. Слово за слово и желающий изменить свою жизнь Гудмунд отправился вместе с Ларсом обратно в графство.
В дальнейшем именно Гудмунд стал тем молотом, с помощью которого Ларс сумел сломить силу баронов, навязав им свои собственные правила. Теперь хоть бароны и продолжали править землями, но каждый из них обладал откровенно смехотворной численностью войск, достаточной лишь для охраны их собственных замков.
Дворянская вольница осталась в прошлом, от чего люди вздохнули спокойно, а графство Эклунд стало самым спокойным и неинтересным графством среди многих других.
Сам же Ларс обзавелся армией, по размеру приближающейся к армии личного домена самого герцога. И хоть она всё ещё значительно уступала силам Блома, но стоило понимать, что домен герцога был самым богатым и развитым среди доменов всех остальных графов.
И теперь, спустя годы трудов по контролю баронов и уничтожению излишне любопытных шпионов других графов, налоговиков и герцога, Моргенс с возмущением понимает, что вся его и Ларса работа готова пойти прахом!
Молодой, нагулянный где-то на стороне сынишка графа пришел не просто с проблемами, он вот так запросто передал всю свою власть тем, с кого они наоборот брали деньги!
Проклятье! Сванте всего-то и надо было связаться с ним, Моргенсом, чтобы он загнул этих уродов в бараний рог, но нет! Он официально объявил, что с этого дня необходимости в столь огромной силе больше нет и поэтому он, Сванте, переходит на услуги наёмников.
И словно в насмешку, всех, кого он теперь увольняет, почти сразу нанимают Драконьи ублюдки! Они даже не скрываются, как забирают его собственную власть прямо у него под носом!
Но Моргенс слишком долго к этому шел, чтобы сдаться без боя. Он должен попробовать переговорить со Сванте и убедить его, что всё ещё можно обернуть на свою пользу. Главное, чтобы он дал в руки Гудмунда законное право прижать этих выскочек, ведь без него он сам станет преступником в глазах закона.
Получить возможность тайно добраться до Сванте оказалось удивительно просто, если учесть его знакомства среди прислуги замка. В тот момент, как он вошел в рабочий кабинет молодого графа, Гудмунд в очередной раз удивился, насколько же мелким кажется сын его старого друга.
Да, Моргенс знал о крови полуросликов, но одно дело знать, а другое, наблюдать это в очередной раз.
— Гудмунд, правильно? — к удивлению полуэльфа Сванте ничуть не испугался его неожиданному появлению. Учитывая, что он здесь не должен был быть, Моргенс почувствовал небольшую гордость от того, что сын Ларса имеет кое-какие яйца. — И зачем вы сюда прибыли в этот вечер? Не помню, чтобы я вас звал.
— Боюсь я пришел сам, господин. И не беспокойтесь, я ни в коем случае не желаю вам зла, — вежливо ответил Моргенс, глубоко поклонившись. Ему отчаянно требовалась поддержка Сванте и он готов был на многое ради этого пойти. — У меня не так много времени, поэтому я буду краток. Вы должно быть слышали обо мне, я заведовал многими делами вашего покойного батюшки…
— Мне это не интересно! — резко прервал его полу-хафлинг, странно взмахнув руками, словно делая какой-то жест. — Моё решение касательно войск окончательное и не подлежит обсуждению. Я понимаю вашу ситуацию и хоть мне жаль, я ничем не могу вам помочь! Уверен, с вашим послужным списком вы найдете множество предложений и в других графствах…
— Господин, я понимаю, что со стороны может показаться, что с наёмниками куда проще, но если вы дадите мне шанс объяснить… — Моргенс отказывался сдаваться, но полуэльф чувствовал, что с каждой секундой его всё больше что-то смущает.
 
В поведении Сванте была какая-то непонятная странность. Хоть он говорил, что отказывается от услуг Гудмунда, но его движения, жесты рук и взгляд не соответствовали тому, что имел в виду.
«Он что-то пытается сказать?» — неожиданная мысль пришла в голову полуэльфа, чтобы уже следующий вывод заставил его глаза расшириться: «Он пытается меня предупредить!»
