Убрать ИИ проповедника (СИ)

— В нём поддерживается температура по твоему желанию, — не останавливался ни на секунду Пирс, — он всё время измеряет температуру твоего тела, и как только ты начнёшь потеть или дрожать, он тебя избавит от этих неприятных ощущений. Думаю, понятно, что костюм контролирует, сколько воздуха ты вдыхаешь и выдыхаешь, твоё кровяное давление, и уплотняется от твоего движения в течение нано-секунд, особенно, если ты вдруг неустойчив. К тому же, он совершенно не ощутим на теле — это просто твоя кожа.
Наверное, он почувствовал, что я отвлекаюсь и думаю о совершенно не нужных здесь вещах. Конечно, почувствовал. Значит, вежливый и относится с почтением к гостю.
— Подожди, — Пирс сделал два шага к другой ячейке и достал оттуда прозрачный шлем.
— О, я знаю этот шлем, нам такие давали у Наами в клинике на Поверхности, — поспешил вставить Богдан и показать хоть какую-то причастность к этим технологиям. Интересно, Муслим здесь был или нет. Может, и был.
— Возможно, вам их давали, но вряд ли. Этот контролируется разумом, твоими мыслями. Он очень сенсорный, так что надо научиться им пользоваться и не сбивать его с толку, а то он неправильно распознает команды. Но научишься через пару раз, ты подготовлен, по словам Наами.
Понятно. Богдану очень хотелось спросить Пирса, к чему именно он подготовлен, но посчитал это делом внутренним, то есть между Наами и им самим.
— Есть ещё одна особенность. При необходимости, нося костюм, ты можешь стать невидимым, — продолжил удивлять смуглый собеседник. Его красноватая кожа немного отливала золотом на ярком свете комнаты, как будто он напудрился золотой косметикой. В театре была такая пудра, она очень выигрышно искрилась на сцене.
— Да ты что? Как это? — для приличия удивился Богдан, желая доставить Пирсу удовольствие. На самом деле, он уже перестал чему либо удивляться, просто воспринимал новую информацию и старался делать выводы.
— Ткань состоит из маленьких округлых многогранников, таких как пирамиды, а в основании пирамиды находится зеркало. Многогранники по-настоящему крошечные, около 0.03 миллиметра, их тысячи на квадратный сантиметр. Когда на костюм попадает свет, он его рассеивает. Но к «исчезновению» лучше прибегать, когда в этом есть необходимость, конечно, и в крайних случаях.
— Настоящая возможность спастись, — покачал головой Богдан, и подумал, что это, наверное, последнее чудо про костюм, но Пирс ещё кое-что припас.
— Когда ты в костюме, ты можешь ни есть ни пить. Он снабжает тебя питательными веществами и водой через кожу. Неделю можно спокойно продержаться.
— А откуда у него энергия, питательные вещества и прочее?
— Во-первых, он заряжается особым видом воды, а, в принципе, он работает посредством заряженной плазмы.
Богдан не стал выпытывать дальше. Ему уже порядком стало надоедать чувствовать себя школьником у доски без домашнего задания.
— Слушай, а костюм универсальный или его делают на заказ? — всё же задал вопрос Богдан.
— Только на заказ под определённого человека. Иначе он не будет правильно работать, и ты сможешь пораниться, если прыгнешь в моём костюме с высоты. Думаю, что скоро будет новое поколение костюмов. Они будут само настраиваться под оператора.
— У них будет свой искусственный интеллект, ты хочешь сказать? — уточнил Богдан.
— Конечно, только чистый и правильный, — вдруг подмигнул ему Пирс.
Богдан сделал вид, что не заметил его намёк.
— О, забыл сказать, в нём ты можешь бегать со скоростью шестьдесят километров в час, по любой местности, да ещё и с довольно тяжёлым грузом, если тебе это интересно.
— Конечно, интересно, это больше, чем интересно. А если я в воду упаду? — не удержался и опять спросил Богдан.
— Ох, забыл сказать, хорошо, что спросил. В ступнях выдвигаются небольшие плавники, это здорово помогает увеличивать скорость, — Пирс улыбнулся, а потом немного нахмурился, — теории, кажется достаточно. Остальное испробуешь на практике, но изготовить костюм потребует некоторого времени. Сейчас мы уже пойдём к Золотому крылу, нас ждут. Встань, пожалуйста на квадрат, видишь у стены на полу? — попросил Пирс.
 
Богдан заметил очерченный чёрной линией квадрат и встал внутрь.
— Секунд пять будет достаточно. Это я мерки с тебя снял. Тебе велено заказать костюмчик.
— Мне? — неподдельно удивился Богдан.
— У меня такой есть. Конечно тебе, кому же ещё? На самом деле, здесь эти костюмы особенно не нужны — их разработали для Поверхности и для старейшин, — Пирс ловко свернул демонстрационный экземпляр и положил его обратно в ту же ячейку, откуда достал.
Они вышли из комнаты.
— Лучше, если я возьму тебя за руку во время перехода. Техника безопасности, — пояснил Пирс.
Они прошли сквозь стену и оказались перед золотой дверью в виде подковы.
38
Перн
Золотая дверь открылась обычным способом, точнее, бесшумно разъехалась на две половинки, как японская стенка. Богдан зашёл внутрь, и она закрылась. Пирс дальше с ним не пошёл.
За золотой дверью оказалась золотая комната. Потолок, стены, пол, немногочисленная мебель — всё выглядело золотым. На золотом кресле в центре сидела Наами, правда, в обычном своём одеянии, то есть не в золотом, и приветливо улыбалась знакомой и обворожительной улыбкой, от которой Богдану становилось немного спокойнее и которой он любовался.
— Это мой кабинет, если пользоваться вашей терминологией. Да, из золота. Я же жрица, — сказала Наами, величественно подняв голову.
— После немыслимых технологий ты хочешь меня добить своим богатством. Понял.
Наами подняла брови от удивления.
— Прости, я говорю глупости, — извинился Богдан, — Слово «богатство» не подходит.
— Считай, что золото — это очень старая традиция. Очень старая. И она показывает связь между этим металлом и био жизнью, если коротко. «Я царствую Какой волшебный блеск!»
— Ах, Пушкин! — воскликнул Богдан. — «Ужасный век, ужасные сердца!»
— Скучаешь по сцене? — спросила Жрица.
— Нет, — мотнул головой Богдан, — я случайно стал артистом, точнее, так им и не стал. Мне надо было быть художником. Не знаю.
— Случайно?
— Да, в детстве нравилась одна актриса. Собирал её фотографии и открытки. Тяжёлое детство. Потом вот встретил Марго. Как считаешь, у меня есть шанс когда-нибудь жить человеческой жизнью? — очень искренне, из глубины спросил Богдан.
Жрица погладила правой рукой подлокотник своего золотого трона и посмотрела на него немного иронично, свысока, как и подобает правительнице.
— Очень скоро может случиться так, что мы все поменяем представление о том, что такое человеческая жизнь.
— Ах, да! И вы? — тихо произнёс Богдан. Она права. Что такое человеческая жизнь?
— В этот раз мы сможем выжить только вместе с вами. Или с частью вас.
— А кого возьмут? — в вопросе послышалась надежда и любопытство.
— Это не ко мне вопрос. Билеты туда не продаются.
— Ну, да, если учесть, что вы ходите сквозь стены, как сквозь лёгкий туман на лужайке, да ещё и в невидимых костюмах, то «боги» сами возьмут всё, что им надо.
— Так было когда-то. Костюм понравился?
— Да. Только я не понял, зачем он мне?
— Пригодится, — вздохнула Наами.
— То есть без него никак?
— Нам, а, значит, и тебе, нельзя убивать.
Богдан замер.
— Нельзя убивать, — повторила Жрица, — мы соблюдаем законы.
— Но я же не вы, — вырвалось у Богдана.
— Орлов не одинок, — вдруг произнесла Жрица.
Об Орлове раньше они никогда не говорили, и Богдан напрягся, — проповедники пока не очень сплочены и работают изолированно — каждый в своём секторе, но это «пока», — продолжила Жрица, — их сейчас довольно много в военных комплексах всех крупных стран Поверхности. Они очень стараются привлечь внимание военных к пустотам на Земле, помогают им с новыми технологиями и изучают волновую природу каждого элемента. Пока мы можем защититься и спрятать наши города, но ситуация напряжённая. Оружие на Поверхности уже такое, с которым приходится считаться. До перехода надо дожить и сохранить планету.