— Ладно, хватит этого фарса, — усталый стариковский голос разрушил иллюзию прежде, чем Моргенс успел хоть что-то предпринять. — Сванте, хоть вы и не сказали и слова нашему гостю, но будьте уверены, что о ваших попытках его предупредить будет доложено на самый верх.
— Извините. — тихо пробормотал полу-хафлинг, со стыдом опуская голову и боясь посмотреть в лицо Гудмунда.
— Миваль Эвенвуд, я должен был догадаться, — процедил полуэльф, кладя руки на рукояти своих артефактных клинков. Впрочем, он ничего так и не сделал, видя, как после спадания сложной иллюзии, в комнате появляются ещё один маг, а именно красный кобольд и нескольких целящихся из арбалетов наёмников ветеранов. Хоть Моргенс и был очень хорошим бойцом, но шансов выбраться из заранее подготовленной магами ловушки у него не было. — И что дальше?
«Прости, Сванте, кажется я подставил и тебя в том числе. Можно было догадаться, что всё было слишком просто», — с сожалением подумал глава стражи Ларса Эклунда: «Но в память Ларса я должен был хотя бы попытаться. У меня не было выбора».
— Что дальше? — переспросил старый маг, после чего пожал плечами. — В обычной ситуации, ты бы умер. Мы знали, что ты не сможешь спокойно смотреть, как всё происходит, поэтому мы тебя ждали. Но к твоему счастью, кое-кто, — глаза Эвенвуда метнулись к сжавшемуся в кресле Сванте. — Отчаянно просил тебя не убивать, считая, что ты сумеешь принести больше пользы в живом виде, как один из нас.
— И с чего же мне работать на вас? Тех, кто загубил дело всей моей жизни и забрал всё, что у меня есть? — с сарказмом спросил Моргенс, бросая быстрые взгляды вокруг. Но как бы он не приглядывался, шансов убежать у него не было.
Рождённое эликсирами чутье подсказывало ему, что пол, на котором он стоит, далеко не так прост, и стоит ему дернуться, как магическая ловушка тут же сработает.
— А об этом ты будешь говорить не со мной. — со столь же бесящим безразличием ответил Миваль и, повернувшись к стоящей в углу комнаты треноге, взмахнул посохом.
Миг и сорвавшаяся с коричневого посоха маленькая молния активировала скрытый артефакт, заставивший сформироваться над треногой синий туман, из которого на напрягшегося полуэльфа взглянули пара нечеловеческих глаз.
— Я так понимаю, Аргалор? Не припомню, чтобы я видел такие артефакты. — предположил Моргенс, от чего в ответ пришел тихий рычащий смех. Артефакт работал не идеально, из-за чего изображение мигало, а звук звучал немного отрывисто, но всё же качество было различимым.
— Это новодел, — с густой, отчётливо слышимой гордостью ответил ящер. — И одна из причин, почему я считаю, что ты согласишься на то, что я скажу следом.
— И почему я должен слушать того, кто разрушил мою жизнь? — едко бросил Моргенс, но почти сразу пожалел о своей вспышке, когда в синем тумане мелькнули острые, словно кинжалы клыки.
— Если ты не хочешь корчиться в моём пламени, то ты будешь слушать, смертный, — дракон был абсолютно серьёзен в своей угрозе. — И поверь, если я хочу, чтобы моё пламя пожрало кого-то медленно, я могу это устроить.
Неловкая тишина была ответом, пока два волевых взгляда сверлили друг друга.
— Я слушаю. — принял полуэльф мудрое решение и решил не обострять ситуацию. Хоть Гудмунд и был гордым разумным, но соревноваться в гордости с драконом… несмотря на пожирающую его внутренности обиду, Моргенс все же хотел жить.
— Герцог Блом каким-то образом пронюхал о том, кто именно стоял за тем, чтобы не позволить ему захватить это графство. Причём я говорю не просто «подозревает», нет, он знает точно, кого винить И хоть Блом пока не может действовать открыто из-за других графов, он уже отправил своих слуг сеять смуту среди баронов Эклунда, дабы они потребовали замены своего графа. Это следует прекратить, и, что важно, без прямого насилия.